Фандом: Гарри Поттер. Несколько эпизодов Первой войны. Фанфик написан, поскольку я обещал выполнить заявку одного человека.
Добавить в моё избранное
9 мин, 58 сек 3353
Снейп, с присвистом дыша, прижимает руки к рассеченной до кости скуле, а директор успокаивающе улыбается, разделив нас незримой стеной заклинания.
Аластор, после смерти Медоуз так и ни разу не протрезвевший, цедит отвратительное ругательство, сплевывая на деревянный пол, заслужив укоризненный взгляд курицы-Молли, взявшей на себя роль кухарки вместо положенных в доме эльфов. Чем руководствовался хозяин эльфов, отпустивший их на волю — непонятно. Поймав этот взгляд от жены дурковатого Артура Уизли, которого в ордене держали ради его странных изобретений, аврор морщится, как от зубной боли.
— Джеймс, — директор, залечив морду Снейпа, смотрит теперь на Сохатого. — Под пророчество подпадают две семьи, твоя и Лонгботтомов.
Френк, оставивший жену в поместье, стремительно бледнеет и направляется к камину.
— Однако я думаю, что именно твоя семья растит ребенка пророчества, — добавляет директор, а во взгляде остановившегося Лонгботтома читается нескрываемое сочувствие и облегчение, но я не могу его осуждать в такое черное время.
— Вам нужно спрятать ребенка, — говорит Дамблдор. — Может быть, заклинание Фиделиуса поможет.
… — Питер, ты же умный человек, — Джеймс и Лили вышли из комнаты, бросившись к внезапно проснувшемуся Сохатику, а мы с другом остались вдвоем. Люпин пропадал на очередном задании директора. — Все будут ловить меня, а на тебя не подумает никто.
— Я не знаю, Сириус, — в запахе Питти остро чувствуется страх, впрочем, он все время боится, с тех пор, как его чуть не прихлопнули в какой-то заварушке на юге страны. Он вернулся тогда весь перевязанный, пропахший целительными зельями, а Лили и медики Мунго вытаскивали его буквально с того света. — Меня убить легче, чем тебя.
— Но ты… гораздо менее заметен, — хлопком по плечу пытаюсь смягчить грубость слов.
— Да, — он странно и как-то болезненно улыбается. — Я всегда менее заметен, дружище…
— … ДЖЕЙМС! ЛИЛИ! НЕТ! — Дом уже почти перестал дымиться. Без всякой палочки, словно одержимый, я разбрасываю камни рвущимися с рук потоками магии, пытаясь пробиться сквозь завал к комнате, где плачет ребенок. Мой крестник. Труп Джеймса в гостиной буквально разорван на части высшей темной магией. В доме смердит от запаха какой-то запредельной черноты.
Завал поддается. И спустя секунду я бережно закрываю глаза словно бы уснувшей Лили. На моих руках надрывно плачет Гарри.
— Дамблдор приказал доставить младенца к нему, Сириус, — басит лесник-недоумок, которого я всегда презирал за слепую преданность директору. Моя рука уже лежит на палочке. Одно заклинание, — и полувеликан станет очередной жертвой продолжающейся войны, но недоумок добавляет: — Тебе нужно поймать этого предателя, пока он не сбежал, ведь только ты знаешь все его потайные норы.
— … По приговору чрезвычайного трибунала вы, Сириус из рода Блеков, приговариваетесь к пожизненному заключению за предательство семьи Поттеров, повлекшее за собой их гибель, убийство Питера Петтигрю и тринадцати маглов.
Я бы с удовольствием ответил им, что я думаю про хваленое правосудие, когда мне даже не дали адвоката, но в голове после пробившего мою защиту удара малыша-Питти ни одной связной мысли, всё буквально плывёт перед глазами, и даже голос председателя трибунала то приближается, то отдаляется. А тихо сипящий рядом дементор еще сильнее путает мысли, снова и снова прокручивая перед моим внутренним взором картину разрушенного дома Поттеров, мертвого Джеймса, словно уснувшую Лили.
