Фандом: Лабиринт. Вокруг Лабиринта сплетается сеть интриг. Джарет остается один против могущественных противников. А тем временем Саре исполняется 17 лет. В день ее рождения Джарет под давлением обстоятельств решается предложить ей стать королевой гоблинов. Но хочет ли этого сам король?
Добавить в моё избранное
148 мин, 56 сек 17070
— Не знаю, — Алисса задумалась. — Может и не переварят. А зачем тебе?
— Так из них же волшебную пыльцу делают, — объяснил очкарик. — Ту, что его величество для косметики использует.
«Джарет пользуется косметикой из крыльев фей, — Алисса покачала головой. — С ума сойти можно». Сзади нее гоблин и карлик о чем-то шептались.
— Источник, — услышала девушка шепот очкарика. — Он ее слушается.
— Угу, — Хоггл добавил что-то неразборчивое.
Алисса обернулась и присела на корточки перед своими спутниками.
— А с этого места поподробнее, пожалуйста. Что за источник?
— Да я и сам толком не знаю, что это… — карлик почесал затылок, сдвинув на глаза маленькую кожаную шапочку. — Говорят, под замком есть магический источник. Вроде как он здесь всегда был. Именно он питает своей силой всю долину и Лабиринт тоже. Но чтобы магия работала, нужно… нужна… — он замялся. — В общем, Джарет источником управлять не может… один.
— Ты хочешь сказать, — очень медленно, старательно подбирая слова, произнесла Алисса, — Что по каким-то причинам этот ваш источник откликается на мои желания?
— Не на все желания! — замотал лохматой головой очкарик. — Только если ты хочешь что-то сделать на пользу Лабиринту.
— А раньше такое было?
— А как же! — радостно закивал гоблин. — Завсегда, как у его величества новая королева появлялась, так весь Лабиринт менялся. Правда, если моего дедушку послушать, не всегда к лучшему.
— Так… — Алисса прищурилась. — А сейчас вы оба торжественно поклянетесь, что не расскажете никому, особенно Джарету о том, что я сегодня сделала. Понятно? Или проверим, не исполнит ли источник еще одно мое очень горячее желание в отношении вас обоих?
Они переглянулись, синхронно вздохнули и поклялись.
К обеду Алисса едва не опоздала. В последний момент вспомнила о платье. Каким должно быть платье для обеда, девушка не имела ни малейшего представления. Выросла она в семье, где больше думали, что они будут есть, а не в чём. На Перекрестке все ходили в чем хотели и обедали за одним большим столом. Так что Алисса промаялась перед шкафом минут пятнадцать, выдумывая себе подходящий наряд. В конце-концов, остановилась на простом коричневом платье строгого покроя с длинным рукавом и узкими полосками кружев на вороте-стоечке и манжетах. Именно такой была парадная форма учениц в Доме, хотя никто ее не носил.
Алисса попыталась стянуть отросшие волосы в хвост, но спереди короткие пряди все равно выбивались и падали на лицо. В очередной раз махнув на себя рукой, она пошла в столовую.
Джарет при виде ее поперхнулся вином. Откашлялся, встал, резко отодвинув стул.
— За что ты себя так не любишь, Лисс? — он встал и пинком открыл дверь прямо в ее комнату. — Тебе не идет коричневый цвет. Это во-первых, а во-вторых, такие платья носят только служанки.
— А я здесь кто? — огрызнулась Алисса.
Джарет пропустил ее слова мимо ушей. Он сосредоточенно смотрел на дверцу шкафа. Потом открыл его, достал что-то зеленое, судя по блеску, шелковое и небрежно бросил на спинку кресла. За первым платьем полетело второе, третье… Через минуту Алисса сбилась со счета.
— Зачем мне столько?! — она подхватила последнее — бежевое, без рукавов, все в легчайших оборках и кружевах. — Я не умею такое носить, мне вообще не идут платья!
— Это не платье, — Джарет отобрал у нее наряд. — Это… ладно, не важно, потом разберешься, — он зашвырнул непонятную одежду назад в шкаф и критически оглядел разноцветный ворох, под которым уже не было видно кресла. — На первое время, пожалуй, достаточно. Туфли в шкафу. Одевайся быстрее, а то эти олухи жаркое поставят подогревать и окончательно испортят.
Зеленое шелковое платье, очень длинное с черными кружевными вставками было, конечно, великолепно. Но Алисса чувствовала себя в нем неловко. И еще было очень страшно уронить на переливающийся шелк хотя бы каплю супа. «Нашел себе куклу! — Алисса попыталась поудобнее поставить ноги в туфлях на непривычно высоких каблуках. — Может за год наиграется? Только бы не узнал, что я могу менять Лабиринт. Ведь ни за что не выпустит!»
Из-за голода и общей неловкости она молчала почти весь обед. Зато Джарет не умолкал, умудряясь при этом еще и есть. «Как же долго ему не с кем было побеседовать, — подумала Алисса. — А поговорить он, похоже, любит». За час она узнала о жизни и нравах подземных фейри больше, чем за все время учебы на Перекрестке. И только о своих сородичах — эльфах, или как они сами себя называли — сидах, Джарет почти не упоминал. Только один раз, уже под конец обеда, мельком проговорился, что их осталось очень мало.
