Родная кровь

— Она не убивала Рейлу, ты сам это видишь, — сказал он. Момент опасности миновал. Слезы Дени были искренними — она никогда не плакала, чтобы добиться своего. Слезы были для нее постыдным проявлением слабости. Но сейчас она плакала о погибшей матери.

— Пойми, она хотела этого, — прошептала Дени. — Вот почему я здесь, в комнате, где она умерла. И пока они не окрепнут, я не выйду отсюда. Думайте, что хотите, она пожертвовала собой ради вас, и если только я понимаю это, пусть так. Убирайтесь! Оба!

Драконы, уловив ее интонации, встали на задние лапы и взмахнули крыльями. Они могли быть грозными, но из-за размеров выглядели смешно.

— Ты думаешь, она понимала, что умирает? — тихо спросил Рейгар.

— Она перестала есть, — ответила Дени, вытирая слезы рукавом черного платья. — Мейстер поил ее силой. Язвы у нее на спине уже не заживали. Она могла прожить еще месяц, может быть год — ужасный год, мучаясь от боли. Она решила сгореть. В конце я не хочу мучиться. Я знаю, почему она это сделала. Но она не смогла бы попасть сюда сама, ей должны были помочь. Она была слишком слаба. И если ты думаешь, — она просверлила Визериса полным ненависти взглядом, — что я смогла бы затащить ее сюда, ты заблуждаешься.

— Варис, — хором сказали Рейгар и Визерис. Кронпринц отпустил брата, они пошли к выходу.

— Не утруждайте себя поисками! — крикнула Дени. — Он у отца. Рассказывает ему, как я убила мать!

По дороге к тронному залу они молчали. Рейгар вспоминал драконов. Неужели за несколько лет они вырастут в тех гигантов, черепа которых украшают зал?

Гвардейцы открыли ворота перед ними. Короля не было на троне, он стоял у подножия в компании Петира и Вариса.

— Я не поверил, когда мне сказали, что Серсею Ланнистер отвезли на Камень, — вместо приветствия сказал Эйрис. Он сильно постарел, но стоял сам. Траур на нем выглядел еще хуже, чем на Дени.

— Простите меня, ваше величество, — Визерис склонил голову.

— Ланнистеры прислали выкуп. Похоже, Киван не представляет себе, почему Джейме отказал Железнорожденным в возможности заполучить львицу.

— Я не видел их флота, отец, — заметил Рейгар.

— Флот прибыл, — Эйрис усмехнулся, — но у нас было еще немного дикого огня. Ровно столько, чтобы те, кто не мог умереть, сгорели.

Рейгар подхватил его усмешку — он ненавидел железнорожденных. Для него они были примером того, что делает с человеком отсутствие цивилизованного общества. Дикари, готовые грызться друг с другом за жалкий кусок бесплодной земли.

— Отец, я хотел бы поговорить с тобой наедине, — сказал Рейгар.

— Оставьте нас, — Эйрис отослал советников.

Визерис тоже направился к выходу, но Рейгар остановил его, а король не стал возражать.

— Ты видел их? — спросил Рейгар.

Эйрис болезненно поморщился.

— Мы увидели их только что, — сказал Рейгар. — Помнишь Сумеречный Дол, отец?

— Да, — Эйрис кивнул.

— Ты снова веришь чужакам. Варис настраивает тебя…

— Варис помог Рейле уйти из жизни, — сказал Эйрис, взглянув на висящий рядом череп. — Она попросила его. Он всегда испытывал к ней симпатию и не смог отказать. Вечером он пришел ко мне и попросил казнить его. Эта мысль до сих пор возвращается к нему время от времени.

— Но Дейенерис…

— Моя дочь, — отрезал Эйрис. — Она моя дочь, Рейгар. Так лучше.

— Она считает, ты обвиняешь ее в смерти матери, отец, — нахмурился Рейгар.

— Пусть так. Пусть считает меня кем угодно, если это помогает ей сидеть в башне в окружении драконов. Так лучше.

Король пошел к трону — сейчас он выглядел совсем старым. Настолько, что Рейгару стало жаль его.

— Ты не сможешь прятаться от нее вечно, — Визерис вышел вперед. Он редко делал это, оставляя Рейгару возможность самому говорить с другими людьми, но если ему приходило в голову вмешаться, это сбивало всех с толку. Эйрис замер на полпути к трону и обернулся.

— Чего ты боишься? — спросил Визерис. — Мы видели армию мертвецов, которая шагает на юг и, возможно, скоро все мы присоединимся к нему. Так чего ты боишься?

— Я не боюсь, — голос Эйриса дрогнул. — Она может быть счастлива.

— Отбери у меня брата и посмотри, каким счастливым я буду, — Визерис выплюнул эти слова и, как это часто водилось за ним, не дал собеседнику возможности подобрать слова — быстрым шагом он удалился из зала.

Рейгар и Эйрис остались одни.

— Как ты терпишь его? — спросил Эйрис, усаживаясь на трон.

— Когда я думаю, что готов ударить его, он улыбается, и я забываю, что хотел сделать, — ответил Рейгар. — К тому же, он прав.

— Прав? — Эйрис расхохотался. — Знаешь ли ты, как будут смотреть на короля, который…

— Она хочет подарить тебе дракона, — вмешался Рейгар.

— Что ты сказал? — Эйрис побледнел, хотя уже казался покрытым белилами.