Фандом: Ориджиналы. Руинн'рин глубоко вдохнул и взволнованно выпрямился, внутренне ликуя. Какой-то воин счёл его вполне подходящим для роли своего сопровождающего. Выходит, он напрасно изводил себя, думая, что совершенно никчёмен. — Я готов. — Отлично, — глава придвинул к себе какой-то свиток, заглянул в него и сказал: — В некотором смысле Вам даже повезло. Вашего покровителя зовут Джиллианис Амортаре, и он довольно известный в своих кругах охотник за артефактами.
Добавить в моё избранное
149 мин, 30 сек 1831
Когда доведённый до крайней степени отчаяния Руинни наконец получил разрешение, длинный летний день уже клонился к закату.
Нижний квартал Амарнума охранялся лучше всего, хотя, скорее, это Амарнум хорошо охранялся от нижнего квартала. Стражники у ворот тоже не раз перетряхнули его сопроводительные документы, и бедный юноша и представить боялся, что они подумали о нём, так оценивающе и брезгливо разглядывая. Потратив ещё полчаса на препирательства с ними, Руинн'рин в конце концов ступил за ворота.
Квартал поразил его. После бесед с чиновниками и стражниками маг ожидал увидеть удручающую нищету и разруху, грязь на улицах, попрошаек и больных, но, вместо всего этого, наблюдал маленькие, однако опрятные домики и чистые улочки. Народ здесь был просто, без вычурности, одет, дома не обладали особой красотой и различными затейливыми деталями, за низенькими оградами виднелись тесные дворики и грядки с овощами и зеленью. Здесь на него глазели, но без презрительности — поливая грядки, жаждущие влаги после жаркого дня, или снимая просохшее бельё с верёвок, жители поглядывали на незнакомого молодого эльфа со здоровым любопытством. Немного успокоившись, Руинни перестал крутить головой и заторопился по улице, погружающейся в сумерки, чтобы успеть до темноты отыскать нужную таверну.
Само собой, тут ему тоже не свезло. Ночь быстро наступала, юноша плутал по извилистым переплетениям улочек и к «Рогатому петуху» выбрел, когда мостовая освещалась лишь редкими фонарями, а квартал начинал жить другой, отличной от дневной, жизнью. Тёмные переулки полнились тихими голосами, негромким смехом, а кое-где и стонами, странными вскриками… Завидев смешную вывеску, на которой и в самом деле рогатый петух раскорячился так, будто хотел кого-то забодать, Руинни торопливо посеменил к крыльцу. Возле ступеней покачиваясь стоял какой-то человек, уже немолодой и тощий, видимо, он уже успел изрядно набраться и поссориться с вышибалами, потому что сварливо переругивался с закрытой дверью. Стоило чародею ступить на самую первую ступеньку, мужчина больно схватил его за плечо и развернул к себе.
— Какая кошечка и совсем одна, — еле ворочая языком, пробормотал пьянчуга. Он противно скалился, показывая не слишком-то симпатичные зубы.
Поначалу Руинн'рин опешил от такой наглости, он и парнем то был не привлекательным, а уж чтобы за девушку приняли… но потом его охватило возмущение.
— Я не девица! — зашипел он, пытаясь оторвать от себя цепкую костлявую руку.
— Это хорошо, с целками одни проблемы… — человек вдруг осёкся и сам отпустил юношу, отступив.
Тут же на место его ладони опустилась другая, крепкая и широкая, она несильно сжала плечо Руинни и потянула его назад.
— Проваливай, — холодно бросил её обладатель из-за спины напуганного мага, а пьянчуга, ворча и спотыкаясь, поковылял прочь.
Почувствовав, что тепло чужой руки исчезло, молодой чародей уже было обернулся, чтобы поблагодарить незнакомца, но тот уже развернулся к нему спиной и легко взбежал по ступеням крыльца. Растерянный Руинни только и успел заметить, что его спаситель носил длинный тёмный плащ с капюшоном. Поручив свою кобылку подоспевшему слуге, Арджиа поспешил внутрь, следом за незнакомцем, но тот словно растворился среди разношёрстного народа, битком набившегося в зал, уставленный грубыми столами и скамьями.
Снова ощущая себя одиноким и беспомощным, юноша подошёл к стойке, занимающей всю стену слева от двери. Вокруг стойки суетились несколько людей и эльфов — одни таскали с кухни полные блюда и кружки, другие разносили их по залу и возвращались, прихватывая на ходу пустую посуду. Ещё двое или трое носились с тряпками, вытирая со столов и скамеек пролитые напитки. Все они были так заняты, прямо с ног сбивались, что Руинни не осмеливался потревожить их вопросами и отвлечь от работы. По правде, обращать на себя внимание вовсе не хотелось, а на него уже начинали заинтересованно поглядывать кое-кто из посетителей.
— Неприятностей ищешь?
Чтобы посмотреть на заговорившего, нелюбезно пихнувшего его поближе к стойке, Руинн'рину пришлось задрать голову. Это был высокий полный человек, который в каждой руке держал сразу по три огромных глиняных кружки, накрытых пенными шапками. Мужчина беззастенчиво рассматривал юношу и снисходительно улыбался.
— Н-нет, — запнувшись, ответил Руинни. — Вы не знаете, где я могу найти Джиллианиса Амортаре?
Нахмурившись, человек бросил взгляд в сторону входной двери, потом уставился на мага, как на ненормального, но в конце концов показал ему следовать за собой, поставив кружки на стойку.