— Почему? — Алисса осторожно подцепила ложечкой что-то непонятное, бело-зелено-голубое, отдаленно похожее на пирожное. — То есть, я знаю, дворы сидов постоянно воюют друг с другом. Но ведь и дети должны рождаться.
— Очень редко.
— Так из них же волшебную пыльцу делают, — объяснил очкарик. — Ту, что его величество для косметики использует.
«Джарет пользуется косметикой из крыльев фей, — Алисса покачала головой. — С ума сойти можно». Сзади нее гоблин и карлик о чем-то шептались.
— Источник, — услышала девушка шепот очкарика. — Он ее слушается.
— Угу, — Хоггл добавил что-то неразборчивое.
Алисса обернулась и присела на корточки перед своими спутниками.
— А с этого места поподробнее, пожалуйста. Что за источник?
— Да я и сам толком не знаю, что это… — карлик почесал затылок, сдвинув на глаза маленькую кожаную шапочку. — Говорят, под замком есть магический источник. Вроде как он здесь всегда был. Именно он питает своей силой всю долину и Лабиринт тоже. Но чтобы магия работала, нужно… нужна… — он замялся. — В общем, Джарет источником управлять не может… один.
— Ты хочешь сказать, — очень медленно, старательно подбирая слова, произнесла Алисса, — Что по каким-то причинам этот ваш источник откликается на мои желания?
— Не на все желания! — замотал лохматой головой очкарик. — Только если ты хочешь что-то сделать на пользу Лабиринту.
— А раньше такое было?
— А как же! — радостно закивал гоблин. — Завсегда, как у его величества новая королева появлялась, так весь Лабиринт менялся. Правда, если моего дедушку послушать, не всегда к лучшему.
— Так… — Алисса прищурилась. — А сейчас вы оба торжественно поклянетесь, что не расскажете никому, особенно Джарету о том, что я сегодня сделала. Понятно? Или проверим, не исполнит ли источник еще одно мое очень горячее желание в отношении вас обоих?
Они переглянулись, синхронно вздохнули и поклялись.
К обеду Алисса едва не опоздала. В последний момент вспомнила о платье. Каким должно быть платье для обеда, девушка не имела ни малейшего представления. Выросла она в семье, где больше думали, что они будут есть, а не в чём. На Перекрестке все ходили в чем хотели и обедали за одним большим столом. Так что Алисса промаялась перед шкафом минут пятнадцать, выдумывая себе подходящий наряд. В конце-концов, остановилась на простом коричневом платье строгого покроя с длинным рукавом и узкими полосками кружев на вороте-стоечке и манжетах. Именно такой была парадная форма учениц в Доме, хотя никто ее не носил.
Алисса попыталась стянуть отросшие волосы в хвост, но спереди короткие пряди все равно выбивались и падали на лицо. В очередной раз махнув на себя рукой, она пошла в столовую.
Джарет при виде ее поперхнулся вином. Откашлялся, встал, резко отодвинув стул.
— За что ты себя так не любишь, Лисс? — он встал и пинком открыл дверь прямо в ее комнату. — Тебе не идет коричневый цвет. Это во-первых, а во-вторых, такие платья носят только служанки.
— А я здесь кто? — огрызнулась Алисса.
Джарет пропустил ее слова мимо ушей. Он сосредоточенно смотрел на дверцу шкафа. Потом открыл его, достал что-то зеленое, судя по блеску, шелковое и небрежно бросил на спинку кресла. За первым платьем полетело второе, третье… Через минуту Алисса сбилась со счета.
— Зачем мне столько?! — она подхватила последнее — бежевое, без рукавов, все в легчайших оборках и кружевах. — Я не умею такое носить, мне вообще не идут платья!
— Это не платье, — Джарет отобрал у нее наряд. — Это… ладно, не важно, потом разберешься, — он зашвырнул непонятную одежду назад в шкаф и критически оглядел разноцветный ворох, под которым уже не было видно кресла. — На первое время, пожалуй, достаточно. Туфли в шкафу. Одевайся быстрее, а то эти олухи жаркое поставят подогревать и окончательно испортят.
Зеленое шелковое платье, очень длинное с черными кружевными вставками было, конечно, великолепно. Но Алисса чувствовала себя в нем неловко. И еще было очень страшно уронить на переливающийся шелк хотя бы каплю супа. «Нашел себе куклу! — Алисса попыталась поудобнее поставить ноги в туфлях на непривычно высоких каблуках. — Может за год наиграется? Только бы не узнал, что я могу менять Лабиринт. Ведь ни за что не выпустит!»
Из-за голода и общей неловкости она молчала почти весь обед. Зато Джарет не умолкал, умудряясь при этом еще и есть. «Как же долго ему не с кем было побеседовать, — подумала Алисса. — А поговорить он, похоже, любит». За час она узнала о жизни и нравах подземных фейри больше, чем за все время учебы на Перекрестке. И только о своих сородичах — эльфах, или как они сами себя называли — сидах, Джарет почти не упоминал. Только один раз, уже под конец обеда, мельком проговорился, что их осталось очень мало.
— Почему? — Алисса осторожно подцепила ложечкой что-то непонятное, бело-зелено-голубое, отдаленно похожее на пирожное. — То есть, я знаю, дворы сидов постоянно воюют друг с другом. Но ведь и дети должны рождаться.
— Очень редко.
Страница 25 из 43
