Фандом: Ориджиналы. Эта история — о том, как люди теряют самое дорогое. О глупости и жадности, ибо одно часто ходит в поисках другого. «Естественные роды», «духовные акушерки» и прочая, и прочая. Автор еще раз напоминает: ангст, драма, рейтинг, предупреждения.
Добавить в моё избранное
25 мин, 31 сек 2471
Кто точно ждал, пока все начнется, так это кошка. Как только Иван открыл гардероб, она шмыгнула под свернутые одеяла и затаилась.
— Может, ее лучше убрать? — почему-то обращаясь к шкафу, спросил Иван, имея в виду, разумеется, кошку. Наталья его поняла.
— Пусть там сидит, — подумав, разрешила она. — Цветы, обязательно надо поставить цветы еще и на кухне.
— Шампанское и свечи не надо? — с непонятной самому себе озлобленностью буркнул Иван и обернулся.
Наталья смотрела на него с ответной неприязнью. Впрочем, напряжение было недолгим, ее лицо вскоре разгладилось, Иван тоже немного расслабился. «Нервы, все это нервы», — подумал он с досадой. Нервы сейчас ему были совершенно ни к чему.
— Давайте сходим на кухню, — предложила Наталья. — Надо кое-что сделать, я покажу, заодно проверю, все ли готово. Ничего, — Наталья уверенно кивнула и оглянулась на лежавшую на кровати Марину. — С ней все хорошо. Больше чем хорошо. Куда лучше, чем в день вашей свадьбы.
Иван тоже посмотрел на жену.
Марина облокотилась на подушки, глаза ее были закрыты, она ровно дышала. Она не обращала внимания ни на мужа, ни на Наталью, разве что кошка, которая могла испачкать детские вещи, могла ее заинтересовать.
Наталья потянула Ивана по направлению к кухне. Он пошел, испытывая одновременно возбуждение и апатию, и, с одной стороны, он списывал свое состояние на упомянутые нервы, с другой… с другой — еще было время принять иное решение.
— Я не понимаю, — сухо заговорила Наталья, притворив дверь, — что с вами такое. Вы даже вызвали меня слишком рано. Зачем? Допустим, вы хотите, чтобы все прошло безупречно. Не знаете, что делать, так делайте, что я вам говорю. Хотя со шкафами и бутонами могли бы справиться без меня.
— Дело не в шкафах и бутонах… — начал было Иван, но осекся. Держать сомнения в мыслях было проще, чем озвучить. — Может быть, все-таки позвонить в скорую?
— Звоните, — улыбнулась Наталья. — Ваш ребенок, выбирать вам.
Иван вздохнул.
Да, выбирали только они с Мариной, выбирали сознательно, все обдумав, взвесив, просчитав и прочитав. И поводов для подобного выбора у них было два: первая беременность — та, которую в женской консультации посчитали замершей — со всеми последствиями, и то, как реагировала на это Марина и тогда, и после, хотя прошло уже четыре года.
Известие, что сердце плода перестало биться, она восприняла недоверчиво. Ругалась с молодым врачом ультраспектровой диагностики, ругалась с гинекологом, жаловалась завконсультацией на некомпетентность докторов. Иван отвез ее на УЗИ в платный центр, и замирание беременности подтвердили и там. Марина махнула рукой и согласилась на чистку.
Тогда они не ждали ребенка, беременность была внезапной. И Марина пару месяцев назад устроилась после института на вполне неплохую должность, и Иван только-только начал зарабатывать так, что не приходилось влезать в долги к концу месяца. Им было в принципе все равно — родится ребенок, не родится, но то, что сообщили им после гистологии, заставило задуматься. Плод на момент чистки был жив, хотя и развивался гораздо медленнее, чем положено, были обнаружены и патологии, названий которых сейчас Иван уже вовсе не помнил. Прерывание беременности было все равно наилучшим выходом, но ошибка персонала двух разных клиник насторожила.
Работа у Марины не пошла, ей было скучно, совершенствоваться она не стремилась, была средним исполнителем, что начальство не радовало: от дизайнера ждали все-таки полета фантазии, оригинальности и самостоятельности. Иван, напротив, практически перестал напрягаться: денег хватало и так. На фоне полетевшей к чертям экономики то, что продавала их фирма, получило небывалый спрос: государство активно начало строить мосты, стадионы, дороги, для всего этого очень был нужен предлагаемый их компанией ассортимент. Раз за разом они выигрывали торги и тендеры, и Иван неторопливо выписывал накладные. Начальник юротдела умирал при подготовке документов к госзаказам, генеральный директор седел на каждом тендере, а отдел продаж ненавязчиво шиковал.
Марина бросила работу. Пыталась учиться петь, заниматься скандинавской ходьбой, писать книги, но скоро потеряла к этому интерес и внезапно озаботилась тем, чтобы стать матерью. В этом был, конечно, определенный каприз: часть денег на ипотеку была взята валютным кредитом, сам Иван зачем-то мечтал получить хороший западный МВА, только вот никак не мог добраться до изучения английского.
Правилам зачатия Марина учила его сама.
