Фандом: Warhammer 40.000. Это было славное время. Время, когда блистающие армии Великого Императора кидали к его ногам мир за миром, вновь объединяя человечество после Долгой Ночи… И в этом блеске совершенно без следа исчезло маленькое темное пятнышко, возникшее в тот самый миг, когда один из сыновей Императора, его верных примархов решил последовать указаниям Отца, и нарушить его же категорический запрет…
Добавить в моё избранное
4 мин, 4 сек 13331
Тьма. Переливы цветов, неведомых человеческому глазу. Когда-то давно мне было странно воспринимать себя в виде сгустка света, а мои Сыны и сейчас, попадая сюда — видят себя людьми.
Мои Сыны… Те, за кого я несу ответственность. Те, кого я хочу защитить. Те, кто гибнут сейчас в страшных муках Искажения плоти. Я должен найти путь и спасти их.
Я погружаюсь в нематериальные воды Великого океана. Мелкие хищники его приповерхностных слоев уже давно рассыпаются в страхе, едва завидев меня. Но я уже давно убедился, что если ответ на мои вопросы и есть — то он там, в глубине, куда вся эта мелочевка опасается не только заплывать, но даже и смотреть.
Недавно я нашел древний, почти разрушенный носитель информации, который магосы Марса отнесли к додревней эпохе, ко временам, когда даже Эра Технологий если и начиналась, то видны были лишь слабые ростки будущего… Большая часть информации с него оказалась невосстановима. Но одна фраза среди прочтенного — поразила меня. «И если ты долго смотришь в Бездну — Бездна тоже смотрит в тебя». Тогда я посмеялся над этой фразой. Но сейчас… Сейчас я, как настоящий ученый, подвергаю сомнению то, что раньше принималось без сомнений, как аксиома. Я провожу величайший эксперимент, который может разрушить все, что мне дорого, который может рассорить меня с Отцом и вызвать на мою голову Его гнев. Я уже нырнул в Великий океан глубже, чем Отец разрешал мне. Я нарушил запрет, и собираюсь нарушить его еще сильнее. Я пойду вглубь в поисках того, что может уничтожить не только меня.
Но сейчас, перед последним шагом я застыл в сомнениях. Подвергать сомнению все — это правильно, это то, чему учил меня Отец… Но могу ли я позволить себе сомневаться в Его словах?
Однако, научный метод мышления, которому обучил меня отец, диктует ясный путь: сделать выводы из теории, придумать, как эти выводы можно опровергнуть экспериментом, и провести эксперимент, после чего принять теорию как временную истину — или отвергнуть ее. Но этот эксперимент… он пугает меня. Я верю отцу, верю, что эксперимент даст отрицательный результат. Должен дать. Но… почему Он запретил мне погружаться туда, где только и возможна проверка базовой теории? Не мог же Отец заведомо врать, зная, что врет? Или…
Нет, это невозможно. Я видел Отца, мы общались с ним еще до моего рождения. Он… Он не мог солгать. А значит — нужно сделать последний шаг, провести Великий эксперимент, и убедиться, что Отец был прав, отбросить сомнения… Я делаю шаг.
…
Время — необратимо. Разлитое вино не собрать обратно в бокал. Сделанного — не вернешь. Старший брат, провидец Локи, второй из двадцати, предостерегал меня от этого шага… Он предупреждал, что моя страсть к познанию — может быть опасна в первую очередь для меня самого. Он был прав. Жаль, что я не могу сейчас встретиться с братом и сказать ему: «Ты был прав». Не могу… и не смогу никогда. Там, в глубинах варпа я увидел тысячи тысяч вариантов Будущего… Теперь я знаю, что нет судьбы, кроме той, что творим мы сами… Но некоторые события предопределены просто потому, что мы есть те, кто мы есть.
День… час, а может быть — год назад, когда я колебался, не решаясь провести экспериментальную проверку базовой теории… Тогда я был уверен, что Отец строг, но справедлив. Что Он поймет и простит Локи, который почти обезумел, потеряв брата… Но теперь… теперь я Видел флот Волков, штурмующий Сумерки, базовую планету Второго легиона. И я знаю, что это — не видение будущего. Это происходит сейчас, и я не могу ничего изменить.
Более того, я не уверен в том, что смогу сохранить хотя бы собственную жизнь. Конечно, тот, с кем я заключил договор, который может стать спасением для Тысячи сынов, мудр и могущественен… но могу ли я быть уверен в его мотивах? Бесчисленные варианты будущего, что я видел… Если я ошибусь, создавая маску, если величайший псайкер из ведомых человечеству, увидит истину — я присоединюсь к стертым. Если же моя работа окажется совершенной — я ввергну человечество в величайшую войну, навсегда обрушив во прах мечту Отца.
Я создам маску… идеально лояльную, верную заветам… но внесу в ее сущность те действия, которые следуют из Видений, которые сопровождали заключение Договора. Тот Магнус будет уверен, что, нарушив, или, даже — слегка расширив ограничения, наложенные Отцом, вступил в бой и победил порождение варпа, вырвав из его лап судьбы Легиона и переплетя их по новой… Но в нужный момент он закроет глаза на очевидные варианты, и сделает то, что нужно мне. К сожалению, таких корректировок не может быть много…
Сам же я буду спать в глубине его сознания, там, куда не дотянется даже Император. Спать, и видеть сны о происходящем вокруг. Спать, чтобы проснуться в нужный момент. И когда я проснусь — это буду уже не тот «я», который засыпает сейчас. Чтобы не потерять опыт и знания, накопленные маской — мне придется принять их… и они будут действовать на меня даже спустя многие годы после пробуждения.
