Я никогда не думала, что могу попрощаться со своей жизнью в столь ранний возраст. Нет, я не совершила суицид, не попала в аварию, нет. Я стала жертвой такого заболевания, лекарство против которого ещё не придумали. СПИД. Меня тут же стали преследовать приступы, боли, головокружения. Мать, будучи пьяной, избила меня, отец не мог ничего сделать, поэтому я сбежала, чтобы не терпеть все оставшиеся дни мамины побои. Я бы умерла от ночного холода, но тут…
Добавить в моё избранное
134 мин, 51 сек 10183
Небо застилали тёмные тучи, где-то вдалеке были слышны раскаты грома. Стал накрапывать мелкий дождь. Перекинув ноги через оконную раму, я спрыгнула вниз и, не спеша, пошла куда-то в сторону. Дома находиться не хотелось. Если бы я знала, что мама обо мне думает, я бы вообще сюда не возвращалась.
Время близилось к вечеру, я всё сидела на улице под дождём, прижав ноги к себе и глядя куда-то вперёд. Мимо проезжали машины, но из-за того, что я сидела промеж каких-то каменных плит, меня видно не было. И именно поэтому меня постоянно обдавало грязными брызгами, когда мимо проносилась новая машина. От этого настроение только портилось. В кармане в очередной раз завибрировал телефон. Это был уже новый, так как старый я успешно где-то выкинула, когда в первый раз сбегала из дома. На экране высвечивалось имя «папа», но отвечать я не спешила, просто игнорировала звонок. Когда он сбросил, я увидела около двадцати пропущенных от мамы и в два раза больше от папы. Да, делайте вид, будто вы заботливые родители, вы меня любите, и вам небезразлична судьба вашего единственного ребёнка. У вас это так хорошо получается!
Мимо меня проехала очередная машина, очередные брызги с грязью полетели в мою сторону. Возмущённо стукнув по земле кулаком и теперь уже самостоятельно обдав себя брызгами, я вскочила на ноги и сердито посмотрела на себя сверху вниз. Как противно находиться в своём теле, Господи…
— О, наркоша по имени Элис, — я застыла на месте от этого голоса, не решаясь повернуться лицом к нему, — да, я тебя узнал, не стоит делать вид, убдто ты меня не слышишь.
Всё ещё не веря происходящему, я медленно развернулась и увидела Тима. Совсем не изменился за этот месяц. Всё те же бакенбарды, та же кривая ухмылка, и до сих пор грязная жёлтая худи.
— Вау, какая ты красивая, — рассмеялся он, глядя в мою сторону.
Выглядело я и правда замечательно: волосы слиплись от воды и грязи, одежду будто спёрла у какого-то бездомного, про лицо и вовсе молчу. Но всё-таки я была рада его видеть спустя полтора месяца, а потому без замедления подбежала к нему и крепко обняла, пряча лицо в худи. И пусть не ворчит, что испачкаю, всё равно всё грязное!
— О, телячьи нежности, да? — усмехнулся он, похлопывая меня по плечам в знак приветствия, как я поняла.
— Можно было просто промолчать, — невесело рассмеялась я, — что ты тут делаешь? — он отвёл взгляд. — Опять бомба?
— Нет, — он ухмыльнулся, глядя на меня, — хотел проверить, как наркоше живётся среди цивилизованных людей.
— Очень даже неплохо, — соврала я, становясь в позу. — Мне тут очень хорошо, мама изменилась, больше не пьёт, у нас всё хорошо.
— И поэтому ты сидишь мокрая и грязная на улице в том месте, где тебя мало возможно найти? — он выгнул бровь, складывая руки на груди.
— Ну… — я растерялась и почесала затылок. — Это не так важно! Просто решила…
— Снова сбежать, — выдохнул Маски и посмотрел куда-то в сторону. — Почему ушла? Мать всё-таки бьёт?
— Нет, — я опустила взгляд и спрятала руки в карман кофты, — я тут просто услышала, что… как она ко мне относится, — призналась я. — Никогда я ещё не чувствовала себя такой ненужной.
— Все мы ненужные, — выдохнул парень. — Некоторые считают, что нужны кому-либо, а на самом деле — каждый человек лишь общественный отброс.
— Тим, — он посмотрел в мою сторону, — прости меня за Алекса, я…
— Эл, — он мотнул головой, а я удивилась своему имени с его стороны, — я не хочу слышать об этом обманщике ничего.
— Он просто хотел вернуть дружбу с тобой, — я прерывисто выдохнула и вспомнила наш с ним разговор. «В жизни я натворил много ошибок. Предательство Тима — самая огромная». — Он жалеет о содеянном. Я помешала вашей дружбе, я появилась, и вы стали отдаляться, — голова Тима была повёрнута в сторону, но он слушал, — он просто боялся тебя потерять.
— Знаешь, — Маски повернулся в мою сторону и посмотрел прямо в глаза. Никогда не любила эти пронзительные взгляды. До костей пробирало, — я хоть и был жертвой разных издевательств, вечных ссор родителей, но я никогда не предавал своих товарищей, — он достал из кармана пачку сигарет и уже хотел достать оттуда эту гадость, как я выхватила её из рук и кинула на дорогу, где её тут же передавило. — Ты… Ты идиотка? — Тим сердито посмотрел на дорогу, а потом — снова на меня.
— Я не хочу, чтобы ты курил эту дрянь, — наконец-то хватило смелости это сказать.
