Фандом: Ориджиналы. Руинн'рин глубоко вдохнул и взволнованно выпрямился, внутренне ликуя. Какой-то воин счёл его вполне подходящим для роли своего сопровождающего. Выходит, он напрасно изводил себя, думая, что совершенно никчёмен. — Я готов. — Отлично, — глава придвинул к себе какой-то свиток, заглянул в него и сказал: — В некотором смысле Вам даже повезло. Вашего покровителя зовут Джиллианис Амортаре, и он довольно известный в своих кругах охотник за артефактами.
Добавить в моё избранное
149 мин, 30 сек 1859
Только бы этот Амортаре его не вышвырнул!
— Лиас! — провожатый с силой забарабанил в дверь. — К тебе тут посетитель! Говорит, по важному делу!
Руинн'рин поражённо уставился в спину мужчины. Он назвал охотника Лиасом?! Это ошеломило юношу до глубины души. Он хорошо помнил из уроков в Школе, на которых ученикам рассказывали об обычаях и языках других рас, что лиасами люди называют вид земляных червей — рыхлые и белые, они внушали чувство тошнотворной гадливости не только своим видом, но и тем, что питались мертвечиной. Падальщики, вдруг подумалось Руинни. Ведь так кликали и охотников за артефактами, что добывали свои трофеи также и в древних склепах и могильниках. Это чародей, конечно же, тоже помнил, но… мягкосердечный юноша и подумать не мог, что отношение к охотникам действительно настолько презрительное. Ему вдруг даже стало очень жаль этого Амортаре, которого он и в глаза-то ни разу не видел.
Но жалел Руинни недолго. Дверь распахнулась, его безошибочно и грубо ухватили за шиворот и втащили внутрь. Мага охватил такой ужас, что он тихонько заскулил и втянул голову в плечи, а когда перед самыми его глазами вспыхнул огонёк свечи — с криком шарахнулся назад, вжимаясь в закрытую уже дверь. Склонившееся к нему лицо было кошмарным — мертвенно-бледное, со странно и страшно обрубленным носом, скалящимся щербатым ртом и чёрными провалами глаз, на дне которых что-то ужасающе поблёскивало.
— Маленький идиот, — процедил тихий и, к изумлению юноши, знакомый голос, — чего ты орёшь?
Сжавшийся, с заткнутым чужой рукой ртом, шумно дыша через нос, Руинни разлепил зажмуренные глаза и… густо залился краской мучительного стыда по самые кончики ушей, снова взглянув в ужасное лицо. Теперь, когда свеча больше не слепила и освещала хозяина лучше, чем гостя, было хорошо видно, что это всего лишь обычная маска, причудливо ложась на которую, свет и тени сыграли с Арджиа злую шутку. Кроме того, до исступлённо истерящего сознания наконец дошло, кому же принадлежал голос. Сейчас плаща на его недавнем спасителе не было, и Руинни, находясь в таком положении, мог рассмотреть только серую рубашку с закатанными по локоть рукавами и надетую поверх неё чёрную безрукавку. А ещё — совершенно белые волосы, заплетённые в две косы и перекинутые на тяжело вздымающуюся широкую грудь.
Проникаясь смутной догадкой, маг опустил взгляд на обнажённое горло. Вопреки ожиданиям, кожа была не серо-чёрная, а очень бледная, однако всё же имела характерный стальной отлив. Лиас — теперь Руинн'рин, кажется, начинал понимать двойной смысл этой клички. Амортаре был не только «падальщиком». Если потрясённый чародей не ошибался, перед ним стоял самый настоящий дроу. Дроу со слишком светлой кожей.
— Ну, успокоился? — грубовато спросил тот, ослабляя хватку на лице эльфа, которому уже стало казаться, что его губы размазались по зубам. Руинни кивнул и уже через пару секунд разминал онемевшие губы пальцами.
Охотник отошёл от него, поставил свечу на стол, а рядом с лежащими там же пустыми короткими ножнами положил неизвестно откуда взявшийся кинжал. Украдкой рассматривая мужчину, облачённого, кроме рубашки и безрукавки, также в облегающие чёрные штаны и ботфорты со шпорами, похожими на крошечные кривые ножи, маг всё больше убеждался в своей правоте. Пусть государство дроу было закрытым, сами подземные эльфы — скрытными и необщительными, они оставались ближайшими соседями светлых и волей-неволей шли на контакт. Руинни встречал их в столице, изредка покидая Школу по каким-либо поручениям, и никогда не упускал возможности рассмотреть как следует, поэтому теперь он легко подметил типичные для дроу признаки — поджарое телосложение, тихую, вкрадчивую походку, словно у подбирающегося к жертве паука, быстрые, но плавные движения, особенное плетение кос, более удлинённые острые уши, чем у светлых, и цвет волос, присущий всей подземной расе. Вот только одежда, обувь и оттенок кожи сбивали с толку.
— Извините, — нарушил молчание маг, осознав, что оно неприлично затянулось, пока он глазел на охотника, — я…
— Знаю, — перебил его мужчина. — Зови меня Джиллианом, на «ты» и без всяких«господ», «хозяев» и прочей тупой дребедени, которую усиленно вбивают вам в головы в вашей бесполезной Школе.
