Фандом: Гарри Поттер. Сумасшествие — всего лишь помутнение утонченного рассудка.
Добавить в моё избранное
14 мин, 30 сек 8719
Тяжесть фамильных жемчугов неприятно сдавила грудь, заставив Вальбургу прижать руку к горлу, словно ей резко перестало хватать воздуха. Пара глубоких вдохов — и лихорадочно бьющееся сердце вернулось в норму, принявшись отсчитывать мгновения жизни.
Двери за спиной захлопнулись с приглушенным скрипом, когда она покинула комнату и направилась по слабо освещенному коридору. «Надо сказать Кикимеру, чтобы решил эту проблему», — отметила, скользя ладонью по гладким перилам лестницы.
— Кикимер!
— Да, хозяйка, — тут же появился домовик. — Ужин накрыт, как вы и приказывали.
— А мой муж уже там?
— Мастер Орион… — замялся эльф, испуганно прижимая уши к голове, — он…
— Что ты бормочешь? — сурово спросила Вальбурга, но, не дождавшись ответа, добавила: — Ах, ступай уже, я сама его найду… — и, шурша юбками, скрылась за поворотом, ведущим к столовой.
— Х-хозяйка… — несчастные блекло-голубые глаза верного слуги смотрели ей вслед, и крупные слезы падали одна за одной на ветхую наволочку. — Хозяйка, но мастер Орион… — пробормотал он, сокрушенно качая головой и пытаясь подавить рвавшиеся из груди всхлипы.
Двери столовой были приветливо распахнуты. В высокой люстре горели свечи, их пламя преломлялось в хрустальных подвесках и рассыпало вокруг мириады разноцветных всполохов. Огромный стол, за которым Вальбурга так не любила сидеть в одиночестве, был накрыт как для роскошного ужина, и она уже была готова похвалить Кикимера, как внезапно ее глаза расширились от гнева.
— Кикимер! — крикнула, яростно сжимая кулаки, что вовсе не надлежало делать благородной леди, как часто наставляла её мать, Ирма Блэк. — Кикимер!
Эльф появился перед ней и, увидев перекошенное от гнева лицо, тут же упал на колени, стараясь подползти и поцеловать ее ноги, лишь бы она простила.
— Х-хозяйка? — перепугано прохрипел он, протягивая к ней руки. — Что Кикимер сделал не так?
— Ты, жалкое отродье, забыл, что я тебе приказывала?
Глаза эльфа от страха полезли на лоб, а уши, сотрясаемые мелкой дрожью, он с силой оттягивал к подбородку. По острому личику градом катились слезы.
— Кикимер плохой, Кикимер ослушался приказа, — бормотал он, раскачиваясь из стороны в сторону.
— Где столовые приборы для моего мужа? — уже не кричала — шипела Вальбурга. — Где?
— Н-но… — заикался домовик, — н… но мастер Орион…
— Молчать! — взвизгнула она, выхватывая палочку, отчего домовик у ее ног сжался еще сильнее. — Немедленно принеси их, иначе твоя голова прямо сейчас украсит стену!
— Да, хозяйка… слушаюсь, хозяйка…
С громким хлопком на противоположной стороне стола появились приборы, и на губах Вальбурги расцвела улыбка, вмиг превратив ее из разъяренной фурии в красивую женщину.
— Проваливай!
— Да, хозяйка.
Он исчез, а Вальбурга с улыбкой поправила роскошный букет, стоящий в центре стола и принялась ждать супруга. Довольно часто, заработавшись, Орион забывал о своих обещаниях, и тогда ей самой приходилось подниматься к нему в кабинет и напоминать об ужине. Видимо, и сегодня был один из таких дней.
Царственная осанка, гордый разворот плеч… она шла и вспоминала те дни, когда только-только получила значок старосты из рук профессора Слагхорна. Тогда она точно так же гордо шествовала по коридору Хогвартса, а на груди ярко сверкал и переливался чеканный зеленый змей на серебряном фоне. Сейчас она уже не помнила, о чем тогда думала, упиваясь своей властью, да и вместо значка на груди покоились жемчуга, но уверенная походка никуда не делась за прошедшие годы. Да и какие те годы, у нее еще вся жизнь впереди…
— Орион? — толкнув двери, она вошла в кабинет. С ее появлением вспыхнула огнями люстра, осветив горы каких-то бумаг, счетов, лежавших на столе. На журнальном столике, замерев на самом краю, валялась открытая книга, так и норовя упасть на пол. Свечи освещали пустое, пыльное помещение, и Вальбурга в недоумении провела рукой по каминной полке — кончики пальцев тут же выпачкались в пыли.
— Почему… — рассеянно начала она, и тут же умолкла, когда холодные пальцы легли ей на талию, разворачивая к себе.
— Меня ищешь? — усмехаясь, спросил он.
Она вздрогнула и попыталась вырваться из объятий удерживающего ее мужчины.
— Ну что ты, Вэл, как маленькая? — насмехался он, склоняясь к ее губам. — Неужели забыла, что сама приглашала меня приходить, когда захочу?
— Я…
— Вот я и зашел, — продолжал он, почти коснувшись ее лица губами, — потому что хочу тебя.
— Прекрати, Том, — взмолилась, уже даже не пытаясь вырваться. — Просто прекрати. Я давно замужем, слышишь?