— А я не хочу, чтобы ты мне указывала, что делать, — фыркнул он и, развернувшись, стал отдаляться. Я растерянно смотрела ему вслед. Вот так уйдёт? Даже не попрощается? — Ты там застыла? Пошли быстрее, у меня нет никакого желания болеть из-за тебя!
С улыбкой посмотрев ему вслед, я направилась в другую сторону. Маски в недоумении посмотрел в мою сторону, а я крикнула:
— Перед своей смертью я не хочу рушить чью-либо ещё жизнь!
Время близилось к вечеру, я всё сидела на улице под дождём, прижав ноги к себе и глядя куда-то вперёд. Мимо проезжали машины, но из-за того, что я сидела промеж каких-то каменных плит, меня видно не было. И именно поэтому меня постоянно обдавало грязными брызгами, когда мимо проносилась новая машина. От этого настроение только портилось. В кармане в очередной раз завибрировал телефон. Это был уже новый, так как старый я успешно где-то выкинула, когда в первый раз сбегала из дома. На экране высвечивалось имя «папа», но отвечать я не спешила, просто игнорировала звонок. Когда он сбросил, я увидела около двадцати пропущенных от мамы и в два раза больше от папы. Да, делайте вид, будто вы заботливые родители, вы меня любите, и вам небезразлична судьба вашего единственного ребёнка. У вас это так хорошо получается!
Мимо меня проехала очередная машина, очередные брызги с грязью полетели в мою сторону. Возмущённо стукнув по земле кулаком и теперь уже самостоятельно обдав себя брызгами, я вскочила на ноги и сердито посмотрела на себя сверху вниз. Как противно находиться в своём теле, Господи…
— О, наркоша по имени Элис, — я застыла на месте от этого голоса, не решаясь повернуться лицом к нему, — да, я тебя узнал, не стоит делать вид, убдто ты меня не слышишь.
Всё ещё не веря происходящему, я медленно развернулась и увидела Тима. Совсем не изменился за этот месяц. Всё те же бакенбарды, та же кривая ухмылка, и до сих пор грязная жёлтая худи.
— Вау, какая ты красивая, — рассмеялся он, глядя в мою сторону.
Выглядело я и правда замечательно: волосы слиплись от воды и грязи, одежду будто спёрла у какого-то бездомного, про лицо и вовсе молчу. Но всё-таки я была рада его видеть спустя полтора месяца, а потому без замедления подбежала к нему и крепко обняла, пряча лицо в худи. И пусть не ворчит, что испачкаю, всё равно всё грязное!
— О, телячьи нежности, да? — усмехнулся он, похлопывая меня по плечам в знак приветствия, как я поняла.
— Можно было просто промолчать, — невесело рассмеялась я, — что ты тут делаешь? — он отвёл взгляд. — Опять бомба?
— Нет, — он ухмыльнулся, глядя на меня, — хотел проверить, как наркоше живётся среди цивилизованных людей.
— Очень даже неплохо, — соврала я, становясь в позу. — Мне тут очень хорошо, мама изменилась, больше не пьёт, у нас всё хорошо.
— И поэтому ты сидишь мокрая и грязная на улице в том месте, где тебя мало возможно найти? — он выгнул бровь, складывая руки на груди.
— Ну… — я растерялась и почесала затылок. — Это не так важно! Просто решила…
— Снова сбежать, — выдохнул Маски и посмотрел куда-то в сторону. — Почему ушла? Мать всё-таки бьёт?
— Нет, — я опустила взгляд и спрятала руки в карман кофты, — я тут просто услышала, что… как она ко мне относится, — призналась я. — Никогда я ещё не чувствовала себя такой ненужной.
— Все мы ненужные, — выдохнул парень. — Некоторые считают, что нужны кому-либо, а на самом деле — каждый человек лишь общественный отброс.
— Тим, — он посмотрел в мою сторону, — прости меня за Алекса, я…
— Эл, — он мотнул головой, а я удивилась своему имени с его стороны, — я не хочу слышать об этом обманщике ничего.
— Он просто хотел вернуть дружбу с тобой, — я прерывисто выдохнула и вспомнила наш с ним разговор. «В жизни я натворил много ошибок. Предательство Тима — самая огромная». — Он жалеет о содеянном. Я помешала вашей дружбе, я появилась, и вы стали отдаляться, — голова Тима была повёрнута в сторону, но он слушал, — он просто боялся тебя потерять.
— Знаешь, — Маски повернулся в мою сторону и посмотрел прямо в глаза. Никогда не любила эти пронзительные взгляды. До костей пробирало, — я хоть и был жертвой разных издевательств, вечных ссор родителей, но я никогда не предавал своих товарищей, — он достал из кармана пачку сигарет и уже хотел достать оттуда эту гадость, как я выхватила её из рук и кинула на дорогу, где её тут же передавило. — Ты… Ты идиотка? — Тим сердито посмотрел на дорогу, а потом — снова на меня.
— Я не хочу, чтобы ты курил эту дрянь, — наконец-то хватило смелости это сказать.
— А я не хочу, чтобы ты мне указывала, что делать, — фыркнул он и, развернувшись, стал отдаляться. Я растерянно смотрела ему вслед. Вот так уйдёт? Даже не попрощается? — Ты там застыла? Пошли быстрее, у меня нет никакого желания болеть из-за тебя!
С улыбкой посмотрев ему вслед, я направилась в другую сторону. Маски в недоумении посмотрел в мою сторону, а я крикнула:
— Перед своей смертью я не хочу рушить чью-либо ещё жизнь!
Страница 31 из 35
