Фандом: Капитан Блад. Постканон. 2-я история цикла «Враг мой», сиквел к мини «Ирония Судьбы» Вырвавшись на свободу, Питер Блад оказывается на Тортуге, и перед ним встает вопрос — что дальше?
Добавить в моё избранное
28 мин, 4 сек 4589
— Передай его превосходительству, что через час я буду у него, — сказал он посыльному.
Тот кивнул и поспешил к выходу. В дверях кают-компании он едва не столкнулся с хмурым Волверстоном.
— Чего хочет д'Ожерон? — неприветливо бросил Нед, узнавший мальчишку, который и раньше приносил записки из губернаторского дома.
— Его превосходительство любезно пригласил меня к себе.
Нед озабоченно наморщил лоб:
— Говорил же — нечего соваться на Тортугу! Черт, как назло, половина команды на берегу. Ну, собрать парней дело нехитрое…
— С чего ты взял, что мне угрожает опасность?
Блад подошел к висящему на переборке зеркалу, расправил кружевное жабо, затем взял с рундука шляпу с пышным плюмажем. Волверстон, наблюдавший за его сборами, настороженно спросил:
— Ты что же, пойдешь?
— Конечно, Нед. Не стоит заставлять его превосходительство ждать.
— А может, он задумал арестовать тебя, как только ты явишься к нему, — упрямо выпятил челюсть Волверстон.
— Будь у него такое желание, ничто не помешало бы д'Ожерону взять меня под стражу еще в первый день.
— Шум не хотел поднимать, — напоследок буркнул Нед, уже понимая, что спорить бесполезно.
Д'Ожерон принял капитана Блада в библиотеке. Когда Блад вошел, губернатор сидел за столом, склонившись над ворохом бумаг. Услышав шаги, он поднял голову и встал, приветствуя Блада.
Учтиво поклонившись, Питер внимательно посмотрел на д'Ожерона. Выглядел тот неважно. Желтый цвет лица и мешки под глазами свидетельствовали о том, что в последние месяцы жизнь его превосходительства не была ни спокойной, ни беззаботной. Однако на вопрос Питера о самочувствии д'Ожерон небрежно махнул рукой и предложил не обращать внимание на подобные пустяки. Затем указал ему на кресло, стоящее напротив стола, и сел сам.
— Признаться, я не думал вновь встретиться с вами, месье Блад. — На тонких губах губернатора появилась легкая усмешка. — Но я рад видеть вас несмотря ни на что. Хотя ожидал, что вы нанесете мне визит еще на прошлой неделе.
— Я не хотел смущать вас, ваше превосходительство, — вернул ему усмешку Блад.
Д'Ожерон поморщился:
— Да, месье де Кюсси поведал мне о вопиющей недальновидности барона де Ривароля. Мой бог! Все могло бы повернуться совсем иначе… — Он замолчал и задумчиво посмотрел в окно.
Блад тоже молчал. Все могло быть иначе, и он не оказался бы сначала в тюрьме Порт-Ройяла, а потом в бегах без какой-либо надежды вернуться в Англию. Но тогда в его жизни не было бы и тех пяти месяцев, пронизанных светом… Он стиснул зубы, отгоняя от себя воспоминания.
Губернатор несколько минут пытливо смотрел на него, затем извлек из ящика стола бутылку темного стекла и два небольших серебряных бокала. Сдвинув бумаги, он поставил бокалы на стол и наполнил их янтарной жидкостью.
— Aqua vitae из Шаранта. Превосходный вкус…
Прикрыв глаза, д'Ожерон мелкими глотками осушил бокал и наполнил его вновь, удивленно взглянув на Блада, который лишь пригубил свой.
— Согласен, ваше превосходительство, вкус отменный. — Блад поставил бокал на стол. —
Но вряд ли вы пригласили меня только затем, чтобы дать возможность попробовать этот замечательный напиток.
Рассмеявшись, д'Ожерон шутливо погрозил ему пальцем.
— Хорошо, к делу. — Он снова стал серьезен. — До меня дошли сведения и о вашем назначении, и о последующих… неприятностях. И поскольку я имею удовольствие видеть вас здесь, вероятно, вам удалось их разрешить?
— Я бы так не сказал, месье д'Ожерон.
— Понимаю… Могу ли я узнать, чем вы намерены заняться? — осторожно спросил д'Ожерон
— Если вас интересует, вернусь ли я к своему прежнему… роду деятельности, то мой ответ — нет.
— Эта война порядком все осложнила…
Блад кивнул, но не стал ничего говорить, давая д'Ожерону возможность довести свою мысль до конца.
— Весть о разгроме, который вы учинили де Риваролю под Порт-Ройялом, быстро достигла Франции. Его величество был в страшном гневе… — губернатор вздохнул. — Могу вас заверить, что я не собираюсь предпринимать в отношении вас никаких недружественных шагов. — Д'Ожерон допил содержимое второго бокала и потянулся было к бутылке, но на полпути его рука замерла, и он посмотрел Бладу прямо в глаза. — Но я в затруднении. Мой друг, у вас громкая слава. Рано или поздно известие о том, что вы на Тортуге, дойдет до месье Кольбера…
— Что же, обещаю при первой же возможности покинуть Тортугу.
Губернатор снова вздохнул, как показалось Бладу — с облегчением.
