Фандом: Шерлок Холмс и Доктор Ватсон. С того памятного дня, когда мы учили Майкрофта стрелять из револьвера, прошло несколько месяцев. Первая поездка Майкрофта в Марсель прошла благополучно, хотя и сильно ударила по нашим нервам.
Добавить в моё избранное
489 мин, 50 сек 18692
Мы были с Холмсом близкими приятелями и не держали друг от друга в секрете наши вкусы, но даже при этом так и не стали любовниками.
— Могу только порадоваться этому обстоятельству, — отозвался Уотсон.
— Так что нужно от вас этому Мейси, Холмс? — вновь поинтересовался Месгрейв. — Я вполне могу представить, что вы успели нажить себе кучу врагов, но чтобы однокашник…
— Я не случайно упомянул Майкрофта. Когда-то мой брат сурово наказал Мейси, практически поломал ему всю жизнь.
— Господи, за что?
— Мейси был нечист на руку, он подделывал чеки, откровенно воровал, кроме того — домогался младших. Майкрофт преподал мне тогда первый в моей жизни урок дедукции, показав истинную сущность этого типа. Брат, впрочем, не поднял скандала, но сделал так, что Мейси вынужден был бросить школу, не доучившись полгода до выпуска, забыть все свои амбиции и искать счастья в колониях. На самом деле сейчас он — мелкий торговый агент.
Если Месгрейв понял, что слова о домогательствах относятся и ко мне, он не подал виду. Но на его лице промелькнула брезгливость, выдающая истинного английского аристократа.
— Надеюсь, Холмс, я не напрасно приехал и смог вам как-то помочь, — только и сказал он.
— Не сомневайтесь, старина. Я вам очень благодарен. Вы надолго в Лондон?
— О нет. Завтра утром поеду обратно в Харлстон. Буду рад видеть вас обоих у себя. Холмс, вы просто обязаны показать корону вашему другу. Доктор Уотсон, если вы когда-нибудь захотите описать этот случай, я буду только рад. Считайте, что я передаю вам все права на создание рассказа.
Мы тепло простились с Месгрейвом и обещали, что навестим его имение в начале осени. Я надеялся, что к тому времени проблема с Мейси как-то разрешится. Еще бы я представлял себе, каким образом мне удастся ее уладить. Приезд моего университетского приятеля, помимо практической пользы — рraemonitus, praemunitus( … ) — позволил нам с Уотсоном как-то отвлечься от неприятных мыслей. Я рассказал ему историю родового обряда Месгрейвов, показал несколько занятных сувениров, оставленных в память о том случае. Уотсон решил не торопиться с написанием рассказа, а для начала побывать на месте событий.
Между тем, у меня созрело твердое решение ехать в Эдинбург одному, несмотря на советы брата. Уотсон, оставшись в Лондоне, вел бы привычную для себя жизнь: посещал пациентов, «Диоген» — держался бы так, будто ничего не случилось. Я же, отправившись в Эдинбург один, давал понять возможным соглядатаям, что дело касается только меня и у меня есть какие-то секреты от компаньона. Если Мейси действует не один, то, возможно, за нами наблюдают и«хвост» потянется именно за мной, а я смогу его обнаружить.
Дождливым июльским днем я вышел на площадь перед эдинбургским вокзалом и, махнув кэбмэну, приказал везти меня в отель поприличнее. Дорога, а еще больше — мысли, крутящиеся в голове, меня утомили, и ужасно хотелось принять горячую ванну и залезть под перину. Но я не намеревался задерживаться в городе дольше необходимого. Переодевшись, я сверился с записью в блокноте и поехал по нужному адресу — мой однокашник снимал квартиру, но, в отличие от меня, всегда один. По словам Майкрофта он пересмотрел некоторые свои взгляды… но постоянного партнера явно не имел.
Пока я ехал в поезде, я не заметил ничего подозрительного, да и в городе никакая слежка не ощущалась, хотя я всегда безошибочно определял в толпе соглядатаев. У меня даже закралась в голову мысль, что я преувеличиваю степень опасности, и Мейси, возможно, действует исключительно под влиянием личной ненависти ко мне и Майкрофту.
Я подъехал к дому, где на каждом этаже располагалась небольшая квартира, поднялся на второй, усмехнувшись при взгляде на перила лестницы, утыканные бронзовыми штырьками, не позволяющим мальчишкам съезжать вниз. Дверь в квартиру Брайана блестела свежим лаком. Я позвонил и услышал, как в прихожей звякает колокольчик. Потом раздались шаги.
Когда-то много лет назад я, что греха таить, представлял нашу с ним встречу — первую после многих лет. Потом все прошло… а потом действительно прошло, и сейчас, когда Брайан открыл мне дверь, я вдруг понял, что, повстречайся он мне на улице, я бы прошел мимо, и вовсе не демонстративно — просто не узнал бы человека, которого когда-то хотел видеть постоянно. Но, наверное, я изменился меньше… или он видел мою фотографию в газете? Глаза Брайана расширились — он явно меня узнал.
— Шерлок… — пробормотал он и замолчал.
— Ты позволишь мне войти?
— Да, конечно, — Брайан очнулся и отошел в сторону, пропуская меня в маленькую прихожую, — входи.
