Фандом: Ориджиналы. И снова с нами покусательный Серый волчок, пытающийся разрешить свои профессиональные проблемы.
Добавить в моё избранное
7 мин, 43 сек 5444
К психотерапевту тому я снова пришёл через неделю. Пришлось ждать: он чего-то всё лежал и читал, а мне не положено при свете появляться. Я ждал-ждал, а потом сообразил: это же мне клиентам показываться на свету нельзя, а тут-то клиент — я, а не он. Значит, можно, наверное.
В общем, я тогда кашлянул деликатно и постучал в дверь шкафа. Изнутри. Ну, чтобы сразу не пугать своей мордой.
— Да-да, войдите! — машинально откликнулся человек и только потом сообразил, что стучат не в дверь.
Вернее, не в ту дверь.
— А это снова я, — проговорил я, улыбаясь как можно дружелюбнее и осторожно выбираясь из шкафа. — Здравствуйте.
— Здравствуйте, — несколько нервно ответил психотерапевт, — как ваши дела?
— Да вот, — сказал я смущённо и дёрнул ухом, — понимаете… Не сработало. Ну, совет ваш. Не помог.
— То есть запах вы чувствуете по-прежнему? — уточнил человек, откладывая в сторону планшет.
— Чувствую, — я вздохнул и потёр нос. — И вкус тоже чувствую. А главное, — я вздохнул ещё раз и, кажется, покраснел. Только этого, конечно, заметно не было, — клиенты пугаются.
— А обычно они не пугаются? — заинтересовался психотерапевт. — Согласитесь, ситуация э-э-э… не самая обычная. Странно, что ни ко мне, ни к моим коллегам никто с подобной проблемой не обращался — насчёт серого волчка, кусающего за бочок.
— Они не так пугаются, — попытался я объяснить. — Ну… не того. Они должны пугаться кусания, а не меня самого. Понимаете? — спросил я с надеждой.
— Укус настолько… э-э-э… травматичен? — психотерапевт как-то весь подобрался.
— Ну… — я задумался. — Он кровавый, конечно. Но дело не в этом. Они должны волчка помнить… обычного такого. Серого. Ну, волка, в общем. Кусающего. А тут этот пульверизатор… Понимаете?
— Да, такого э-э-э… зрелища может испугаться даже человек с устойчивой психикой, — согласился психотерапевт. — Это же примерно как э-э-э… Чёрная рука, вытаскивающая из кармана айфон.
— У Чёрной руки нет карманов, — сказал я удивлённо. — Она голая же. Ну, или в рукаве — когда зимой, например. Откуда же там карманы?
— Из кармана того, кого пугают, — пояснил человек, — ну, или со стола. Чёрная рука — карманник, — он тихонько засмеялся.
— Да вы что говорите? — возмутился я. — Нам запрещено брать что-либо у клиентов! Да у нас за такое знаете, что бывает!
Очень меня его слова обидели. Я даже хотел было уйти, но вовремя вспомнил, что пришёл сюда не просто поболтать, а по делу. Но обиделся всё равно.
— Ох, простите, пожалуйста! — смутился психотерапевт. — Я вовсе не хотел вас задеть. Вам, наверное, попало за пульверизатор?
— Вы же не клиент, — буркнул я всё ещё обиженно. — И сами подарили. Но могу вернуть, — добавил я.
И вздохнул.
Возвращать пульверизатор не хотелось. Подарок всё-таки. Единственный.
— Ну что вы! — он даже расстроился. — Я же от чистого сердца! Подарки возвращать не нужно, разве что в знак полного э-э-э… разрыва.
Честно говоря, я почувствовал облегчение. И обрадовался.
— Нет, — говорю, — не надо разрыва. И пульверизатор мне нравится. Но вы, — добавил я, — больше не говорите такого. И даже не думайте. Мы никогда не берём ничего чужого.
— Это была просто шутка, — вздохнул он, — неудачная. Так, давайте подумаем, что можно сделать с вашей проблемой?
— Не знаю, — я снова захандрил. — Запах-то никуда не делся. И пульверизатор надо убирать — а то я тут…
Я вздохнул и, смущаясь, рассказал ему, как Витюня глядел на меня вытаращенными глазами и трясущимися руками тыкал в кнопки этого… как его… телефона. А потом забился в угол кровати, махал на меня подушкой и винил какую-то «беленькую, стерву палёную, чтоб он её — да больше никогда!»
— То есть раньше подобной реакции не было ни у кого? — уточнил он. — Вы вообще-то у этого Витюни не в первый раз были?
— Не в первый, — я скривился. — Мы с белками к нему регулярно ходим. По очереди. А реакции раньше не было, — подтвердил я. — Ни у кого. А тут…
Я вздохнул.
— С белками? — очень удивился человек. — Ах да… белочка… и что, белок много ходит?
— Когда как, — я даже задумался. — Иногда и одна бывает — но это если остальные заняты. Обычно ходят по четверо, но иногда могут и восемь собраться… одной сложно.
— А песцы у вас не работают? — вдруг спросил он.
— Есть песцы, — я даже удивился. — Как же без них? Но у них специализация узкая…
— А у вас широкая? — тоже удивился он. — То есть, кроме покусания, предполагается ещё… э-э-э… ряд услуг?