— Пойдём, я провожу… Только приготовься как следует, этот тип не любит праздных гостей.
Вот напутствие так напутствие… Бедный маг вцепился в свою несчастную сумку, где лежало доказательство его статуса сопровождающего, и что было сил молился богине, торопясь за мужчиной через зал к лестнице, ведущей на второй этаж.
Нижний квартал Амарнума охранялся лучше всего, хотя, скорее, это Амарнум хорошо охранялся от нижнего квартала. Стражники у ворот тоже не раз перетряхнули его сопроводительные документы, и бедный юноша и представить боялся, что они подумали о нём, так оценивающе и брезгливо разглядывая. Потратив ещё полчаса на препирательства с ними, Руинн'рин в конце концов ступил за ворота.
Квартал поразил его. После бесед с чиновниками и стражниками маг ожидал увидеть удручающую нищету и разруху, грязь на улицах, попрошаек и больных, но, вместо всего этого, наблюдал маленькие, однако опрятные домики и чистые улочки. Народ здесь был просто, без вычурности, одет, дома не обладали особой красотой и различными затейливыми деталями, за низенькими оградами виднелись тесные дворики и грядки с овощами и зеленью. Здесь на него глазели, но без презрительности — поливая грядки, жаждущие влаги после жаркого дня, или снимая просохшее бельё с верёвок, жители поглядывали на незнакомого молодого эльфа со здоровым любопытством. Немного успокоившись, Руинни перестал крутить головой и заторопился по улице, погружающейся в сумерки, чтобы успеть до темноты отыскать нужную таверну.
Само собой, тут ему тоже не свезло. Ночь быстро наступала, юноша плутал по извилистым переплетениям улочек и к «Рогатому петуху» выбрел, когда мостовая освещалась лишь редкими фонарями, а квартал начинал жить другой, отличной от дневной, жизнью. Тёмные переулки полнились тихими голосами, негромким смехом, а кое-где и стонами, странными вскриками… Завидев смешную вывеску, на которой и в самом деле рогатый петух раскорячился так, будто хотел кого-то забодать, Руинни торопливо посеменил к крыльцу. Возле ступеней покачиваясь стоял какой-то человек, уже немолодой и тощий, видимо, он уже успел изрядно набраться и поссориться с вышибалами, потому что сварливо переругивался с закрытой дверью. Стоило чародею ступить на самую первую ступеньку, мужчина больно схватил его за плечо и развернул к себе.
— Какая кошечка и совсем одна, — еле ворочая языком, пробормотал пьянчуга. Он противно скалился, показывая не слишком-то симпатичные зубы.
Поначалу Руинн'рин опешил от такой наглости, он и парнем то был не привлекательным, а уж чтобы за девушку приняли… но потом его охватило возмущение.
— Я не девица! — зашипел он, пытаясь оторвать от себя цепкую костлявую руку.
— Это хорошо, с целками одни проблемы… — человек вдруг осёкся и сам отпустил юношу, отступив.
Тут же на место его ладони опустилась другая, крепкая и широкая, она несильно сжала плечо Руинни и потянула его назад.
— Проваливай, — холодно бросил её обладатель из-за спины напуганного мага, а пьянчуга, ворча и спотыкаясь, поковылял прочь.
Почувствовав, что тепло чужой руки исчезло, молодой чародей уже было обернулся, чтобы поблагодарить незнакомца, но тот уже развернулся к нему спиной и легко взбежал по ступеням крыльца. Растерянный Руинни только и успел заметить, что его спаситель носил длинный тёмный плащ с капюшоном. Поручив свою кобылку подоспевшему слуге, Арджиа поспешил внутрь, следом за незнакомцем, но тот словно растворился среди разношёрстного народа, битком набившегося в зал, уставленный грубыми столами и скамьями.
Снова ощущая себя одиноким и беспомощным, юноша подошёл к стойке, занимающей всю стену слева от двери. Вокруг стойки суетились несколько людей и эльфов — одни таскали с кухни полные блюда и кружки, другие разносили их по залу и возвращались, прихватывая на ходу пустую посуду. Ещё двое или трое носились с тряпками, вытирая со столов и скамеек пролитые напитки. Все они были так заняты, прямо с ног сбивались, что Руинни не осмеливался потревожить их вопросами и отвлечь от работы. По правде, обращать на себя внимание вовсе не хотелось, а на него уже начинали заинтересованно поглядывать кое-кто из посетителей.
— Неприятностей ищешь?
Чтобы посмотреть на заговорившего, нелюбезно пихнувшего его поближе к стойке, Руинн'рину пришлось задрать голову. Это был высокий полный человек, который в каждой руке держал сразу по три огромных глиняных кружки, накрытых пенными шапками. Мужчина беззастенчиво рассматривал юношу и снисходительно улыбался.
— Н-нет, — запнувшись, ответил Руинни. — Вы не знаете, где я могу найти Джиллианиса Амортаре?
Нахмурившись, человек бросил взгляд в сторону входной двери, потом уставился на мага, как на ненормального, но в конце концов показал ему следовать за собой, поставив кружки на стойку.
— Пойдём, я провожу… Только приготовься как следует, этот тип не любит праздных гостей.
Вот напутствие так напутствие… Бедный маг вцепился в свою несчастную сумку, где лежало доказательство его статуса сопровождающего, и что было сил молился богине, торопясь за мужчиной через зал к лестнице, ведущей на второй этаж.
Страница 3 из 42
