В темноте

Поднимая со стола один из стаканов и выплёскивая его багряное содержимое прямо в лицо незнакомому, но уже ненавистному существу, он прекрасно понимал, что делает, и ни капли о содеянном не жалел.

— Не смей оскорблять Джиллиана, ты! — процедил Руинн'рин, от бешенства даже не находя достойных слов.

Пока оскорблённо рычащий демон протирал глаза, маг на негнущихся ногах дошёл до стойки и упрямо поджал губы под тяжёлым взглядом Рикена. Оправдываться он не собирался, считая себя правым, да и просто не успел бы, потому как Шан Син очутился здесь же, не прошло и минуты.

Чародей с вызовом вздёрнул подбородок, ожидая как минимум претензий, однако вместо того, чтобы требовать хоть какого-то удовлетворения, демон кинул на стойку пару монет и, прежде чем уйти, подмигнул Рикену:

— Хороший мальчик, а?

После его ухода хозяин быстро отправил Руинни, ошарашенного странным поведением охотника, в его комнату, пока ещё чего-нибудь не натворил, а сам (как заметил эльф, так и не ушедший, примостившийся на самой верхней ступеньке лестницы на второй этаж) долго ещё смотрел на оставшуюся приоткрытой дверь, игнорируя теребящих его посетителей.

Глава 8

Прошло ещё несколько недель, и Руинни забыл о встрече с демоном-охотником. У него просто не было времени на отстранённые размышления — нужно было обживать так нежданно-негаданно доставшуюся ему квартирку, что-то подремонтировать, что-то прикупить, разобрать старые вещи, хранящиеся на пыльном чердаке, и обновить запас компонентов и зелий. К тому же последние дней десять в городе полным ходом шла подготовка к празднику встречи нового года, перенятого из обычаев людей, и у юноши, которому, наравне со снадобьями от простуд и обморожений, приходилось делать много «искр», не было ни минутки свободной. «Искрами» называли небольшие округлые склянки, из которых, если выдернуть пробку, в воздух всплывало облако разноцветных магических блёсток — маленькое волшебство для особенной зимней ночи, когда хотелось хоть какого-нибудь, пусть даже крошечного чуда. Эти искорки были в ходу не только у детей, но и у взрослых, поэтому и сейчас, ночью, когда начиналось предпраздничное шествие с фонариками, эльф всё ещё не закрывал лавку, поджидая жаждущих волшебной сказки в эту особую ночь.

Оттого и не удивился, услышав за спиной перезвон бубенцов над дверью. У него в руках было несколько бутылёчков с зельями, которые требовалось расставить по полкам, поэтому маг продолжал заниматься своим делом, ожидая, когда посетитель отряхнёт с одежды налетевшую с запада снежную крупу и пройдёт к прилавку.

Вот только… послышавшиеся шаги заставили его неверяще замереть с исступлённо колотящимся сердцем. Они были неуверенными, будто гость чуть прихрамывал, но Руинн'рин не мог их не узнать — так и застыл, прижав едва не посыпавшиеся на пол склянки к груди, не веря и боясь ошибиться.

— Доброй ночи, — мягко промолвил слишком знакомый, слегка хриплый голос.

Руинни медленно обернулся… и еле успел ухватиться одной рукой за край прилавка, чтобы не упасть. Стены с бешеной скоростью закрутились перед глазами.

Тёмный плащ, чуть припорошённый мелким снежком. Высокие сапоги со шпорами-ножами. Белая маска, на треть скрытая под глубоким капюшоном.

— Доброй… — одними губами произнёс юноша, не осмеливаясь отвести взгляд. Казалось, тогда волшебство развеется, и любимый образ навсегда исчезнет.

— Простите… мастер, что отнимаю Ваше время, но у меня есть одна вещица, которая, возможно, могла бы Вас заинтересовать. Не хотите взглянуть?

Слова охотника смертельным холодом пронеслись по его телу и ледяными кольями впились в сердце, и никто не мог знать, каких усилий стоило эльфу удержать себя в руках.

Как же так вышло, что Джиллиан — родной, самый близкий — теперь неизмеримо далёкий, безразличный и чужой?

… Истекая кровью и рассыпаясь на куски, хотелось кричать и умереть в эту же самую секунду.

С трудом сдерживая дрожь, Руинн'рин поставил склянки на прилавок. Наверняка эта «вещица» — какой-нибудь безумно дорогой артефакт, а у юноши, само собой, не было на него денег, но… скажи он«нет», и Амортаре навсегда исчезнет, как призрачное новогоднее волшебство… А ему так жизненно необходимо было удержать любимого хоть ненадолго.

Ещё хоть на секундочку…

— Хочу, — кивнул чародей, с трудом выдавив из себя кривую болезненную улыбку.

Охотник ответил коротким кивком и, сунув руку за пазуху отороченной мехом куртки, достал нечто, умещающееся в его кулаке. Невольно заинтересовавшийся Руинни придвинулся поближе… и не смог сдержать изумлённого возгласа, увидев на ладони Джиллиана небольшой, неправильно огранённый голубой кристалл… точнее, его осколок.

Перед глазами поплыло, юноша сам не понял, как Камень Целителя оказался в его руках… однако единственное, что он почувствовал — кристалл ещё хранил тепло тела дроу.