Найди себе микроскоп

И понял, что не увернётся — потому и увидел.

Чего он не успел понять, так это почему камень отлетел в сторону, а не размозжил ему голову.

— Нейт, тебе в прошлый раз понравилось на висельника смотреть, хочешь повторить? — рявкнул рядом ледяной от плохо сдерживаемого гнева голос. — Вам ясно сказали: прикончите этого ублюдка — устроите ещё одну войну, вам предыдущей не хватило? И ради этого ещё и своего убить хотите, совсем больные?

Это были почти слова Финна в тот день. Он так кричал, когда пытался заставить их снять Мёрфи с виселицы.

Может быть, скажи это кто другой, эффект был бы не тот. Беллами сомневался, что Миллер и ребята на него набросились бы с камнями, конечно, — скорее, постарались бы просто оттащить в сторону, но слушать его они не стали бы. И только именно на эти слова, сказанные именно Мёрфи, они отреагировали так, как было нужно. Беллами и сам вспыхнул, хотя не он кричал «Повесить!» тогда, не он кричал и сейчас, хотя, конечно, чья бы корова мычала, про«тогда».

Миллер остановился сам и притормозил ребят из Сотни. Для них всех напоминание оказалось слишком… ярким. Должно быть, не один Беллами помнил то, как они всей толпой вешали одного из своих.

Как холодный душ, да, Нейт?

То, что десяток впереди стоящих внезапно остановились, внесло некоторый хаос в ряды уже вполне организованно двинувшихся вперёд обозлённых людей.

Беллами перевёл взгляд на Мёрфи, застывшего рядом с ним с обрезком металлической трубы в руках, которым он и отбил тот камень. Повезло. Такой удар сделал бы честь любому бьющему.

Тот почувствовал взгляд, повернул голову и коротко усмехнулся.

А ведь и вдвоём они всё равно не справятся. О чём Мёрфи думал, когда влезал между пленным землянином-убийцей и разъярённой толпой…

— Что здесь происходит?

Беллами выдохнул. А Майк не мелочился.

Во главе небольшого отряда стражи шёл лично канцлер Кейн.

После смены Беллами понадобилось дойти до реки, чтобы смыть не столько грязь, сколько липкое ощущение страха и беспомощности. Чистая вода принесла облегчение, чувство «всё закончилось». Сейчас от него уже ничего не зависит, ему больше не нужно принимать тяжёлые решения, не нужно держать палец на спусковом крючке и выбирать, куда стрелять — в воздух, под ноги или уже пора на поражение…

Беллами с сожалением выбрался из воды, неторопливо оделся и пошёл было обратно к поселению, но остановился, уловив движение в паре десятков метров ниже по течению.

Мимолётно пожалев, что оружие вне службы ему не полагалось, Беллами свернул к доносившемуся с берега плеску. И почему-то совсем не удивился, увидев у самой воды натягивающего куртку Мёрфи.

После того, как людей у карцера успокоил и развёл Кейн, Мёрфи больше не было видно — он исчез так же внезапно, как и появился рядом с Беллами. Тот даже не успел поблагодарить. Сперва было не до реверансов, потом надо было отчитаться канцлеру о происшедшем, а потом… потом Мёрфи ушёл.

Сейчас же Беллами не мог сообразить, что сказать. «Спасибо» в спину говорить как-то не хорошо, за спасение жизни так не благодарят. Не обниматься же лезть! А просто окликнуть его Беллами почему-то не смог.

Так и не придумав, что сделать, он решил уйти так же тихо, как и пришёл, пока его не заметили, но тут Мёрфи, не оборачиваясь, произнёс:

— Что, нервишки успокаивал?

Беллами вздохнул. То ли от облегчения, что проблема «начать разговор» решилась сама собой, то ли от сожаления, что не удалось уйти, и разговор уже начался…

— Да, — ответил он. «Спасибо» вертелось на языке, но он никак не мог поймать момент, чтобы его сказать.

Мёрфи повернулся и понимающе кивнул.

— Я тоже. — Он поправил ободранный воротник куртки и мотнул головой в сторону леса: — Пошли обратно, а то пропустим что-нибудь важное.

Они направились в сторону Аркадии, а Беллами так и не сообразил, как начать.

— Ну и? — поинтересовался Мёрфи, когда они вошли в лес. — Успокоил?

— Почти, — отозвался Беллами.

Впервые за эти месяцы, находясь рядом с Мёрфи, он не ощущал напряжённости или раздражения. Впервые после возвращения из Полиса было так спокойно, как будто рядом шёл друг. «Пройдёт, как после Башни прошло», — подумал Беллами, но почему-то не чувствовал ни малейшего желания, чтобы проходило.

— Зачем ты влез? — спросил он. Спросить хотелось совсем другое, но он не смог сформулировать в один вопрос те непонятные ощущения, которые охватили его, ещё когда он вёл пленника к камере и заметил переглядку того с Мёрфи.

— Ты бы не справился один.

Это был не тот ответ, которого Беллами ждал, но он вполне соответствовал вопросу. Если хочешь, чтобы тебе ответили что-то конкретное — спроси конкретно.

— Что у тебя с тем землянином?

Когда он решил, что ответа не дождётся, Мёрфи неохотно отозвался:

— Мы раньше встречались.