Повтор

Она заливается краской, а он слышит, как сердце колотится в груди, но не спешит отпустить ее. Поддаваясь какому-то немыслимому порыву, крепче прижимает ее к груди, мягко приобнимая за плечи.

Кажется, что время останавливается, а звуки вокруг затихают. Нет больше машин и людей, нет шума клаксонов и визга тормозов, нет тысяч голосов, соединяющихся в один многоголосый гул. Есть только они. Только они вдвоем, на этой улице, в этом городе, на этой планете и во всей этой вселенной.

Когда воспоминание касалось именно этого момента, мужчина чувствовал себя неловко. Ему хотелось взять пульт и перемотать кусочек пленки. Слишком личный, интимный момент. Воспоминание дарило невероятное ощущение уединения, которое почему-то смущало. Мужчина не испытывал никаких трудностей при покупке воспоминаний, деятельность «Memoria» он считал полностью этичной и совершенно невероятной и восхитительной. И вот скромный момент, где двое впервые обнялись, смущал его. Да, это воспоминание, безусловно, было особенным для него. Оно резонировало с какими-то внутренними мыслями и эмоциями, играя на струнах его души. Он приехал сюда, чтобы еще сильнее проникнуться, чтобы еще глубже погрузиться в чувства владельца воспоминания.

Ни мир с высоты Эльбруса, ни концерт Майкла Джексона, ни прыжок с гигантской тарзанки, на который он в жизни бы не решился, не впечатлили его так, как первое свидание двух влюбленных.

Мир вокруг оживает, когда Джоанна высвобождается из его объятий. Несколько секунд они просто смотрят в глаза друг другу. Это самый долгий взгляд из всех, которые были и будут в его жизни.

— Осторожнее. — На самом деле он совершенно не против, чтобы она споткнулась еще пару раз. Обязательно будет рядом и поможет устоять на ногах, позволив себе еще одно короткое объятие.

— Конечно, — она опускает взгляд и смотрит на одолженные ради свидания туфли. — Хотя с тобой мне нечего бояться. — Выпрямляется и расправляет плечи, мысленно обнимая и целуя ее, тысячу раз признаваясь в своих чувствах, горящих с невероятной силой в груди и готовых выплеснуться наружу в любой момент.

Вновь протягивает ей руку, и они идут дальше, периодически обмениваясь ничего не значащими фразами и просто наслаждаясь обществом друг друга. Им вместе уютно даже молчать. Сейчас он собирается отвести ее в небольшое уютное, но недорогое кафе. Очень надеется, что такая простота придется ей по душе, потому что на большее у него просто не хватит денег.

Мужчина уверенно шел вперед, ведомый воспоминанием. Небольшая ямка, о которую споткнулась девушка, уже давно заделана. Наверное, уже не один слой асфальта сменился здесь. Но когда-то, вероятно, достаточно давно здесь был крохотный изъян, сблизивший на секунду два любящих сердца.

Он с удивлением заметил, что стал романтиком. Положа руку на сердце, он признавал, что всегда им был, но не до таких мелочей. Стареет, наверное. Пожилой джентльмен улыбнулся спешащим мимо родителям, которые вели ребенка, держа его за руки с двух сторон. Родители его улыбку даже не заметили, а малыш проводил взглядом и беззубо улыбнулся.

Дойдя до конца квартала, они сворачивают на другую, не менее узкую улочку. До них доносится голос с другой стороны тротуара.

— Мороженое! Ванильное, шоколадное, банановое — на любой вкус! — В тени невысокого дерева стоит лоток с мороженым, за прилавком которого зазывает покупателей маленький кругленький мужчина в белом фартуке с огромными карманами. Его взгляд цепляется за появившуюся пару. — Молодой человек, угостите свою даму мороженым!

Мысленно клянет мороженщика на все лады. В кармане у него одна купюра, на которую они будут обедать в кафе, и немного мелочи. Разменивать деньги не собирается, чтобы не выглядеть в кафе слишком бедным. Но и отказать сейчас — значит показать себя жадным!

— Конечно, — бубнит он, а потом поворачивается к Джоанне и немного вымученно улыбается. — Тебе какое? Я люблю ванильное, но сейчас что-то не хочется, — говорит нарочито очень бодрым голосом. На одну порцию должно хватить мелочи. — Девушка внимательно смотрит ему в глаза и словно видит его насквозь, потому что отрицательно качает головой.

— Спасибо, но мне тоже не хочется. — Он почти уверен, что она разгадала его трудности, не может подобрать слова, чтобы высказать свою благодарность, поэтому молча кивает. Впервые берет ее ладонь в свою.

Конечно же, мороженщика и в помине нет, даже дерево, в тени которого он прятался, тоже давно нет, и пенька не осталось. Мужчина подошел к этому месту, сейчас он стоял ровно на том же, что и юноша на свидании. Сейчас бы он от мороженого не отказался, тоже всегда любил ванильное. А вот проблем с деньгами, в отличие от владельца воспоминания, у него не было. Но у того юноши было то, что намного ценнее любых денег, он нашел свое сокровище.

Он почувствовал пустоту в ладони, словно должен был держать кого-то за руку, а никого нет.