Квартира оказалась небольшой, но, должен признать, уютной, а кресло в гостиной, на которое я сразу положил глаз, выглядело глубоким и мягким. Я окинул взглядом книжные полки, ковер, фотографии на каминной полке — наверняка семья сестры.
Я еще раз окинул Брайана внимательным взглядом.
— Могу только порадоваться этому обстоятельству, — отозвался Уотсон.
— Так что нужно от вас этому Мейси, Холмс? — вновь поинтересовался Месгрейв. — Я вполне могу представить, что вы успели нажить себе кучу врагов, но чтобы однокашник…
— Я не случайно упомянул Майкрофта. Когда-то мой брат сурово наказал Мейси, практически поломал ему всю жизнь.
— Господи, за что?
— Мейси был нечист на руку, он подделывал чеки, откровенно воровал, кроме того — домогался младших. Майкрофт преподал мне тогда первый в моей жизни урок дедукции, показав истинную сущность этого типа. Брат, впрочем, не поднял скандала, но сделал так, что Мейси вынужден был бросить школу, не доучившись полгода до выпуска, забыть все свои амбиции и искать счастья в колониях. На самом деле сейчас он — мелкий торговый агент.
Если Месгрейв понял, что слова о домогательствах относятся и ко мне, он не подал виду. Но на его лице промелькнула брезгливость, выдающая истинного английского аристократа.
— Надеюсь, Холмс, я не напрасно приехал и смог вам как-то помочь, — только и сказал он.
— Не сомневайтесь, старина. Я вам очень благодарен. Вы надолго в Лондон?
— О нет. Завтра утром поеду обратно в Харлстон. Буду рад видеть вас обоих у себя. Холмс, вы просто обязаны показать корону вашему другу. Доктор Уотсон, если вы когда-нибудь захотите описать этот случай, я буду только рад. Считайте, что я передаю вам все права на создание рассказа.
Мы тепло простились с Месгрейвом и обещали, что навестим его имение в начале осени. Я надеялся, что к тому времени проблема с Мейси как-то разрешится. Еще бы я представлял себе, каким образом мне удастся ее уладить. Приезд моего университетского приятеля, помимо практической пользы — рraemonitus, praemunitus( … ) — позволил нам с Уотсоном как-то отвлечься от неприятных мыслей. Я рассказал ему историю родового обряда Месгрейвов, показал несколько занятных сувениров, оставленных в память о том случае. Уотсон решил не торопиться с написанием рассказа, а для начала побывать на месте событий.
Между тем, у меня созрело твердое решение ехать в Эдинбург одному, несмотря на советы брата. Уотсон, оставшись в Лондоне, вел бы привычную для себя жизнь: посещал пациентов, «Диоген» — держался бы так, будто ничего не случилось. Я же, отправившись в Эдинбург один, давал понять возможным соглядатаям, что дело касается только меня и у меня есть какие-то секреты от компаньона. Если Мейси действует не один, то, возможно, за нами наблюдают и«хвост» потянется именно за мной, а я смогу его обнаружить.
Дождливым июльским днем я вышел на площадь перед эдинбургским вокзалом и, махнув кэбмэну, приказал везти меня в отель поприличнее. Дорога, а еще больше — мысли, крутящиеся в голове, меня утомили, и ужасно хотелось принять горячую ванну и залезть под перину. Но я не намеревался задерживаться в городе дольше необходимого. Переодевшись, я сверился с записью в блокноте и поехал по нужному адресу — мой однокашник снимал квартиру, но, в отличие от меня, всегда один. По словам Майкрофта он пересмотрел некоторые свои взгляды… но постоянного партнера явно не имел.
Пока я ехал в поезде, я не заметил ничего подозрительного, да и в городе никакая слежка не ощущалась, хотя я всегда безошибочно определял в толпе соглядатаев. У меня даже закралась в голову мысль, что я преувеличиваю степень опасности, и Мейси, возможно, действует исключительно под влиянием личной ненависти ко мне и Майкрофту.
Я подъехал к дому, где на каждом этаже располагалась небольшая квартира, поднялся на второй, усмехнувшись при взгляде на перила лестницы, утыканные бронзовыми штырьками, не позволяющим мальчишкам съезжать вниз. Дверь в квартиру Брайана блестела свежим лаком. Я позвонил и услышал, как в прихожей звякает колокольчик. Потом раздались шаги.
Когда-то много лет назад я, что греха таить, представлял нашу с ним встречу — первую после многих лет. Потом все прошло… а потом действительно прошло, и сейчас, когда Брайан открыл мне дверь, я вдруг понял, что, повстречайся он мне на улице, я бы прошел мимо, и вовсе не демонстративно — просто не узнал бы человека, которого когда-то хотел видеть постоянно. Но, наверное, я изменился меньше… или он видел мою фотографию в газете? Глаза Брайана расширились — он явно меня узнал.
— Шерлок… — пробормотал он и замолчал.
— Ты позволишь мне войти?
— Да, конечно, — Брайан очнулся и отошел в сторону, пропуская меня в маленькую прихожую, — входи.
Квартира оказалась небольшой, но, должен признать, уютной, а кресло в гостиной, на которое я сразу положил глаз, выглядело глубоким и мягким. Я окинул взглядом книжные полки, ковер, фотографии на каминной полке — наверняка семья сестры.
Я еще раз окинул Брайана внимательным взглядом.
Страница 69 из 129