— Вроде, нет, — я задумался. — Но нас можно хоть к младенцу, хоть к старику отправить. В любой ситуации. Главное — чтоб они на краю спали. А песцов только в одной ситуации посылают…
— Слушайте, — вдруг с интересом сказал он, — а если ваш клиент вообще не спит на краю?
В общем, я тогда кашлянул деликатно и постучал в дверь шкафа. Изнутри. Ну, чтобы сразу не пугать своей мордой.
— Да-да, войдите! — машинально откликнулся человек и только потом сообразил, что стучат не в дверь.
Вернее, не в ту дверь.
— А это снова я, — проговорил я, улыбаясь как можно дружелюбнее и осторожно выбираясь из шкафа. — Здравствуйте.
— Здравствуйте, — несколько нервно ответил психотерапевт, — как ваши дела?
— Да вот, — сказал я смущённо и дёрнул ухом, — понимаете… Не сработало. Ну, совет ваш. Не помог.
— То есть запах вы чувствуете по-прежнему? — уточнил человек, откладывая в сторону планшет.
— Чувствую, — я вздохнул и потёр нос. — И вкус тоже чувствую. А главное, — я вздохнул ещё раз и, кажется, покраснел. Только этого, конечно, заметно не было, — клиенты пугаются.
— А обычно они не пугаются? — заинтересовался психотерапевт. — Согласитесь, ситуация э-э-э… не самая обычная. Странно, что ни ко мне, ни к моим коллегам никто с подобной проблемой не обращался — насчёт серого волчка, кусающего за бочок.
— Они не так пугаются, — попытался я объяснить. — Ну… не того. Они должны пугаться кусания, а не меня самого. Понимаете? — спросил я с надеждой.
— Укус настолько… э-э-э… травматичен? — психотерапевт как-то весь подобрался.
— Ну… — я задумался. — Он кровавый, конечно. Но дело не в этом. Они должны волчка помнить… обычного такого. Серого. Ну, волка, в общем. Кусающего. А тут этот пульверизатор… Понимаете?
— Да, такого э-э-э… зрелища может испугаться даже человек с устойчивой психикой, — согласился психотерапевт. — Это же примерно как э-э-э… Чёрная рука, вытаскивающая из кармана айфон.
— У Чёрной руки нет карманов, — сказал я удивлённо. — Она голая же. Ну, или в рукаве — когда зимой, например. Откуда же там карманы?
— Из кармана того, кого пугают, — пояснил человек, — ну, или со стола. Чёрная рука — карманник, — он тихонько засмеялся.
— Да вы что говорите? — возмутился я. — Нам запрещено брать что-либо у клиентов! Да у нас за такое знаете, что бывает!
Очень меня его слова обидели. Я даже хотел было уйти, но вовремя вспомнил, что пришёл сюда не просто поболтать, а по делу. Но обиделся всё равно.
— Ох, простите, пожалуйста! — смутился психотерапевт. — Я вовсе не хотел вас задеть. Вам, наверное, попало за пульверизатор?
— Вы же не клиент, — буркнул я всё ещё обиженно. — И сами подарили. Но могу вернуть, — добавил я.
И вздохнул.
Возвращать пульверизатор не хотелось. Подарок всё-таки. Единственный.
— Ну что вы! — он даже расстроился. — Я же от чистого сердца! Подарки возвращать не нужно, разве что в знак полного э-э-э… разрыва.
Честно говоря, я почувствовал облегчение. И обрадовался.
— Нет, — говорю, — не надо разрыва. И пульверизатор мне нравится. Но вы, — добавил я, — больше не говорите такого. И даже не думайте. Мы никогда не берём ничего чужого.
— Это была просто шутка, — вздохнул он, — неудачная. Так, давайте подумаем, что можно сделать с вашей проблемой?
— Не знаю, — я снова захандрил. — Запах-то никуда не делся. И пульверизатор надо убирать — а то я тут…
Я вздохнул и, смущаясь, рассказал ему, как Витюня глядел на меня вытаращенными глазами и трясущимися руками тыкал в кнопки этого… как его… телефона. А потом забился в угол кровати, махал на меня подушкой и винил какую-то «беленькую, стерву палёную, чтоб он её — да больше никогда!»
— То есть раньше подобной реакции не было ни у кого? — уточнил он. — Вы вообще-то у этого Витюни не в первый раз были?
— Не в первый, — я скривился. — Мы с белками к нему регулярно ходим. По очереди. А реакции раньше не было, — подтвердил я. — Ни у кого. А тут…
Я вздохнул.
— С белками? — очень удивился человек. — Ах да… белочка… и что, белок много ходит?
— Когда как, — я даже задумался. — Иногда и одна бывает — но это если остальные заняты. Обычно ходят по четверо, но иногда могут и восемь собраться… одной сложно.
— А песцы у вас не работают? — вдруг спросил он.
— Есть песцы, — я даже удивился. — Как же без них? Но у них специализация узкая…
— А у вас широкая? — тоже удивился он. — То есть, кроме покусания, предполагается ещё… э-э-э… ряд услуг?
— Вроде, нет, — я задумался. — Но нас можно хоть к младенцу, хоть к старику отправить. В любой ситуации. Главное — чтоб они на краю спали. А песцов только в одной ситуации посылают…
— Слушайте, — вдруг с интересом сказал он, — а если ваш клиент вообще не спит на краю?
Страница 1 из 3