Глава 2, часть 2
Шли они очень долго. Несколько раз поднимались и спускались по разнообразным лестницам, миновали коридоры, шумные и безмолвные, с дверями и без, и в конце концов Руинни понял, что таверна осталась далеко позади. Беспокойство росло, в голове роились испуганные мысли. А вдруг этот человек вовсе и не к покровителю его ведёт? А что, если сейчас бедного эльфа заманят в какое-нибудь страшное место и… дальше фантазия невинного юноши, ничего ещё толком не видевшего в своей короткой жизни, работать отказывалась. Однако, без сомнения, с ним сделают что-то весьма нехорошее. В конечном итоге, маг накрутил себя до такой степени, что буквально оцепенел, когда идущий впереди человек резко остановился у какой-то двери в тёмном узком коридоре.— Лиас! — провожатый с силой забарабанил в дверь. — К тебе тут посетитель! Говорит, по важному делу!
Руинн'рин поражённо уставился в спину мужчины. Он назвал охотника Лиасом?! Это ошеломило юношу до глубины души. Он хорошо помнил из уроков в Школе, на которых ученикам рассказывали об обычаях и языках других рас, что лиасами люди называют вид земляных червей — рыхлые и белые, они внушали чувство тошнотворной гадливости не только своим видом, но и тем, что питались мертвечиной. Падальщики, вдруг подумалось Руинни. Ведь так кликали и охотников за артефактами, что добывали свои трофеи также и в древних склепах и могильниках. Это чародей, конечно же, тоже помнил, но… мягкосердечный юноша и подумать не мог, что отношение к охотникам действительно настолько презрительное. Ему вдруг даже стало очень жаль этого Амортаре, которого он и в глаза-то ни разу не видел.
Но жалел Руинни недолго. Дверь распахнулась, его безошибочно и грубо ухватили за шиворот и втащили внутрь. Мага охватил такой ужас, что он тихонько заскулил и втянул голову в плечи, а когда перед самыми его глазами вспыхнул огонёк свечи — с криком шарахнулся назад, вжимаясь в закрытую уже дверь. Склонившееся к нему лицо было кошмарным — мертвенно-бледное, со странно и страшно обрубленным носом, скалящимся щербатым ртом и чёрными провалами глаз, на дне которых что-то ужасающе поблёскивало.
— Маленький идиот, — процедил тихий и, к изумлению юноши, знакомый голос, — чего ты орёшь?
Сжавшийся, с заткнутым чужой рукой ртом, шумно дыша через нос, Руинни разлепил зажмуренные глаза и… густо залился краской мучительного стыда по самые кончики ушей, снова взглянув в ужасное лицо. Теперь, когда свеча больше не слепила и освещала хозяина лучше, чем гостя, было хорошо видно, что это всего лишь обычная маска, причудливо ложась на которую, свет и тени сыграли с Арджиа злую шутку. Кроме того, до исступлённо истерящего сознания наконец дошло, кому же принадлежал голос. Сейчас плаща на его недавнем спасителе не было, и Руинни, находясь в таком положении, мог рассмотреть только серую рубашку с закатанными по локоть рукавами и надетую поверх неё чёрную безрукавку. А ещё — совершенно белые волосы, заплетённые в две косы и перекинутые на тяжело вздымающуюся широкую грудь.
Проникаясь смутной догадкой, маг опустил взгляд на обнажённое горло. Вопреки ожиданиям, кожа была не серо-чёрная, а очень бледная, однако всё же имела характерный стальной отлив. Лиас — теперь Руинн'рин, кажется, начинал понимать двойной смысл этой клички. Амортаре был не только «падальщиком». Если потрясённый чародей не ошибался, перед ним стоял самый настоящий дроу. Дроу со слишком светлой кожей.
— Ну, успокоился? — грубовато спросил тот, ослабляя хватку на лице эльфа, которому уже стало казаться, что его губы размазались по зубам. Руинни кивнул и уже через пару секунд разминал онемевшие губы пальцами.
Охотник отошёл от него, поставил свечу на стол, а рядом с лежащими там же пустыми короткими ножнами положил неизвестно откуда взявшийся кинжал. Украдкой рассматривая мужчину, облачённого, кроме рубашки и безрукавки, также в облегающие чёрные штаны и ботфорты со шпорами, похожими на крошечные кривые ножи, маг всё больше убеждался в своей правоте. Пусть государство дроу было закрытым, сами подземные эльфы — скрытными и необщительными, они оставались ближайшими соседями светлых и волей-неволей шли на контакт. Руинни встречал их в столице, изредка покидая Школу по каким-либо поручениям, и никогда не упускал возможности рассмотреть как следует, поэтому теперь он легко подметил типичные для дроу признаки — поджарое телосложение, тихую, вкрадчивую походку, словно у подбирающегося к жертве паука, быстрые, но плавные движения, особенное плетение кос, более удлинённые острые уши, чем у светлых, и цвет волос, присущий всей подземной расе. Вот только одежда, обувь и оттенок кожи сбивали с толку.
— Извините, — нарушил молчание маг, осознав, что оно неприлично затянулось, пока он глазел на охотника, — я…
— Знаю, — перебил его мужчина. — Зови меня Джиллианом, на «ты» и без всяких«господ», «хозяев» и прочей тупой дребедени, которую усиленно вбивают вам в головы в вашей бесполезной Школе.
Страница 4 из 42
