Фандом: Гарри Поттер. На что только не пойдешь, чтобы получить себе наследника.
Добавить в моё избранное
3 мин, 51 сек 5507
— Филиус!
Сосредоточенно нахмурившийся Флитвик только отмахнулся. Крюкохват сдавленно взвыл и топнул ногой.
— Филиус, мать твою! Не смей меня сейчас игнорировать! Этот… этот… этот же сейчас очнется! Что я тогда делать буду?
На этот раз Филиус обернулся. Его глаза изумленно расширились, когда он увидел неподвижную фигуру, бесформенным кулем валяющуюся сейчас у ног его невыносимого братца.
— Ты это сделал, — потрясенно выдохнул он и аккуратно положил изучаемый им том обратно на полку. — И не трогай нашу мать, она святая женщина!
— Не святая, а сумасшедшая, раз связалась с твоим чокнутым папашей и сбежала от собственного народа, — огрызнулся Крюкохват и нервно переступил с ноги на ногу. Вообще-то, он сейчас совершал должностное преступление. Оставалось только надеяться, что мистер Малфой, которого он вырубил во время деловой беседы, не вспомнит о произошедшем. В противном случае придется бежать, бросив теплое местечко… и брат, устроившийся в Хогвартс, явно не поможет.
— И не нервничай. Все будет хорошо. Мой Обливиэйт еще ни один волшебник не снимал.
Флитвик бросился на колени перед бессознательным Люциусом и деловито ощупал сначала голову (открытых ран нет, прекрасно), затем живот (хмммм… стоило бы заняться физическими нагрузками), а потом перевернул того и быстро пробежался пальцами вдоль спины.
— Нет, так не понять, снимай с него мантию.
— Вот еще! — возмутился Крюкохват. — Я тебе притащил чистокровного мага? Притащил! Все, дальше твоя работа.
— Моя? — ласково осведомился Филиус. — Хорошо, о мой несговорчивый братец. Тогда и наследник будет мой.
Крюкохват зло засопел. Наследника хотелось. Очень. Он плюнул и начал сдирать с мистера Малфоя мантию.
— Камзол тоже, — добавил Филиус, вскакивая с места. Пока брат разоблачал Люциуса, он судорожно листал какой-то потрепанный том. Никто бы сейчас не признал во вздрагивающем от экстаза полукровке степенного и смешливого хогвартского профессора, дуэлянта, чемпиона, мастера чар и одного из умнейших представителей педагогического состава (по его собственному мнению).
— Ага! — вскрикнул он. — Нашел!
И спешно вернулся к Крюкохвату и Люциусу Малфою, который как раз в этот момент остался без рубашки (Крюкохват решил, что лучше перестараться).
— Отлично, — одобрил Филиус и еще раз быстро обследовал спину. В этот момент явная прохлада подземелья начала приводить Люциуса в себя. Крюкохват еле слышно выругался и снова его ударил.
— Да! Подходит!
Филиус с победным воплем ткнул пальцем в какую-то точку на пояснице Малфоя. Крюкохват вгляделся, но не увидел ничего особенного.
— Мой бестолковый братец, — закатил глаза Филиус. — Здесь, — он любовно огладил обнаженную поясницу, — после нашего ритуала родится Кокон. И у нас будет наследник. Для чего не придется выплачивать калым.
Крюкохват посмотрел на Малфоя с гораздо большим уважением. В силу ужасающе несправедливой демографической ситуации возможность продолжить род была дорогой… баснословно дорогой. Гоблинских женщин было настолько мало и рожали они настолько редко, что за право зачать ребенка мужчинам порой приходилось собирать золото всю жизнь. Однако патриархи, так ревностно следящие за «справедливостью» обращения к женщинам, весьма лояльно относились к иным способам получения потомства.
В конце концов, это приносило еще больше мальчиков, а значит, еще больше денег.
Уже через полчаса на Люциуса Малфоя было наложено сложнейшее заклинание, предотвращающее возможность пробуждения в самый неподходящий момент. Братья раздели его окончательно и уложили на невысокую лежанку, надежно зафиксировав ноги, талию и (на всякий случай) руки.
— Ты первый, — распорядился Филиус, с волнением сжимая в пальцах все ту же потрепанную книгу.
— Я? Но… — Крюкохват неуверенно обернулся. Он встревоженно подумал, что у него может ничего не получиться. Люди были такие… такие… белые… И длинные. И… и… ну, гладкие. Он представить себе не мог, как у кого-то может встать на человека.
— Наследник, — напомнил Филиус. И мягко подтолкнул брата к бессознательному Малфою. — И тут надо без афродизиаков, это необходимое условие. Так что давай, вперед. А ночью я тебя утешу…
Крюкохват мужественно зажмурился, забрался на лежанку между ног Малфоя и расстегнул штаны.
— Это почти как на приеме у целителя, — пробормотал себе под нос Крюкохват и содрогнулся. — Да, у целителя. Просто еще одна странная операция, для которой надо… надо…
Он одной рукой начал водить по своему члену, а другой, не открывая глаз, нащупал задницу мистера Малфоя.
— Ну вот, — утешающе вился вокруг сидящего в прострации брата Филиус. — Все прошло хорошо, просто замечательно! И у нас теперь будет чудесный сын.
