Фандом: Гарри Поттер. Эта история о том, как Гарри и Драко решили обзавестись потомством и что в конечном итоге из этого получилось.
Добавить в моё избранное
10 мин, 55 сек 741
Ночь. В огромном, не так давно восстановленном Малфой-мэноре стоит абсолютная тишина. Аккуратно, чтобы не потревожить чуткий сон Драко, я на цыпочках выскальзываю из нашей спальни и спускаюсь по мраморной лестнице. Прохладный камень приятно холодит босые ступни. Я прокрадываюсь в малую гостиную и замираю на пороге, заметив огонек на конце зажженной сигареты. Он уже тут. Сидит в кресле вполоборота ко мне и небрежно делает приглашающий жест в сторону второго кресла, стоящего напротив. На небольшом столике я вижу два пустых стакана и бутылку огневиски.
— Курить будете, Поттер?
Поразительно, но мы с ним до сих пор на «вы», несмотря на то, что это я вытащил их всех из Азкабана — его и Люциуса, да, в сущности, и Драко тоже — а в последние несколько месяцев мы живем в одном доме и фактически стали семьей.
— Да, наверное, спасибо… Северус.
Мне странно называть его по имени. Не профессор Снейп, сэр, а просто Северус, хотя в своей пижаме он выглядит так… по-домашнему, именно что… Северус.
Курить я начал еще во время нашего «великого похода за крестражами». Тогда я внезапно обнаружил, что сигареты здорово глушат чувство постоянного голода, да еще и снимают стресс в придачу. Но после победы над Темным Лордом привычка сама собой сошла на нет. А теперь вот снова вернулась. Не забыть бы попросить у Северуса зелье, отбивающее запах сигарет. Драко на дух не выносит дым, а его и так до сих пор от всего тошнит. Не хватало еще, чтобы и от меня!
Я закуриваю, глубоко затягиваюсь и с наслаждением откидываюсь в кресле. Как же приятно, когда можно просто вот так посидеть!
— Ну, как у вас? — задаю я совершенно ненужный и банальный вопрос.
— Полагаю, так же, как и у вас, — усмехается Северус. — Отеки, одышка, ломота в пояснице, раздражительность, проблемы со сном. В общем, все, что положено в начале девятого месяца.
Ах, да! Я же не рассказал вам самого главного! Через пару недель — не больше — мы с моим бывшим профессором зельеварения станем… отцами!
После официальной церемонии заключения магического брака, на которой, помимо распорядителя торжества и Министра Шеклболта, присутствовали только Северус и Люциус, с помощью международного портала мы переместились в Прованс, где у Малфоев был скромный (по их представлениям!) коттедж. Там, вдали от всевидящего ока прессы магической Британии, мы и провели наш медовый месяц.
По возвращении домой, как и предлагал Драко, открыли небольшую фирму по организации торжеств для семей волшебников. За год добились довольно неплохих успехов. Обросли клиентурой. Отремонтировали Малфой-мэнор в память о матери Драко, которая была очень привязана к этому дому.
В один из летних дней мы получили неожиданное приглашение — стать крестными отцами близнецов четы Лонгботтом.
Собственно, с этого все и началось. Драко овладела безумная, на мой взгляд, идея самому родить наследника. Он подошел к делу весьма серьезно.
Сперва он пару месяцев штудировал всю имеющуюся в обширной библиотеке Блэк-хауса литературу по мужской беременности.
Затем мы вместе отправились в Бремен — к единственному в Европе консультанту, который несколько огорошил нас обоих, сообщив, что в случае удачи у Драко родятся непременно близнецы мужского пола. При этом один из них вполне предсказуемо продолжит род Поттер (к неимоверной радости совершенно растерявшегося от перспективы стать отцом сразу двоих малышей папаши). А вот второй… Второго ребенка причудливо распоряжающаяся нашими судьбами Магия подарит роду Блэк. Впрочем, что ж тут удивительного! Ведь мать Драко — Нарцисса — была урожденная Блэк!
— Драко, ты абсолютно уверен, что хочешь этого? — пытаясь выровнять сбившееся дыхание, спросил я супруга, когда мы оба, разгоряченные и мокрые от пота, наконец сумели оторваться друг от друга. Широкая и комфортная кровать в гостиничном номере Бремена весьма располагала к занятиям бурным сексом, вот мы слегка и увлеклись. — Все-таки вынашивание близнецов — дело сложное, как я предполагаю, даже для женщины. А уж для сильного пола… Честно говоря, мне за тебя страшно. А если что-то пойдет не так и я тебя потеряю? — тут я ощутил, как меня начало немного трясти, словно в ознобе, и покрепче прижал Драко к себе. Он был таким хрупким! Я не мог себе вообразить, что его худенькую фигуру раздует, и он станет «щеголять» огромным животом. Я действительно испугался. А вдруг он будет страдать от тошноты и болей в спине или… умрет во время родов?!
