Вдохновение не всегда может быть хорошим. Весь сюжет покажет свою темную, кошмарную сторону, ведь он зависит от души Писателя. Когда-то светлая душа почернеет, а вместе с ней и каждый персонаж станет адской тварью. Сюжет той жизни резко прервется. Начнется новая книга. Старые страницы будут вырваны. Чернила заменит кровь. Ненужные персонажи будут вычеркнуты из нового сюжета. Придя один раз, Дьявольская Муза больше никогда не уйдет. К чему же это приведет еще маленького, неопытного птенчика?
Добавить в моё избранное
457 мин, 28 сек 19106
— Что опять произошло?— показался ворон, который тут же удивился моему виду.
— Вот что. — недовольно осмотрела я себя.
— А мне кажется, тебе это идет. — осматривая меня, Рэй сел на плечо.
— Ты и вправду так думаешь?— удивившись, снова осматриваю черные перья.
— Да, только тебе больше идет красный, цвет крови. -
— Мне вообще без разницы, лишь бы удобно было. — я нашла запасную резинку и, заплетая косу, села на диван.
— Эй, курочка, пора уже в лес идти, Слендер нас зовет. — заглянул на чердак Тим. Схватив со столика три чернильных ручки, я молниеносно метнула их в него, словно метательные ножи. Две острыми кончиками вонзились в дверной проем, а третья угодила промеж глаз белой маски. От этого Тим даже не вздрогнул.
— Попробуешь еще раз, прицелюсь в сердце. — продолжаю заплетать косу, хмурым взглядом смотря в окно.
— Надеюсь, ты в этом не пойдешь?— выдернув ручку, он спрятал ее за ухо.
— Твои надежды оправдались, а теперь прочь, мне надо переодеться. -
«Правила созданы для того, чтобы их нарушать, ну, иногда. Сегодняшний случай был особенным. Да и что мне сделает этот портной? Писатель против их местной Швеи, хм, даже мне интересно на это глянуть. В общем, мне снова дали задание, конечно же. Слендер вручил мне восемь записок с простецкими строками. Я должна их развесить где-нибудь, он перенесет сюда какого-нибудь человека, Худи будет за ним следить, Тим все снимать на камеру, а мне просто надо убить жертву, типа, продемонстрировать себя. Я тут им не циркач! Но, к несчастью, выбора нет. Рэй остался на чердаке, аргументировав это тем, что я обязана привыкать к самостоятельности.»
Разгуливая по лесу в полном одиночестве и держа в руках довольно старые листы, я искала достойное место для каждого. Никак не давала покоя последняя фраза Слендера, адресованная мне перед тем, как каждый направился в свою сторону. «Покажи свои силы, если считаешь себя творцом». И ручку, Черное Перо, мне отдали на время. Она все еще оставалась острым ножом. Во всем этом сокрыт подвох, на это у меня нюх. Сюжет всегда может резко перевернуться и выдать что-то, что ты никак не ожидал. В словах всегда таятся загадки со скрытым смыслом. Как я поняла, человек, найдя записку, автоматически становится жертвой. И что это за убожество, разве это сейчас напугает кого-нибудь? «Всегда смотрит, не имея глаз». «Не оборачивайся, или это заберет тебя», уже немного лучше. Что?! «Беги!», а потом сразу же «Не убежишь». А если эти записки наоборот найдут?! Как же они еще существуют?! Все эти и другие «оригинальные» фразочки хочется приукрасить своими строками, которые уж точно нагонят ужас. Показать себя? Ну что ж, в моей голове идей навалом.
— Бездарная ерунда. — остановившись, я разорвала все листы на маленькие кусочки и развеяла их в легком порыве ветерка. Оглядываюсь и замечаю довольно высокое дерево, на нем можно большие пространства этого леса разглядеть. Я подбежала к нему и, найдя удобное место, чтоб зацепиться, с легкостью стала карабкаться на самую вершину, крепко держась за толстые ветки. С такими сильными руками мне и в скалолазы можно, а кто-то, из прошлого, говорили, что писать бесполезно. Забравшись на самую высь, я нашла подходящую ветвь, удобно устроилась на ней и достала из-за пояса свой дневник и заветную ручку. В Черном Пере еще осталась человеческая кровь. Придется вырвать из дневника, своей зеницы ока, несколько страниц. Мне всегда кажется, что он давно обрел жизнь, и от вырывания страниц будет чувствовать боль. В нем столько слов, написанных кровью множеств разных людей. С неким дискомфортом внутри я вырвала одну страницу. Рука Черным Пером начала писать на вырванном листе кровавые строчки Смерти.
Под конец воссоздания задуманного Неизвестной, в лесу уже бродил человек, занесенный сюда повелителем этого мира. Уже достаточно долго напуганный мужчина бродил меж деревьев и сосен, но не встречал приготовленных для него записок, без них не начнется охота. За ним по пятам все время следовал Худи с приготовленным на всякий случай пистолетом, и Тим с видеокамерой, снимающей каждый шаг человека, которому крупно не повезло в этот последний день жизни. Слендер видел всех четверых, в нем начинала закипать ярость. Неизвестная должна была развесить записки, но нигде ни одной нет. Он уже собрался добраться до нее, чтобы наказать за такие выкрутасы. Внезапно около мужчины пролетело что-то бумажное. Это был самолетик, собранный из листа, на котором что-то написано красными буквами. Бумажный самолетик его заинтересовал, но он плавно улетал вперед, увеличивая скорость за счет гуляющего ветерка. Мужчина почти минуту бежал на ним, словно за маленькой надеждой на спасение. Схватив и немного помяв самолетик, он развернул его и, словно завороженный, читал написанный от руки текст, надеясь, что это подсказка, которая поможет вернуться домой.
