Фандом: Ориджиналы. Канун праздника, люди не знают покоя и втайне ждут чуда: кто-то наедине с собой, кто-то в кругу семьи и друзей. И ни единая нечисть не захочет признаться, что также хочет отхватить от этого кусочек…
Добавить в моё избранное
23 мин, 22 сек 19135
Недолгая тишина.
— А его у меня нет.
— Э? — знатно опешив, Микаэла обернулся через плечо — и увидел, как Фиск отнимает от его спины свой телефон, попутно нажимая кнопку воспроизведения аудиофайла на нем — того самого звука взвода курка.
Дуло якобы оружия изображал зажатый между указательным и средним пальцем маркер. А хватка-то левой рукой вполне уверенная — тренировки?
В нижнюю губу уже в который раз за вечер ткнулись вышедшие на полную длину из десен клыки.
— Ты знаешь, что я сейчас могу с тобой сделать? — голос Микаэлы в показном гневе понизился, тело напряглось, а в зрачках заплясали огоньки.
Дампир, оттянув уголок рта, пожал плечами и присел на край своего стола, освещаемый со спины и с правого бока мониторами:
— Сделай. Только не забудь о моей сломанной руке.
Вампир коварно усмехнулся, приближаясь медленно, плавно и не торопясь. Парнишка наблюдал цепко, явно думая, что все идет к постели: дыхание стало глубже, к лицу прилила некоторая краска, язык мимолетом пробежался по губам. Но у Микаэлы на уме было несколько другое… для начала.
Вкус собственной крови из прокушенного запястья не кажется ни противным, ни приятным — просто никакой. Однако, одно сплошное удовольствие: перехватить одного попытавшегося сбежать дампира и заставить его ее проглотить, переведя все в итоге в сторону жадных поцелуев с красными каплями на подбородке и цепляющимися клыками.
Хотелось бы и его крови отпить для завершенности действия, но…
— Мика-а-а… — тот уже через двадцать секунд глядел плывущее и расфокусированно исподлобья поверх съехавших очков, прижавшись к груди и цепляясь за плечи, чтобы сохранить вертикальное положение. — Зачем ты это сде-е-елал?
Вампир посмеялся, подхватывая его не способную теперь стоять на ногах тушку на руки:
— Фиск, Фиск, Фиск… я мщу, и месть моя страшна! — и, предвкушающее поглядев на него, примериваясь, понес в спальню.
Только вот после треволнений сегодняшнего дня ничего у них не вышло — охотник на вампиров — пусть и бывший, — который должен отличаться стойкостью, отрубился еще до того, как лишился трусов. А расстроенному таким громким фиаско Микаэле ничего не осталось делать, кроме того, как накрыть его одеялом и, обняв крепко, самому задремать, прислушиваясь обостренными органами чувств к тому, что может случиться снаружи и предупредить об опасности.
Их может найти злой, как черт, Виктор, на них могут выйти из Главного управления охотниками — все, что угодно. А рождественским подаркам еще ждать и ждать своего часа… Но что мешает ему насладиться своим тихим рождественским счастьем в данный момент? В том-то и дело, что ничто не мешает.
— А его у меня нет.
— Э? — знатно опешив, Микаэла обернулся через плечо — и увидел, как Фиск отнимает от его спины свой телефон, попутно нажимая кнопку воспроизведения аудиофайла на нем — того самого звука взвода курка.
Дуло якобы оружия изображал зажатый между указательным и средним пальцем маркер. А хватка-то левой рукой вполне уверенная — тренировки?
В нижнюю губу уже в который раз за вечер ткнулись вышедшие на полную длину из десен клыки.
— Ты знаешь, что я сейчас могу с тобой сделать? — голос Микаэлы в показном гневе понизился, тело напряглось, а в зрачках заплясали огоньки.
Дампир, оттянув уголок рта, пожал плечами и присел на край своего стола, освещаемый со спины и с правого бока мониторами:
— Сделай. Только не забудь о моей сломанной руке.
Вампир коварно усмехнулся, приближаясь медленно, плавно и не торопясь. Парнишка наблюдал цепко, явно думая, что все идет к постели: дыхание стало глубже, к лицу прилила некоторая краска, язык мимолетом пробежался по губам. Но у Микаэлы на уме было несколько другое… для начала.
Вкус собственной крови из прокушенного запястья не кажется ни противным, ни приятным — просто никакой. Однако, одно сплошное удовольствие: перехватить одного попытавшегося сбежать дампира и заставить его ее проглотить, переведя все в итоге в сторону жадных поцелуев с красными каплями на подбородке и цепляющимися клыками.
Хотелось бы и его крови отпить для завершенности действия, но…
— Мика-а-а… — тот уже через двадцать секунд глядел плывущее и расфокусированно исподлобья поверх съехавших очков, прижавшись к груди и цепляясь за плечи, чтобы сохранить вертикальное положение. — Зачем ты это сде-е-елал?
Вампир посмеялся, подхватывая его не способную теперь стоять на ногах тушку на руки:
— Фиск, Фиск, Фиск… я мщу, и месть моя страшна! — и, предвкушающее поглядев на него, примериваясь, понес в спальню.
Только вот после треволнений сегодняшнего дня ничего у них не вышло — охотник на вампиров — пусть и бывший, — который должен отличаться стойкостью, отрубился еще до того, как лишился трусов. А расстроенному таким громким фиаско Микаэле ничего не осталось делать, кроме того, как накрыть его одеялом и, обняв крепко, самому задремать, прислушиваясь обостренными органами чувств к тому, что может случиться снаружи и предупредить об опасности.
Их может найти злой, как черт, Виктор, на них могут выйти из Главного управления охотниками — все, что угодно. А рождественским подаркам еще ждать и ждать своего часа… Но что мешает ему насладиться своим тихим рождественским счастьем в данный момент? В том-то и дело, что ничто не мешает.
Страница 7 из 7
