Не бросай меня одну

Таблетка и правда заглотнула в себя большую часть моей боли и спать более менее я могла спокойно. Накрыв меня простынёй, Тим усмехнулся и, прошептав самому себе «наркоманка», вышел из комнаты, оставляя меня в одиночестве.

глава 5. он не твоя сиделка!

Утро выдалось ужасным. Голова вновь стала раскалываться, отчего я резко села на кровати и обхватила её руками, прижимая к себе колени. Стало нереально плохо, отчего я зашипела и зажмурила глаза со всей дури. Казалось, что если я не расслаблю веки, то втолкну свои глазные яблоки себе внутрь. Решив, что если я немного успокоюсь, то боль пройдёт, я попыталась сделать глубокий вдох и медленный выдох, дабы успокоить саму себя. Но по всему обыкновению, получилось у меня это не очень хорошо, стало только хуже, поэтому пришлось звать на помощь, а точнее орать на весь особняк, вернее на его остатки. В комнату тут же вбежал тот самый Худи, который некогда встретился мне с Тимом, и дал мне какую-то таблетку. Когда я запила её водой, я поняла по привкусу, что это опять та дрянь, и выдохнула с громким всхлипом. Парень усмехнулся и уже собирался уходить, как я его остановила.

— Где Маски?

— Слушай, наркоша…

— Я Элис, — сердито поправила я парня.

— Мне это ничего не говорит, — честно признался Худи, — я понимаю, что Тим за тебя отвечает, но он не твоя сиделка, он — прокси Безликого, так что парень не обязан вечно сидеть у твоей кроватки и помогать, если что, ясно?

Я тихо сказала «ясно»… и встала с постели. Та тут же скрипнула, а после я услышала противный треск. Повернувшись к ней лицом, я поправила аккуратно подушку (если её вообще так назвать можно было), но в этот же момент ножка снова треснула, согнулась пополам, кровать упала сначала на пол, а после и пол под ней рухнул, падая вместе с остатками «места для сна» на первый этаж. Я испуганно повернулась к парню лицом и виновато почесала тыльную сторону руки.

— Я это… Ну…

— Ты криворукая, — вывел вердикт Худи и вышел из комнаты, оставляя меня одну.

Передразнив прокси, когда его шаги утихли окончательно, я закатила глаза и посмотрела на дыру в полу. Обречённо выдохнув, я уже хотела выйти из комнаты, как пол треснул и подо мной, а после его остатки вместе с моей тушкой свалились туда же, куда совсем недавно приземлилась кровать. Падение оказалось совсем не мягким, я чувствовала, что что-то повредила. Встав кое-как с груды обломков, я посмотрела на руку, согнуть которую было очень больно. Расстроено прикрыв глаза, я отошла от места падения и почувствовала, как что-то стекает по моей ноге. Повернув голову в ту сторону, я увидела, что на ноге образовалась немаленькая царапина. Хотя нет, это не царапина, это самая натуральная рана. Зашибись, туда, наверное, ещё и инфекция уже попала. Поджав губы, я попыталась кое-как доковылять до стоящего в стороне стула. Он был, конечно, очень старым, дряхлым, на него было страшно садиться, честно! Но надо было что-то делать со своей ногой, потому я немного пошатала стул и, убедившись, что тот может меня подержать какое-то время на себе, опустилась на него. Тут же возник вопрос: а как я остановлю кровотечение или хотя бы промою рану, если тут у них нет ни бинтов, ни воды? Просто я сомневаюсь, что у них тут электричество есть и водопровод.

— О, наркоша по имени Элис, — я увидела Тимоти, который стоял в дверном проёме и боролся с усталостью. По мешкам, которые образовались под его глазами, я поняла, что он не спал всю ночь. Сочувственно посмотрев на парня, я повернулась к нему так, чтобы не было видно раны на ноге. — Ты чего… уже не спишь?

— Нет, там кровать провалилась, — я виновато посмотрела в сторону обломков и сказала: — Прости, я нечаянно…

— Вообще-то говорят «за нечаянно бьют отчаянно», но это не твоя вина… — Маски пошатнулся и опустил голову. — Тут всё старое, гляди, и дом и рухнет… под небом жить будем скоро.

Прокси прошёл мимо меня, не заметив рану (к моей радости), и поднялся наверх. Я же выдохнула и посмотрела на ногу, которая уже была вся в крови, да и щипала вдобавок. Зашипев от боли, я огляделась и сняла с себя кофту. Ничего больше не оставалось, остановить кровотечение надо было, под рукой была только эта материя. Обматывая ногу кофтой, я представляла, как буду носить это на себе. Всё в крови полностью, с неприятным запашком. Скривившись от картинок в воображении, я закончила с ногой и теперь попыталась встать со стула, но это оказалось непросто, так как рана начала щипать сильнее, а рука тоже давала о себе знать, а тут ещё и живот заболел. Я раскрыла глаза, так как ночью, еще, будучи дома, я успела прочесть в Интернете, что боль внизу живота является одним из признаков СПИДа.

На заваленный различным мусором пол стали падать солёные слёзы, из горла стали вырываться слабые всхлипы. Почему именно я? Почему я должна умереть из-за ошибок своей матери?! Я взвыла и закрыла лицо руками, продолжая реветь.