«Внутри чувствуется боль. Что-то неведомое разрывает тело изнутри.
— Вот что. — недовольно осмотрела я себя.
— А мне кажется, тебе это идет. — осматривая меня, Рэй сел на плечо.
— Ты и вправду так думаешь?— удивившись, снова осматриваю черные перья.
— Да, только тебе больше идет красный, цвет крови. -
— Мне вообще без разницы, лишь бы удобно было. — я нашла запасную резинку и, заплетая косу, села на диван.
— Эй, курочка, пора уже в лес идти, Слендер нас зовет. — заглянул на чердак Тим. Схватив со столика три чернильных ручки, я молниеносно метнула их в него, словно метательные ножи. Две острыми кончиками вонзились в дверной проем, а третья угодила промеж глаз белой маски. От этого Тим даже не вздрогнул.
— Попробуешь еще раз, прицелюсь в сердце. — продолжаю заплетать косу, хмурым взглядом смотря в окно.
— Надеюсь, ты в этом не пойдешь?— выдернув ручку, он спрятал ее за ухо.
— Твои надежды оправдались, а теперь прочь, мне надо переодеться. -
«Правила созданы для того, чтобы их нарушать, ну, иногда. Сегодняшний случай был особенным. Да и что мне сделает этот портной? Писатель против их местной Швеи, хм, даже мне интересно на это глянуть. В общем, мне снова дали задание, конечно же. Слендер вручил мне восемь записок с простецкими строками. Я должна их развесить где-нибудь, он перенесет сюда какого-нибудь человека, Худи будет за ним следить, Тим все снимать на камеру, а мне просто надо убить жертву, типа, продемонстрировать себя. Я тут им не циркач! Но, к несчастью, выбора нет. Рэй остался на чердаке, аргументировав это тем, что я обязана привыкать к самостоятельности.»
Разгуливая по лесу в полном одиночестве и держа в руках довольно старые листы, я искала достойное место для каждого. Никак не давала покоя последняя фраза Слендера, адресованная мне перед тем, как каждый направился в свою сторону. «Покажи свои силы, если считаешь себя творцом». И ручку, Черное Перо, мне отдали на время. Она все еще оставалась острым ножом. Во всем этом сокрыт подвох, на это у меня нюх. Сюжет всегда может резко перевернуться и выдать что-то, что ты никак не ожидал. В словах всегда таятся загадки со скрытым смыслом. Как я поняла, человек, найдя записку, автоматически становится жертвой. И что это за убожество, разве это сейчас напугает кого-нибудь? «Всегда смотрит, не имея глаз». «Не оборачивайся, или это заберет тебя», уже немного лучше. Что?! «Беги!», а потом сразу же «Не убежишь». А если эти записки наоборот найдут?! Как же они еще существуют?! Все эти и другие «оригинальные» фразочки хочется приукрасить своими строками, которые уж точно нагонят ужас. Показать себя? Ну что ж, в моей голове идей навалом.
— Бездарная ерунда. — остановившись, я разорвала все листы на маленькие кусочки и развеяла их в легком порыве ветерка. Оглядываюсь и замечаю довольно высокое дерево, на нем можно большие пространства этого леса разглядеть. Я подбежала к нему и, найдя удобное место, чтоб зацепиться, с легкостью стала карабкаться на самую вершину, крепко держась за толстые ветки. С такими сильными руками мне и в скалолазы можно, а кто-то, из прошлого, говорили, что писать бесполезно. Забравшись на самую высь, я нашла подходящую ветвь, удобно устроилась на ней и достала из-за пояса свой дневник и заветную ручку. В Черном Пере еще осталась человеческая кровь. Придется вырвать из дневника, своей зеницы ока, несколько страниц. Мне всегда кажется, что он давно обрел жизнь, и от вырывания страниц будет чувствовать боль. В нем столько слов, написанных кровью множеств разных людей. С неким дискомфортом внутри я вырвала одну страницу. Рука Черным Пером начала писать на вырванном листе кровавые строчки Смерти.
Под конец воссоздания задуманного Неизвестной, в лесу уже бродил человек, занесенный сюда повелителем этого мира. Уже достаточно долго напуганный мужчина бродил меж деревьев и сосен, но не встречал приготовленных для него записок, без них не начнется охота. За ним по пятам все время следовал Худи с приготовленным на всякий случай пистолетом, и Тим с видеокамерой, снимающей каждый шаг человека, которому крупно не повезло в этот последний день жизни. Слендер видел всех четверых, в нем начинала закипать ярость. Неизвестная должна была развесить записки, но нигде ни одной нет. Он уже собрался добраться до нее, чтобы наказать за такие выкрутасы. Внезапно около мужчины пролетело что-то бумажное. Это был самолетик, собранный из листа, на котором что-то написано красными буквами. Бумажный самолетик его заинтересовал, но он плавно улетал вперед, увеличивая скорость за счет гуляющего ветерка. Мужчина почти минуту бежал на ним, словно за маленькой надеждой на спасение. Схватив и немного помяв самолетик, он развернул его и, словно завороженный, читал написанный от руки текст, надеясь, что это подсказка, которая поможет вернуться домой.
«Внутри чувствуется боль. Что-то неведомое разрывает тело изнутри.
Страница 25 из 120
