— Тебе, наверное, холодно, — с заботой пропел он. Черные, словно печная сажа, волосы закрывали уродливое кожистое лицо. Он подошел к ней и укрыл пледом. Ее руки действительно были холодные, будто бы он потрогал лед. Рядом потрескивал камин. Уют ядовитой змеей расползался по комнате. Языки пламени лизали, словно псы, которым кинули кость, сухое полено. Как этого ему не хватало. Милого домашнего комфорта на грани смерти.
Добавить в моё избранное
2 мин, 13 сек 19292
— Джефф о тебе позаботится, не переживай, — в его надрывном голосе появились нотки угрозы. Его рука вновь было потянулись к ножу с темно-бурыми давно засохшими и потрескавшимися пятнами, который лежал недалеко на столике, но он остановил себя. Мания причинить боль, оставить от этого прекрасного личика лишь ошметки кровавой плоти давила на него. Но он осознанно заставлял себя не делать этого. Чем больше голод, тем вкуснее обед. Он дрогнувшей рукой дотронулся до её лица. Заглянул в глаза. Вдруг в них появилось что-нибудь кроме пустой отрешенности и покорности своей судьбе? Нет, ничего кроме мглы. Её блестящие синие глаза ничего не выражали. Совершенно.
Она напомнила ему брата. Сразу, как он её увидел. Её походка, манера разговаривать, поведение. Все было словно скопировано у его брата. Сначала Джефф пришел в ярость. Он ненавидел, когда над ним издевались вот так, задевая прошлое, словно бы вытаскивали давно заросшую занозу, неаккуратно расковыривая кожу.
Джефф провел рукой по щеке. Может, она так отреагирует? Ничего. Бледная впалая кожа. В последнее время она ничего не ест. Хотя он даже готовить научился ради неё. Тварь. Джефф размахнулся и ударил её по лицу. Сучка. Ещё раз, ещё. Её маленькая головка моталась из стороны в сторону, словно воздушный шарик в торнадо. От последнего удара девушка слетела со стула и скрючилась на полу. Ни единого вздоха, ни стона. Она самая лучшая его жертва.
Джефф заботливо поднял девушку с пола, вытерев с пола неизвестно откуда появившуюся зеленоватую слизь. Он провел руками по запястьям, очерчивая пальцем родинку. С неизмеримым удовлетворением он надавил на неё. На нежной хрупкой коже осталась вмятина. Вдруг хоть это расшевелит её. Ему нужны крики. Больше криков. Как можно больше визгливых, жалостливых полу-стонов умирающей жертвы. Убийца взял один из темных локонов девушки, пропуская его между пальцами. Легкие и воздушные. Как ему хочется вырвать их и разбросать по комнате с её неровно отрезанными кусками тела. Было бы весело. Он рассмеялся. Жутковато и с хрипотцой. От этого голубь, залетевший сквозь выбитое окно, испуганно слетел с подоконника. Хорошо, что их никто не слышит.
Парень взял её безвольную руку и приложил к щеке. Жаль, что он ничего не почувствовал. Она сейчас, наверное, думает, что его щека похожа на бок крокодила. Ну, пусть думает. Проведя рукой девушки по своей щеке, он опустился её пальчиком к воспаленному порезу-улыбке. Теперь её касание причиняло боль. Но это неправильно. Не она должна причинять боль, а он. Он тут главный. Джефф выпустил её руку, и она мгновенно упала на колено.
Потянувшись и хрустнув позвонками, парень накинул капюшон и вышел из комнаты, оставив девушку все так же сидеть в кресле. Он не боялся, что она убежит. Девушка будет его ждать. Даже если случится землетрясение, он все равно найдет её тело под обломками. Потому что… мертвые не ходят.
Она напомнила ему брата. Сразу, как он её увидел. Её походка, манера разговаривать, поведение. Все было словно скопировано у его брата. Сначала Джефф пришел в ярость. Он ненавидел, когда над ним издевались вот так, задевая прошлое, словно бы вытаскивали давно заросшую занозу, неаккуратно расковыривая кожу.
Джефф провел рукой по щеке. Может, она так отреагирует? Ничего. Бледная впалая кожа. В последнее время она ничего не ест. Хотя он даже готовить научился ради неё. Тварь. Джефф размахнулся и ударил её по лицу. Сучка. Ещё раз, ещё. Её маленькая головка моталась из стороны в сторону, словно воздушный шарик в торнадо. От последнего удара девушка слетела со стула и скрючилась на полу. Ни единого вздоха, ни стона. Она самая лучшая его жертва.
Джефф заботливо поднял девушку с пола, вытерев с пола неизвестно откуда появившуюся зеленоватую слизь. Он провел руками по запястьям, очерчивая пальцем родинку. С неизмеримым удовлетворением он надавил на неё. На нежной хрупкой коже осталась вмятина. Вдруг хоть это расшевелит её. Ему нужны крики. Больше криков. Как можно больше визгливых, жалостливых полу-стонов умирающей жертвы. Убийца взял один из темных локонов девушки, пропуская его между пальцами. Легкие и воздушные. Как ему хочется вырвать их и разбросать по комнате с её неровно отрезанными кусками тела. Было бы весело. Он рассмеялся. Жутковато и с хрипотцой. От этого голубь, залетевший сквозь выбитое окно, испуганно слетел с подоконника. Хорошо, что их никто не слышит.
Парень взял её безвольную руку и приложил к щеке. Жаль, что он ничего не почувствовал. Она сейчас, наверное, думает, что его щека похожа на бок крокодила. Ну, пусть думает. Проведя рукой девушки по своей щеке, он опустился её пальчиком к воспаленному порезу-улыбке. Теперь её касание причиняло боль. Но это неправильно. Не она должна причинять боль, а он. Он тут главный. Джефф выпустил её руку, и она мгновенно упала на колено.
Потянувшись и хрустнув позвонками, парень накинул капюшон и вышел из комнаты, оставив девушку все так же сидеть в кресле. Он не боялся, что она убежит. Девушка будет его ждать. Даже если случится землетрясение, он все равно найдет её тело под обломками. Потому что… мертвые не ходят.