— А мне все равно, Вэл, — шептал он, покрывая поцелуями ее лицо. — Я всегда получаю то, что хочу, помнишь? А сейчас я хочу тебя…
— Нет! Я сказала нет!
Двери за спиной захлопнулись с приглушенным скрипом, когда она покинула комнату и направилась по слабо освещенному коридору. «Надо сказать Кикимеру, чтобы решил эту проблему», — отметила, скользя ладонью по гладким перилам лестницы.
— Кикимер!
— Да, хозяйка, — тут же появился домовик. — Ужин накрыт, как вы и приказывали.
— А мой муж уже там?
— Мастер Орион… — замялся эльф, испуганно прижимая уши к голове, — он…
— Что ты бормочешь? — сурово спросила Вальбурга, но, не дождавшись ответа, добавила: — Ах, ступай уже, я сама его найду… — и, шурша юбками, скрылась за поворотом, ведущим к столовой.
— Х-хозяйка… — несчастные блекло-голубые глаза верного слуги смотрели ей вслед, и крупные слезы падали одна за одной на ветхую наволочку. — Хозяйка, но мастер Орион… — пробормотал он, сокрушенно качая головой и пытаясь подавить рвавшиеся из груди всхлипы.
Двери столовой были приветливо распахнуты. В высокой люстре горели свечи, их пламя преломлялось в хрустальных подвесках и рассыпало вокруг мириады разноцветных всполохов. Огромный стол, за которым Вальбурга так не любила сидеть в одиночестве, был накрыт как для роскошного ужина, и она уже была готова похвалить Кикимера, как внезапно ее глаза расширились от гнева.
— Кикимер! — крикнула, яростно сжимая кулаки, что вовсе не надлежало делать благородной леди, как часто наставляла её мать, Ирма Блэк. — Кикимер!
Эльф появился перед ней и, увидев перекошенное от гнева лицо, тут же упал на колени, стараясь подползти и поцеловать ее ноги, лишь бы она простила.
— Х-хозяйка? — перепугано прохрипел он, протягивая к ней руки. — Что Кикимер сделал не так?
— Ты, жалкое отродье, забыл, что я тебе приказывала?
Глаза эльфа от страха полезли на лоб, а уши, сотрясаемые мелкой дрожью, он с силой оттягивал к подбородку. По острому личику градом катились слезы.
— Кикимер плохой, Кикимер ослушался приказа, — бормотал он, раскачиваясь из стороны в сторону.
— Где столовые приборы для моего мужа? — уже не кричала — шипела Вальбурга. — Где?
— Н-но… — заикался домовик, — н… но мастер Орион…
— Молчать! — взвизгнула она, выхватывая палочку, отчего домовик у ее ног сжался еще сильнее. — Немедленно принеси их, иначе твоя голова прямо сейчас украсит стену!
— Да, хозяйка… слушаюсь, хозяйка…
С громким хлопком на противоположной стороне стола появились приборы, и на губах Вальбурги расцвела улыбка, вмиг превратив ее из разъяренной фурии в красивую женщину.
— Проваливай!
— Да, хозяйка.
Он исчез, а Вальбурга с улыбкой поправила роскошный букет, стоящий в центре стола и принялась ждать супруга. Довольно часто, заработавшись, Орион забывал о своих обещаниях, и тогда ей самой приходилось подниматься к нему в кабинет и напоминать об ужине. Видимо, и сегодня был один из таких дней.
Царственная осанка, гордый разворот плеч… она шла и вспоминала те дни, когда только-только получила значок старосты из рук профессора Слагхорна. Тогда она точно так же гордо шествовала по коридору Хогвартса, а на груди ярко сверкал и переливался чеканный зеленый змей на серебряном фоне. Сейчас она уже не помнила, о чем тогда думала, упиваясь своей властью, да и вместо значка на груди покоились жемчуга, но уверенная походка никуда не делась за прошедшие годы. Да и какие те годы, у нее еще вся жизнь впереди…
— Орион? — толкнув двери, она вошла в кабинет. С ее появлением вспыхнула огнями люстра, осветив горы каких-то бумаг, счетов, лежавших на столе. На журнальном столике, замерев на самом краю, валялась открытая книга, так и норовя упасть на пол. Свечи освещали пустое, пыльное помещение, и Вальбурга в недоумении провела рукой по каминной полке — кончики пальцев тут же выпачкались в пыли.
— Почему… — рассеянно начала она, и тут же умолкла, когда холодные пальцы легли ей на талию, разворачивая к себе.
— Меня ищешь? — усмехаясь, спросил он.
Она вздрогнула и попыталась вырваться из объятий удерживающего ее мужчины.
— Ну что ты, Вэл, как маленькая? — насмехался он, склоняясь к ее губам. — Неужели забыла, что сама приглашала меня приходить, когда захочу?
— Я…
— Вот я и зашел, — продолжал он, почти коснувшись ее лица губами, — потому что хочу тебя.
— Прекрати, Том, — взмолилась, уже даже не пытаясь вырваться. — Просто прекрати. Я давно замужем, слышишь?
— А мне все равно, Вэл, — шептал он, покрывая поцелуями ее лицо. — Я всегда получаю то, что хочу, помнишь? А сейчас я хочу тебя…
— Нет! Я сказала нет!
Страница 2 из 5
