Преступление без потерпевших

Она окажется в стеклянной коробке бесполезного офиса среди кучи взволнованных соискателей и останется там навсегда, но ей не придется искать названия и объяснения словам и вещам, о которых она никогда не хотела бы знать.

— Он погиб в самом деле сам?

Максаков пристально посмотрел на ее отражение в зеркале заднего вида.

— Разумеется, сам. Днем раньше, днем позже.

— А что же тогда браслет? — допытывалась Ирина. — Я думала, он вам как-то помог.

— Помог? — переспросил Максаков. — Задержанный по телесным средней тяжести — это, по-вашему, что, не помощь? Так у нас был покойник, которого в суд не доставишь. Теперь будет свеженький обвиняемый. Ну и барышня — за дачу ложных показаний.

Максаков перестроился, пугнув какого-то мотоциклиста, на ощупь включил магнитолу, запустив в машину ненавязчивую инструментальную музыку. Ирина решила, что этот диск поставила Виктория Дмитриевна, а Максаков по привычке или из уважения просто привык это слушать. Музыка была спокойной, умиротворяющей, очень красивой, Ирина ее раньше не слышала, а Максаков вдруг начал подпевать неожиданно приятным и хорошо поставленным голосом.

— Вы не хотите есть? — внезапно спросила она.

— Хочу, — и Максаков, восприняв ее слова как предложение, закрутил головой. — Вон «Макдональдс».

У этого парня определенно был талант вгонять ее в краску.

— Как вас зовут?

— Валерий.

— Очень приятно, — запоздало призналась Ирина, пусть уже так не думала. — Знаете что, Валерий… Высадите меня где-нибудь здесь. Я доеду на такси, обещаю.

Максаков дернул плечом, ловко припарковался, пропустив выезжающий со стоянки джип, и обернулся.

— Есть не пойдете?

Судя по выражению лица, он не понимал, как можно отказаться от подвернувшейся возможности перекусить. И мыслил он не теми категориями, что Ирина: раскрытый материал, недоваренные пельмени, и все его красивое позерство было не способом привлечь внимание Ирины, а донести до нее свое превосходство. Делай дело, желательно — хорошо, мысли просто, смотри в самую суть. Ему это удавалось.

— Нет, не пойду, — пробормотала она и зачем-то добавила: — У меня еще курица есть.

— О, хорошо, — обрадовался Максаков, и у Ирины замерло сердце в ожидании подтверждения ее ошибки, но нет. — Точно, крылышки надо взять.

Ирина медлила.

— Так я пойду?

— Идите, — разрешил Максаков. — Быстрее только, а то я действительно есть хочу.

Ирина вышла из машины и захлопнула дверь, Максаков нетерпеливо пискнул дистанционным замком.

— До свидания, — бросил он и исчез, не дожидаясь ее ответа. Ирина задумчиво смотрела на яркую букву «М».

Может быть, он действительно повез ее по собственной инициативе. Слишком быстро он согласился ее отпустить и гнева начальницы не испугался. Может быть, у него было задание рассказать ей то, что не успела подполковник. Может быть, Ирина где-то не проявила должного такта, внимания, участия. Может быть, он рассчитывал еще что-нибудь у нее съесть, не тратясь на «Макдональдс», добила саму себя Ирина и направилась к стоянке такси.

Как бы там ни было, от этих трех нервных, нехороших дней у нее остались только несколько «может быть» и то, о чем она обещала себе подумать и твердо знала, что не рискнет.

Фонари и свет фар машин плавали в мелкой невидимой взвеси, и было похоже, что все-таки начинался дождь.