— Наверняка вы стеснены в средствах. Те векселя, которые вы оставили мне на хранение, в неприкосновенности.
— От них сейчас мало толку, ведь они подлежат оплате лишь во Франции.
Тот кивнул и поспешил к выходу. В дверях кают-компании он едва не столкнулся с хмурым Волверстоном.
— Чего хочет д'Ожерон? — неприветливо бросил Нед, узнавший мальчишку, который и раньше приносил записки из губернаторского дома.
— Его превосходительство любезно пригласил меня к себе.
Нед озабоченно наморщил лоб:
— Говорил же — нечего соваться на Тортугу! Черт, как назло, половина команды на берегу. Ну, собрать парней дело нехитрое…
— С чего ты взял, что мне угрожает опасность?
Блад подошел к висящему на переборке зеркалу, расправил кружевное жабо, затем взял с рундука шляпу с пышным плюмажем. Волверстон, наблюдавший за его сборами, настороженно спросил:
— Ты что же, пойдешь?
— Конечно, Нед. Не стоит заставлять его превосходительство ждать.
— А может, он задумал арестовать тебя, как только ты явишься к нему, — упрямо выпятил челюсть Волверстон.
— Будь у него такое желание, ничто не помешало бы д'Ожерону взять меня под стражу еще в первый день.
— Шум не хотел поднимать, — напоследок буркнул Нед, уже понимая, что спорить бесполезно.
Д'Ожерон принял капитана Блада в библиотеке. Когда Блад вошел, губернатор сидел за столом, склонившись над ворохом бумаг. Услышав шаги, он поднял голову и встал, приветствуя Блада.
Учтиво поклонившись, Питер внимательно посмотрел на д'Ожерона. Выглядел тот неважно. Желтый цвет лица и мешки под глазами свидетельствовали о том, что в последние месяцы жизнь его превосходительства не была ни спокойной, ни беззаботной. Однако на вопрос Питера о самочувствии д'Ожерон небрежно махнул рукой и предложил не обращать внимание на подобные пустяки. Затем указал ему на кресло, стоящее напротив стола, и сел сам.
— Признаться, я не думал вновь встретиться с вами, месье Блад. — На тонких губах губернатора появилась легкая усмешка. — Но я рад видеть вас несмотря ни на что. Хотя ожидал, что вы нанесете мне визит еще на прошлой неделе.
— Я не хотел смущать вас, ваше превосходительство, — вернул ему усмешку Блад.
Д'Ожерон поморщился:
— Да, месье де Кюсси поведал мне о вопиющей недальновидности барона де Ривароля. Мой бог! Все могло бы повернуться совсем иначе… — Он замолчал и задумчиво посмотрел в окно.
Блад тоже молчал. Все могло быть иначе, и он не оказался бы сначала в тюрьме Порт-Ройяла, а потом в бегах без какой-либо надежды вернуться в Англию. Но тогда в его жизни не было бы и тех пяти месяцев, пронизанных светом… Он стиснул зубы, отгоняя от себя воспоминания.
Губернатор несколько минут пытливо смотрел на него, затем извлек из ящика стола бутылку темного стекла и два небольших серебряных бокала. Сдвинув бумаги, он поставил бокалы на стол и наполнил их янтарной жидкостью.
— Aqua vitae из Шаранта. Превосходный вкус…
Прикрыв глаза, д'Ожерон мелкими глотками осушил бокал и наполнил его вновь, удивленно взглянув на Блада, который лишь пригубил свой.
— Согласен, ваше превосходительство, вкус отменный. — Блад поставил бокал на стол. —
Но вряд ли вы пригласили меня только затем, чтобы дать возможность попробовать этот замечательный напиток.
Рассмеявшись, д'Ожерон шутливо погрозил ему пальцем.
— Хорошо, к делу. — Он снова стал серьезен. — До меня дошли сведения и о вашем назначении, и о последующих… неприятностях. И поскольку я имею удовольствие видеть вас здесь, вероятно, вам удалось их разрешить?
— Я бы так не сказал, месье д'Ожерон.
— Понимаю… Могу ли я узнать, чем вы намерены заняться? — осторожно спросил д'Ожерон
— Если вас интересует, вернусь ли я к своему прежнему… роду деятельности, то мой ответ — нет.
— Эта война порядком все осложнила…
Блад кивнул, но не стал ничего говорить, давая д'Ожерону возможность довести свою мысль до конца.
— Весть о разгроме, который вы учинили де Риваролю под Порт-Ройялом, быстро достигла Франции. Его величество был в страшном гневе… — губернатор вздохнул. — Могу вас заверить, что я не собираюсь предпринимать в отношении вас никаких недружественных шагов. — Д'Ожерон допил содержимое второго бокала и потянулся было к бутылке, но на полпути его рука замерла, и он посмотрел Бладу прямо в глаза. — Но я в затруднении. Мой друг, у вас громкая слава. Рано или поздно известие о том, что вы на Тортуге, дойдет до месье Кольбера…
— Что же, обещаю при первой же возможности покинуть Тортугу.
Губернатор снова вздохнул, как показалось Бладу — с облегчением.
— Наверняка вы стеснены в средствах. Те векселя, которые вы оставили мне на хранение, в неприкосновенности.
— От них сейчас мало толку, ведь они подлежат оплате лишь во Франции.
Страница 2 из 9