«Дамблдор»…
«— Как мы все ошибались… — Мимо камеры проплывает дементор, и меня снова окутывает водоворот бредовых видений. — Директор забрал у Джеймса мантию-невидимку и не отдал даже когда на Гарри началась настоящая охота. Он не стал настаивать на том, чтобы я получил хотя бы веритасерум»…
— Джеймс, Луни, — шепчут мои губы, пока безумие раздирает на части разум. — Мы прорвемся. Когда-то ты назвал нас мародерами… Мы не знали еще, что означает это слово, ведь нам просто понравилась фраза «поле после битвы принадлежит мародерам». Мы думали, это значит, что мародеры всегда побеждают. Мы были неправы. Но всё равно, мы не сдадимся. Джеймс, Луни, мы не сдадимся…
Аластор, после смерти Медоуз так и ни разу не протрезвевший, цедит отвратительное ругательство, сплевывая на деревянный пол, заслужив укоризненный взгляд курицы-Молли, взявшей на себя роль кухарки вместо положенных в доме эльфов. Чем руководствовался хозяин эльфов, отпустивший их на волю — непонятно. Поймав этот взгляд от жены дурковатого Артура Уизли, которого в ордене держали ради его странных изобретений, аврор морщится, как от зубной боли.
— Джеймс, — директор, залечив морду Снейпа, смотрит теперь на Сохатого. — Под пророчество подпадают две семьи, твоя и Лонгботтомов.
Френк, оставивший жену в поместье, стремительно бледнеет и направляется к камину.
— Однако я думаю, что именно твоя семья растит ребенка пророчества, — добавляет директор, а во взгляде остановившегося Лонгботтома читается нескрываемое сочувствие и облегчение, но я не могу его осуждать в такое черное время.
— Вам нужно спрятать ребенка, — говорит Дамблдор. — Может быть, заклинание Фиделиуса поможет.
… — Питер, ты же умный человек, — Джеймс и Лили вышли из комнаты, бросившись к внезапно проснувшемуся Сохатику, а мы с другом остались вдвоем. Люпин пропадал на очередном задании директора. — Все будут ловить меня, а на тебя не подумает никто.
— Я не знаю, Сириус, — в запахе Питти остро чувствуется страх, впрочем, он все время боится, с тех пор, как его чуть не прихлопнули в какой-то заварушке на юге страны. Он вернулся тогда весь перевязанный, пропахший целительными зельями, а Лили и медики Мунго вытаскивали его буквально с того света. — Меня убить легче, чем тебя.
— Но ты… гораздо менее заметен, — хлопком по плечу пытаюсь смягчить грубость слов.
— Да, — он странно и как-то болезненно улыбается. — Я всегда менее заметен, дружище…
— … ДЖЕЙМС! ЛИЛИ! НЕТ! — Дом уже почти перестал дымиться. Без всякой палочки, словно одержимый, я разбрасываю камни рвущимися с рук потоками магии, пытаясь пробиться сквозь завал к комнате, где плачет ребенок. Мой крестник. Труп Джеймса в гостиной буквально разорван на части высшей темной магией. В доме смердит от запаха какой-то запредельной черноты.
Завал поддается. И спустя секунду я бережно закрываю глаза словно бы уснувшей Лили. На моих руках надрывно плачет Гарри.
— Дамблдор приказал доставить младенца к нему, Сириус, — басит лесник-недоумок, которого я всегда презирал за слепую преданность директору. Моя рука уже лежит на палочке. Одно заклинание, — и полувеликан станет очередной жертвой продолжающейся войны, но недоумок добавляет: — Тебе нужно поймать этого предателя, пока он не сбежал, ведь только ты знаешь все его потайные норы.
— … По приговору чрезвычайного трибунала вы, Сириус из рода Блеков, приговариваетесь к пожизненному заключению за предательство семьи Поттеров, повлекшее за собой их гибель, убийство Питера Петтигрю и тринадцати маглов.
Я бы с удовольствием ответил им, что я думаю про хваленое правосудие, когда мне даже не дали адвоката, но в голове после пробившего мою защиту удара малыша-Питти ни одной связной мысли, всё буквально плывёт перед глазами, и даже голос председателя трибунала то приближается, то отдаляется. А тихо сипящий рядом дементор еще сильнее путает мысли, снова и снова прокручивая перед моим внутренним взором картину разрушенного дома Поттеров, мертвого Джеймса, словно уснувшую Лили.
«Дамблдор»…
«— Как мы все ошибались… — Мимо камеры проплывает дементор, и меня снова окутывает водоворот бредовых видений. — Директор забрал у Джеймса мантию-невидимку и не отдал даже когда на Гарри началась настоящая охота. Он не стал настаивать на том, чтобы я получил хотя бы веритасерум»…
— Джеймс, Луни, — шепчут мои губы, пока безумие раздирает на части разум. — Мы прорвемся. Когда-то ты назвал нас мародерами… Мы не знали еще, что означает это слово, ведь нам просто понравилась фраза «поле после битвы принадлежит мародерам». Мы думали, это значит, что мародеры всегда побеждают. Мы были неправы. Но всё равно, мы не сдадимся. Джеймс, Луни, мы не сдадимся…
Страница 3 из 3