Всего этого я, естественно, не высказывал вслух, про себя ругая на чем свет стоит гриффиндорское упрямство, которым — видимо, половым путем — заразился от меня Драко. Закончилось все тем, что мы посетили Снейпов-Малфоев, к тому моменту уже переехавших в заново отстроенный Малфой-мэнор (вообще не представляю себе Люциуса, больше года обретающегося в Паучьем тупике, наверное, правы магглы, когда утверждают, что «с милым рай и в шалаше»).
— Курить будете, Поттер?
Поразительно, но мы с ним до сих пор на «вы», несмотря на то, что это я вытащил их всех из Азкабана — его и Люциуса, да, в сущности, и Драко тоже — а в последние несколько месяцев мы живем в одном доме и фактически стали семьей.
— Да, наверное, спасибо… Северус.
Мне странно называть его по имени. Не профессор Снейп, сэр, а просто Северус, хотя в своей пижаме он выглядит так… по-домашнему, именно что… Северус.
Курить я начал еще во время нашего «великого похода за крестражами». Тогда я внезапно обнаружил, что сигареты здорово глушат чувство постоянного голода, да еще и снимают стресс в придачу. Но после победы над Темным Лордом привычка сама собой сошла на нет. А теперь вот снова вернулась. Не забыть бы попросить у Северуса зелье, отбивающее запах сигарет. Драко на дух не выносит дым, а его и так до сих пор от всего тошнит. Не хватало еще, чтобы и от меня!
Я закуриваю, глубоко затягиваюсь и с наслаждением откидываюсь в кресле. Как же приятно, когда можно просто вот так посидеть!
— Ну, как у вас? — задаю я совершенно ненужный и банальный вопрос.
— Полагаю, так же, как и у вас, — усмехается Северус. — Отеки, одышка, ломота в пояснице, раздражительность, проблемы со сном. В общем, все, что положено в начале девятого месяца.
Ах, да! Я же не рассказал вам самого главного! Через пару недель — не больше — мы с моим бывшим профессором зельеварения станем… отцами!
После официальной церемонии заключения магического брака, на которой, помимо распорядителя торжества и Министра Шеклболта, присутствовали только Северус и Люциус, с помощью международного портала мы переместились в Прованс, где у Малфоев был скромный (по их представлениям!) коттедж. Там, вдали от всевидящего ока прессы магической Британии, мы и провели наш медовый месяц.
По возвращении домой, как и предлагал Драко, открыли небольшую фирму по организации торжеств для семей волшебников. За год добились довольно неплохих успехов. Обросли клиентурой. Отремонтировали Малфой-мэнор в память о матери Драко, которая была очень привязана к этому дому.
В один из летних дней мы получили неожиданное приглашение — стать крестными отцами близнецов четы Лонгботтом.
Собственно, с этого все и началось. Драко овладела безумная, на мой взгляд, идея самому родить наследника. Он подошел к делу весьма серьезно.
Сперва он пару месяцев штудировал всю имеющуюся в обширной библиотеке Блэк-хауса литературу по мужской беременности.
Затем мы вместе отправились в Бремен — к единственному в Европе консультанту, который несколько огорошил нас обоих, сообщив, что в случае удачи у Драко родятся непременно близнецы мужского пола. При этом один из них вполне предсказуемо продолжит род Поттер (к неимоверной радости совершенно растерявшегося от перспективы стать отцом сразу двоих малышей папаши). А вот второй… Второго ребенка причудливо распоряжающаяся нашими судьбами Магия подарит роду Блэк. Впрочем, что ж тут удивительного! Ведь мать Драко — Нарцисса — была урожденная Блэк!
— Драко, ты абсолютно уверен, что хочешь этого? — пытаясь выровнять сбившееся дыхание, спросил я супруга, когда мы оба, разгоряченные и мокрые от пота, наконец сумели оторваться друг от друга. Широкая и комфортная кровать в гостиничном номере Бремена весьма располагала к занятиям бурным сексом, вот мы слегка и увлеклись. — Все-таки вынашивание близнецов — дело сложное, как я предполагаю, даже для женщины. А уж для сильного пола… Честно говоря, мне за тебя страшно. А если что-то пойдет не так и я тебя потеряю? — тут я ощутил, как меня начало немного трясти, словно в ознобе, и покрепче прижал Драко к себе. Он был таким хрупким! Я не мог себе вообразить, что его худенькую фигуру раздует, и он станет «щеголять» огромным животом. Я действительно испугался. А вдруг он будет страдать от тошноты и болей в спине или… умрет во время родов?!
Всего этого я, естественно, не высказывал вслух, про себя ругая на чем свет стоит гриффиндорское упрямство, которым — видимо, половым путем — заразился от меня Драко. Закончилось все тем, что мы посетили Снейпов-Малфоев, к тому моменту уже переехавших в заново отстроенный Малфой-мэнор (вообще не представляю себе Люциуса, больше года обретающегося в Паучьем тупике, наверное, правы магглы, когда утверждают, что «с милым рай и в шалаше»).
Страница 1 из 4