Ивана это смешило, зато придавало регулярному сексу загадочные и забавные нотки. Он мало верил в какие-то техники, о которых с придыханием вещали разные гуру на ютьюбе: судя по виду гуру, проблемы с сексом у них имелись немалые, несмотря на владение техниками. У некоторых смущал еще и возраст — Иван сомневался, что получить обширный опыт секса и зачатия можно раньше, чем школьный аттестат.
— Может, ее лучше убрать? — почему-то обращаясь к шкафу, спросил Иван, имея в виду, разумеется, кошку. Наталья его поняла.
— Пусть там сидит, — подумав, разрешила она. — Цветы, обязательно надо поставить цветы еще и на кухне.
— Шампанское и свечи не надо? — с непонятной самому себе озлобленностью буркнул Иван и обернулся.
Наталья смотрела на него с ответной неприязнью. Впрочем, напряжение было недолгим, ее лицо вскоре разгладилось, Иван тоже немного расслабился. «Нервы, все это нервы», — подумал он с досадой. Нервы сейчас ему были совершенно ни к чему.
— Давайте сходим на кухню, — предложила Наталья. — Надо кое-что сделать, я покажу, заодно проверю, все ли готово. Ничего, — Наталья уверенно кивнула и оглянулась на лежавшую на кровати Марину. — С ней все хорошо. Больше чем хорошо. Куда лучше, чем в день вашей свадьбы.
Иван тоже посмотрел на жену.
Марина облокотилась на подушки, глаза ее были закрыты, она ровно дышала. Она не обращала внимания ни на мужа, ни на Наталью, разве что кошка, которая могла испачкать детские вещи, могла ее заинтересовать.
Наталья потянула Ивана по направлению к кухне. Он пошел, испытывая одновременно возбуждение и апатию, и, с одной стороны, он списывал свое состояние на упомянутые нервы, с другой… с другой — еще было время принять иное решение.
— Я не понимаю, — сухо заговорила Наталья, притворив дверь, — что с вами такое. Вы даже вызвали меня слишком рано. Зачем? Допустим, вы хотите, чтобы все прошло безупречно. Не знаете, что делать, так делайте, что я вам говорю. Хотя со шкафами и бутонами могли бы справиться без меня.
— Дело не в шкафах и бутонах… — начал было Иван, но осекся. Держать сомнения в мыслях было проще, чем озвучить. — Может быть, все-таки позвонить в скорую?
— Звоните, — улыбнулась Наталья. — Ваш ребенок, выбирать вам.
Иван вздохнул.
Да, выбирали только они с Мариной, выбирали сознательно, все обдумав, взвесив, просчитав и прочитав. И поводов для подобного выбора у них было два: первая беременность — та, которую в женской консультации посчитали замершей — со всеми последствиями, и то, как реагировала на это Марина и тогда, и после, хотя прошло уже четыре года.
Известие, что сердце плода перестало биться, она восприняла недоверчиво. Ругалась с молодым врачом ультраспектровой диагностики, ругалась с гинекологом, жаловалась завконсультацией на некомпетентность докторов. Иван отвез ее на УЗИ в платный центр, и замирание беременности подтвердили и там. Марина махнула рукой и согласилась на чистку.
Тогда они не ждали ребенка, беременность была внезапной. И Марина пару месяцев назад устроилась после института на вполне неплохую должность, и Иван только-только начал зарабатывать так, что не приходилось влезать в долги к концу месяца. Им было в принципе все равно — родится ребенок, не родится, но то, что сообщили им после гистологии, заставило задуматься. Плод на момент чистки был жив, хотя и развивался гораздо медленнее, чем положено, были обнаружены и патологии, названий которых сейчас Иван уже вовсе не помнил. Прерывание беременности было все равно наилучшим выходом, но ошибка персонала двух разных клиник насторожила.
Работа у Марины не пошла, ей было скучно, совершенствоваться она не стремилась, была средним исполнителем, что начальство не радовало: от дизайнера ждали все-таки полета фантазии, оригинальности и самостоятельности. Иван, напротив, практически перестал напрягаться: денег хватало и так. На фоне полетевшей к чертям экономики то, что продавала их фирма, получило небывалый спрос: государство активно начало строить мосты, стадионы, дороги, для всего этого очень был нужен предлагаемый их компанией ассортимент. Раз за разом они выигрывали торги и тендеры, и Иван неторопливо выписывал накладные. Начальник юротдела умирал при подготовке документов к госзаказам, генеральный директор седел на каждом тендере, а отдел продаж ненавязчиво шиковал.
Марина бросила работу. Пыталась учиться петь, заниматься скандинавской ходьбой, писать книги, но скоро потеряла к этому интерес и внезапно озаботилась тем, чтобы стать матерью. В этом был, конечно, определенный каприз: часть денег на ипотеку была взята валютным кредитом, сам Иван зачем-то мечтал получить хороший западный МВА, только вот никак не мог добраться до изучения английского.
Правилам зачатия Марина учила его сама.
Ивана это смешило, зато придавало регулярному сексу загадочные и забавные нотки. Он мало верил в какие-то техники, о которых с придыханием вещали разные гуру на ютьюбе: судя по виду гуру, проблемы с сексом у них имелись немалые, несмотря на владение техниками. У некоторых смущал еще и возраст — Иван сомневался, что получить обширный опыт секса и зачатия можно раньше, чем школьный аттестат.
Страница 1 из 8
