Новенькая

— Ладно. Скажу. — мужик назвал адрес.

— Дальше сами. Мне не интересно. — я встала и отошла.

Винни же подстрелил мужика.

Снова едем, только теперь по городу, а не в лесу. Хотя я уже скучаю по лесу, да и по семье. Пока ехали, размышляла по поводу своих приключений. Ёпта, я же только два месяца назад припёрлась в тот дом, а столько раз моя задница чуть не пострадала.

Отвлекла меня заторможенние машины.

— Так, Диана, сиди тут. Мы сейчас вернёмся?

— Что, Винсент, испугался, что я лучше? — вот дура.

— Там полиция. Если тебя увидят, то искать и расспрашивать будут нас.

— Окей.

Они вышли, а я сидела в машине и скучала. Даже Скай не хотел болтать.

— Ну, Скай, ну поговори со мной.

— Нет. Не хочу. С тобой разговаривать невозможно. Один сарказм.

— Ну, позязя.

— Нет.

— Ну, давай уговор сделаем.

— Нет.

— Когда вернёмся обратно в наш мир, я выброшу нож на солнце и ты сдохнешь.

— Тогда уговор.

— Соглашусь на всё, лишь бы от скуки не подохнуть.

— Ты меня поцелуешь.

Пятисекундное молчанье

Я сидела с огромными глазами. А потом сказала:

— Что-то стих наворачивается. — и отвернулась к окну.

— Понятно, ты боишься.

— Что?

— Бо-ишь-ся.

— Я убийца. Мне нечего бояться.

— Возвращаемся в наш мир и ты меня целуешь.

— Сукин сын. Ладно. Только потом месяц без вафлей.

— Козари пошли. Ну, ладно.

Я сидела, открыв рот. Святое на меня променял. Охренеть.

От лица Ская, наконец

Ди сидит в салоне машины, и я возле неё невидимым телом. Хорошо, что она меня не видит. Жалко, что присутствие чувствует. Только пять минут прошло, а она уже достала.

— Ну, Скай, ну поговори со мной.

— Нет. Не хочу. С тобой разговаривать невозможно. Один сарказм.

И это правда. Сколько с ней не говори, везде мат, сарказм и усмешки. Редко удаётся поговорить нормально.

— Ну, позязя.

— Нет.

— Ну, давай уговор сделаем.

— Нет.

— Когда вернёмся обратно в наш мир, я выброшу нож на солнце и ты сдохнешь.

— Тогда уговор. — и я даже знаю какой.

— Соглашусь на всё, лишь бы от скуки не подохнуть. — даже со мной в постель лечь?

— Ты меня поцелуешь. — прошу от неё минимальное.

Пятисекундное молчанье

— Что-то стих наворачивается. — эта убийца отвернулась к окну.

— Понятно, ты боишься.

— Что? — повернулась

— Бо-ишь-ся.

— Я убийца. Мне нечего бояться. — отвернулась.

— Возвращаемся в наш мир и ты меня целуешь.

— Сукин сын. Ладно. Только потом месяц без вафлей. — повернулась.

Так. Стоп. Без вафлей?

— Козари пошли. Ну, ладно. — поцелуй лучше.

«Ты меня поцелуешь.» в голове так и вертится. Не буду лгать. Да, она мне нравиться. Началось это с того дня, когда она прыгнула с окна ко мне на руки. В этот момент моё сердце забарабанило в груди, хотя такого не было больше 600 лет, как я живу. Как только я узнал, что она демон, я обрадовался. Но некоторые демонесы читают мысли у своих же. Нужно успеть до этого. Успеть сказать ей о своих чувствах. Но Ди замкнутая со всеми и, наверное, со мной тоже.

Вроде хрупкая девушка, но в душе безжалостна ко всем своим жертвам. Как же хочется обнять её за талию и успокоить, когда ей плохо, а не просто промолчать и оставить её с собой на едине.

Я легонько вздохнул и сжал кулаки. В окне я увидел тех самых чёрных стикманов.

«Может скоро я тебе всё скажу» — я снова посмотрел на Ди.

21

Ди

Я сидела на диване, на котором и проснулась. Чёрные человечки, кажется, выдёргивали из себя пули. Ну, как я помню, у Киро была подстрелена рука, а у Шорти многострадальное плечо.

Короче, через десять минут передо мной стояли трое стикманов.

— Ну, давай, показывай нам свою чёртову магию. — как вы понимаете, это моя любимая скотина.

Я встала, отошла к стене и, создав портал, спросила:

— Кстати, вы же помните, как я взлетела на крыльях?

— Да, и что? — снова наш Винни Пух.

— Вы не удивились?

— Слушай, если мы сейчас отправимся куда-нибудь через твой портал, вот тогда я буду в шоке.

— Заходим. — я пропустила их.

На моём лице появился довольный оскал.

— Вы даже не представляете, куда мы отправимся. — я прошептала и прошла за ними.

Оказались мы в тёмном лесу. В руках появились фонарики. Я посмотрела на когда-то чёрных героев. Сейчас они сильно изменились. Мы немного прошли вперёд и я увидела перевёрнутую машину, а на ней радио, компас, какие-то таблетки и ещё одна вещица.

Вдруг я услышала голос Ская.

— Ты что наделала?