Ритуал закончился — и это все, что на данный момент хотел знать Крюкохват.
Сосредоточенно нахмурившийся Флитвик только отмахнулся. Крюкохват сдавленно взвыл и топнул ногой.
— Филиус, мать твою! Не смей меня сейчас игнорировать! Этот… этот… этот же сейчас очнется! Что я тогда делать буду?
На этот раз Филиус обернулся. Его глаза изумленно расширились, когда он увидел неподвижную фигуру, бесформенным кулем валяющуюся сейчас у ног его невыносимого братца.
— Ты это сделал, — потрясенно выдохнул он и аккуратно положил изучаемый им том обратно на полку. — И не трогай нашу мать, она святая женщина!
— Не святая, а сумасшедшая, раз связалась с твоим чокнутым папашей и сбежала от собственного народа, — огрызнулся Крюкохват и нервно переступил с ноги на ногу. Вообще-то, он сейчас совершал должностное преступление. Оставалось только надеяться, что мистер Малфой, которого он вырубил во время деловой беседы, не вспомнит о произошедшем. В противном случае придется бежать, бросив теплое местечко… и брат, устроившийся в Хогвартс, явно не поможет.
— И не нервничай. Все будет хорошо. Мой Обливиэйт еще ни один волшебник не снимал.
Флитвик бросился на колени перед бессознательным Люциусом и деловито ощупал сначала голову (открытых ран нет, прекрасно), затем живот (хмммм… стоило бы заняться физическими нагрузками), а потом перевернул того и быстро пробежался пальцами вдоль спины.
— Нет, так не понять, снимай с него мантию.
— Вот еще! — возмутился Крюкохват. — Я тебе притащил чистокровного мага? Притащил! Все, дальше твоя работа.
— Моя? — ласково осведомился Филиус. — Хорошо, о мой несговорчивый братец. Тогда и наследник будет мой.
Крюкохват зло засопел. Наследника хотелось. Очень. Он плюнул и начал сдирать с мистера Малфоя мантию.
— Камзол тоже, — добавил Филиус, вскакивая с места. Пока брат разоблачал Люциуса, он судорожно листал какой-то потрепанный том. Никто бы сейчас не признал во вздрагивающем от экстаза полукровке степенного и смешливого хогвартского профессора, дуэлянта, чемпиона, мастера чар и одного из умнейших представителей педагогического состава (по его собственному мнению).
— Ага! — вскрикнул он. — Нашел!
И спешно вернулся к Крюкохвату и Люциусу Малфою, который как раз в этот момент остался без рубашки (Крюкохват решил, что лучше перестараться).
— Отлично, — одобрил Филиус и еще раз быстро обследовал спину. В этот момент явная прохлада подземелья начала приводить Люциуса в себя. Крюкохват еле слышно выругался и снова его ударил.
— Да! Подходит!
Филиус с победным воплем ткнул пальцем в какую-то точку на пояснице Малфоя. Крюкохват вгляделся, но не увидел ничего особенного.
— Мой бестолковый братец, — закатил глаза Филиус. — Здесь, — он любовно огладил обнаженную поясницу, — после нашего ритуала родится Кокон. И у нас будет наследник. Для чего не придется выплачивать калым.
Крюкохват посмотрел на Малфоя с гораздо большим уважением. В силу ужасающе несправедливой демографической ситуации возможность продолжить род была дорогой… баснословно дорогой. Гоблинских женщин было настолько мало и рожали они настолько редко, что за право зачать ребенка мужчинам порой приходилось собирать золото всю жизнь. Однако патриархи, так ревностно следящие за «справедливостью» обращения к женщинам, весьма лояльно относились к иным способам получения потомства.
В конце концов, это приносило еще больше мальчиков, а значит, еще больше денег.
Уже через полчаса на Люциуса Малфоя было наложено сложнейшее заклинание, предотвращающее возможность пробуждения в самый неподходящий момент. Братья раздели его окончательно и уложили на невысокую лежанку, надежно зафиксировав ноги, талию и (на всякий случай) руки.
— Ты первый, — распорядился Филиус, с волнением сжимая в пальцах все ту же потрепанную книгу.
— Я? Но… — Крюкохват неуверенно обернулся. Он встревоженно подумал, что у него может ничего не получиться. Люди были такие… такие… белые… И длинные. И… и… ну, гладкие. Он представить себе не мог, как у кого-то может встать на человека.
— Наследник, — напомнил Филиус. И мягко подтолкнул брата к бессознательному Малфою. — И тут надо без афродизиаков, это необходимое условие. Так что давай, вперед. А ночью я тебя утешу…
Крюкохват мужественно зажмурился, забрался на лежанку между ног Малфоя и расстегнул штаны.
— Это почти как на приеме у целителя, — пробормотал себе под нос Крюкохват и содрогнулся. — Да, у целителя. Просто еще одна странная операция, для которой надо… надо…
Он одной рукой начал водить по своему члену, а другой, не открывая глаз, нащупал задницу мистера Малфоя.
— Ну вот, — утешающе вился вокруг сидящего в прострации брата Филиус. — Все прошло хорошо, просто замечательно! И у нас теперь будет чудесный сын.
Ритуал закончился — и это все, что на данный момент хотел знать Крюкохват.
Страница 1 из 2
