Во имя науки

Так какое истинно?

Он словно искушал её, поставив перед выбором.

Гелли обеими рукам обхватила голову и застонала сквозь зубы. Две программы вошли в конфликт, и Лон-Гор, испугавшись, что она сейчас сойдёт с ума, вскочил.

— Ты не обязана отвечать. Забудь. Расслабься. Ты служила нам всегда, это истина.

Гелли обмякла в кресле, тяжело дыша.

Он дал ей время прийти в себя, а сам пока рисовал бессмысленные узоры в тетради, в которой пока не написал ни слова. Что придумать следующим?

— Гелли! — позвал Лон-Гор. Она встрепенулась, готовая бежать выполнять приказ. — Ты ведь всё понимаешь, так ведь? Ты осознаёшь, что с тобой происходит?

— Да, господин.

— То есть ты понимаешь, что находишься в рабстве?

— Да, господин.

— Это правильно или неправильно — то, что ты рабыня?

— Правильно, господин.

Конечно, на что он ещё рассчитывал, что подсознание так просто сломает чары? Нет, она действительно понимала, что происходит, но только в подсознании. Если бы до него достучаться!

— У тебя есть семья?

— Нет, господин.

— Но у тебя были родители?

— Нет, господин.

— В самом деле? Но ведь должны быть мужчина и женщина, которые тебя зачали?

— Да, господин.

— Так куда они делись? Ты их не помнишь?

— Нет, господин.

Лон-Гор потёр лоб — тяжёлый измеритель начинал мешаться.

— У тебя есть человек, который тебе нравится?

— Есть, господин.

Можно было узнать всю её подноготную, все её желания и тайные страсти. Только спросить — и она расскажет всё. Неэтично, да, но…

— Кто же он?

— Вы, господин.

Лон-Гор немедленно пожалел о своём вопросе.

— Это ещё почему?

— Вы добрый.

Учитывая то, что он ещё собирался с ней делать, не такой уж и добрый. Над Гелли хорошо поработали. Нужно будет заняться кем-нибудь другим, должна быть группа испытуемых, а не одна ассистентка, которая оказалась ближе всех. Если у Гелли — тяжёлый случай, то это вызов лично ему, и потом он вернётся к ней. Сможет ли он убрать установки, заложенные в неё в момент порабощения? Сиюминутные приказы рассеивались со временем, выветривались в течение нескольких часов, поэтому требовалось их постоянно подкреплять. Для этого существовали надсмотрщики, иначе рабы стали бы хуже работать, а то и вовсе разбрелись бы, не зная, что им делать. Но был другой приказ, который не выветривался или выветривался слишком медленно. Это была основа для всех остальных. Потому что какой свободный человек станет выполнять прихоти другого? Он сбросит чары довольно скоро; вот если только убедить его, что он раб и всегда им был, тут у него даже сомнений не возникнет.

Самый главный вопрос заключался в том, можно ли это убеждение убрать, когда сознание сопротивляется попыткам освободить его. И если арзакам это убеждение внушали совершенно разные люди, то внушение должно различаться по силе. Значит, с кем-то будет легче.

— Хорошо, — произнёс он. Раздумья всё ещё не отпускали его, но на сегодня можно было признать эксперимент удачным. Потом Гелли будет кричать от боли, когда он вломится в её сознание, но это жертва, которую он был готов принести. По крайней мере, думал, что готов.

— Ты можешь идти.

Гелли сняла измеритель, Лон-Гор остановил программу и снял свой. Было бы наивным полагать, что он сможет измерить и классифицировать магию, но стоило попытаться работать с её действием.

— Иди так, чтобы тебя никто не заметил, — велел Лон-Гор. — Забудь о том, что здесь было. Ты закончила разбирать картотеку, и я отправил тебя спать.

— Да, господин, — кивнула Гелли.

Её путь лежал на минус второй этаж, где располагалось общежитие для принадлежащих лаборатории арзаков.

— Завтра ассистируешь мне на операции, там ничего сложного, — напомнил Лон-Гор. — Ну, иди.

Гелли ушла бесшумно, не то что охранник. Лифт не зашумел, значит, пошла по лестнице. И хорошо, там легче будет незаметно пройти по первому этажу к спуску в общежитие, чем от лифтовой площадки.

Он развернулся к компьютеру. Так и подмывало начать расшифровывать запись уже сейчас, но Лон-Гор остановил себя: засидится до утра, а на завтра запланирована операция, пусть и лёгкая. Нужно отдохнуть.

Он вставил в компьютер записывающий кристалл и перенёс на него сегодняшнюю запись. После того, что ему сказали, когда он имел неосторожность сунуться на конференцию с докладом о пользе изучения гипноза, следовало опасаться всего, чего угодно. Но кто сможет остановить охваченного азартом исследователя?

Лон-Гор создал на кристалле новую локацию и назвал её «Нейролингвистическое программирование». На первый взгляд, звучало не так ужасно, как «Гипноз с целью порабощения».

А вот теперь в самом деле пора было домой.