Мои Сыны… Те, за кого я несу ответственность. Те, кого я хочу защитить. Те, кто гибнут сейчас в страшных муках Искажения плоти. Я должен найти путь и спасти их.
Я погружаюсь в нематериальные воды Великого океана. Мелкие хищники его приповерхностных слоев уже давно рассыпаются в страхе, едва завидев меня. Но я уже давно убедился, что если ответ на мои вопросы и есть — то он там, в глубине, куда вся эта мелочевка опасается не только заплывать, но даже и смотреть.
Недавно я нашел древний, почти разрушенный носитель информации, который магосы Марса отнесли к додревней эпохе, ко временам, когда даже Эра Технологий если и начиналась, то видны были лишь слабые ростки будущего… Большая часть информации с него оказалась невосстановима. Но одна фраза среди прочтенного — поразила меня. «И если ты долго смотришь в Бездну — Бездна тоже смотрит в тебя». Тогда я посмеялся над этой фразой. Но сейчас… Сейчас я, как настоящий ученый, подвергаю сомнению то, что раньше принималось без сомнений, как аксиома. Я провожу величайший эксперимент, который может разрушить все, что мне дорого, который может рассорить меня с Отцом и вызвать на мою голову Его гнев. Я уже нырнул в Великий океан глубже, чем Отец разрешал мне. Я нарушил запрет, и собираюсь нарушить его еще сильнее. Я пойду вглубь в поисках того, что может уничтожить не только меня.
Но сейчас, перед последним шагом я застыл в сомнениях. Подвергать сомнению все — это правильно, это то, чему учил меня Отец… Но могу ли я позволить себе сомневаться в Его словах?
Однако, научный метод мышления, которому обучил меня отец, диктует ясный путь: сделать выводы из теории, придумать, как эти выводы можно опровергнуть экспериментом, и провести эксперимент, после чего принять теорию как временную истину — или отвергнуть ее. Но этот эксперимент… он пугает меня. Я верю отцу, верю, что эксперимент даст отрицательный результат. Должен дать. Но… почему Он запретил мне погружаться туда, где только и возможна проверка базовой теории? Не мог же Отец заведомо врать, зная, что врет? Или…
Нет, это невозможно. Я видел Отца, мы общались с ним еще до моего рождения. Он… Он не мог солгать. А значит — нужно сделать последний шаг, провести Великий эксперимент, и убедиться, что Отец был прав, отбросить сомнения… Я делаю шаг.
…
Время — необратимо. Разлитое вино не собрать обратно в бокал. Сделанного — не вернешь. Старший брат, провидец Локи, второй из двадцати, предостерегал меня от этого шага… Он предупреждал, что моя страсть к познанию — может быть опасна в первую очередь для меня самого. Он был прав. Жаль, что я не могу сейчас встретиться с братом и сказать ему: «Ты был прав». Не могу… и не смогу никогда. Там, в глубинах варпа я увидел тысячи тысяч вариантов Будущего… Теперь я знаю, что нет судьбы, кроме той, что творим мы сами… Но некоторые события предопределены просто потому, что мы есть те, кто мы есть.
День… час, а может быть — год назад, когда я колебался, не решаясь провести экспериментальную проверку базовой теории… Тогда я был уверен, что Отец строг, но справедлив. Что Он поймет и простит Локи, который почти обезумел, потеряв брата… Но теперь… теперь я Видел флот Волков, штурмующий Сумерки, базовую планету Второго легиона. И я знаю, что это — не видение будущего. Это происходит сейчас, и я не могу ничего изменить.
Более того, я не уверен в том, что смогу сохранить хотя бы собственную жизнь. Конечно, тот, с кем я заключил договор, который может стать спасением для Тысячи сынов, мудр и могущественен… но могу ли я быть уверен в его мотивах? Бесчисленные варианты будущего, что я видел… Если я ошибусь, создавая маску, если величайший псайкер из ведомых человечеству, увидит истину — я присоединюсь к стертым. Если же моя работа окажется совершенной — я ввергну человечество в величайшую войну, навсегда обрушив во прах мечту Отца.
Я создам маску… идеально лояльную, верную заветам… но внесу в ее сущность те действия, которые следуют из Видений, которые сопровождали заключение Договора. Тот Магнус будет уверен, что, нарушив, или, даже — слегка расширив ограничения, наложенные Отцом, вступил в бой и победил порождение варпа, вырвав из его лап судьбы Легиона и переплетя их по новой… Но в нужный момент он закроет глаза на очевидные варианты, и сделает то, что нужно мне. К сожалению, таких корректировок не может быть много…
Сам же я буду спать в глубине его сознания, там, куда не дотянется даже Император. Спать, и видеть сны о происходящем вокруг. Спать, чтобы проснуться в нужный момент. И когда я проснусь — это буду уже не тот «я», который засыпает сейчас. Чтобы не потерять опыт и знания, накопленные маской — мне придется принять их… и они будут действовать на меня даже спустя многие годы после пробуждения.
Страница 1 из 2
