Неподходящее знакомство

Люциус Малфой прижался носом к вагонному окну, но суровый взгляд отца через стекло тут же заставил его сесть ровно и помнить о достоинстве рода. Леди Присцилла старалась подбодрить сына неуверенной улыбкой, она несколько рассеяно отвечала приветствиям знакомых на перроне, сдерживаясь, чтобы не попросить каждого, кто садился в Хогвартс-экспресс, присмотреть за ее мальчиком. Люциус первый раз уезжал из дома один и надолго. «Мальчишке нужно становиться самостоятельным, — внушал Абрахас Малфой, — драккл побери, Присцилла, ему давно пора отцепиться от твоей юбки!» Люциус изо всех сил старался соответствовать требованиям отца и славе своей семьи: сам втащил в купе тяжелый чемодан и клетку с белым филином, с независимым видом уселся, гордо задрал подбородок и выпятил нижнюю губу. Может быть, поэтому проходившие мимо школьники одаривали его немного удивленными, чуть насмешливыми взглядами, но никто так и не подошел и не предложил составить компанию в пути долгом и скучном. Люциус приготовился коротать всю дорогу в одиночестве, когда поезд резко тронулся, и в купе влетела незнакомая девочка. Рыжая, пухленькая и очень деловитая.

— У тебя свободно?

— Да, мисс…

— Отлично! Артур, мы поедем здесь, — крикнула она куда-то за спину и принялась запихивать под сидение корзинку.

— Я могу помочь вам, мисс… — Люциус вопросительно посмотрел на девочку, встал, чтобы представиться с поклоном, как принято.

— Я Молли, а это Артур, — девочка кивнула на долговязого, рыжего мальчика, который со смущенным видом зашел в купе следом за ней.

— Люциус, — Малфой тоже решил обойтись без фамилий, как и новые знакомые.

— Все, Артур, давай раздевайся, — потребовала Молли.

Артур нерешительно замялся:

— Право же, Молли, не надо…

— Давай, давай, — Молли была настроено решительно.

Артур стал стягивать джемпер, торопливо и сбивчиво объясняя ошарашенному Люциусу, что когда он пытался с Молли пройти через барьер на платформу, ну тогда он еще не знал, что она Молли, она потом ему сказала, просто тогда он застрял, но Молли не растерялась, и он за что-то зацепился, Молли его вытащила, чуть не опоздали, а рукав порвался…

— Будет как новенький, — пообещала девочка, у нее на коленях лежала жестяная коробка из-под печенья с анютиными глазками на крышке. Молли достала из нее нитки и иголку и принялась за работу. Шила она маленькими стежками, чуть шевелила губами от старания. Когда Молли закончила, откусила нитку зубами. Прежде чем спрятать коробку она окинула внимательным взглядом мальчиков, прикидывая, что бы еще заштопать и подчинить. Убедившись, что все в порядке, она обратилась к Люциусу:

— А я тебя где-то раньше видела. Ой, какой красивый, — последние слова относились к филину, — весь белый, надо же!

— А у нас еще и павлины есть и тоже белые.

— А я павлинов только на картинке видела. Поют, наверное, замечательно…

— Нет, у них голос противный, я в книжке читал, — Артур уже натянул джемпер и поспешил присоединиться к разговору, — а у нас упырь живет, его дедушка лет сто назад подобрал, вот он и приютился…

— Павлины — это красиво, а упырь — круто! — заявила Молли

С Молли было легко и весело: обращаясь к ней, не нужно было с полупоклоном добавлять «мисс», а когда желудок Малфоя совсем неаристократично заурчал, то Люциус не успел даже смутиться, Молли быстро вручила ему и Артуру по пирожку и высыпала на стол яблоки из корзины. Все дружно хрустели яблоками, ни мало не заботясь о хороших манерах. С проходящими мимо их купе школьниками Молли перебрасывалась шутками, задорно отвечая на остроты и подколки. Казалось, что Молли со всеми знакома, а все рыжие приходились ей родней. Наконец и Люциусу представилась возможность показать, что и у него есть кое-какие знакомства: по вагону важно прошествовала Климентина Розье. Люциус вежливо поклонился ей, старшеклассница снисходительно кивнула в ответ.

— Это мисс Розье, — сообщил Люциус новым друзьям.

— Знаю, — беспечно махнула рукой Молли, — проезжала она как-то мимо харчевни тети Джуди. Вся такая расфуфыренная. Заказала ча-а-а-аю, — Молли жеманно тянула слово, скорчила презрительно и недовольно мордашку, поднесла к губам воображаемую чашку, манерно отставив мизинец.

Мальчики громко и смешливо фыркнули. Климентина Розье отошла не так далеко, чтобы не услышать смех за спиной, а, обернувшись, увидела очень выразительную пантомиму. Чопорно поджав губы, мисс Розье бросила презрительный взгляд на ребятишек и обратилась подчеркнуто только к одному Люциусу, посчитав остальных недостойными ее внимания:

— Вы уверенны, что это подходящая для вас компания, мистер Малфой? Вам следует быть более разборчивыми в знакомствах и не якшаться с разными… — тут тонкие губы сжались еще крепче.

Весь вид старшеклассницы демонстрировал, что даже такое вопиющее хамство малявок не заставит ее произнести недопустимые для леди слова, а других они не заслуживают.