Фандом: My Little Pony. Преступления, хоть редкие и не слишком серьезные, в Эквестрии случались и раньше, но ряд недавних происшествий в столице поставил стражей порядка в тупик. Почему пони, на первый взгляд не имеющие никаких мотивов, стали совершать поступки, угрожающие жизни и здоровью других, да еще и проявляя при этом владение совершенно несвойственными им навыками? Ограничится ли география подобных случаев Кантерлотом? Не связано ли происходящее с таинственным врагом Принцесс, преследующим непонятные цели? И главное — кому довериться, когда каждый может оказаться врагом?
Добавить в моё избранное
140 мин, 3 сек 14619
— Майнд явно задал вопрос под впечатлением от красочного рассказа Рэрити в штабе СОП, где та поведала, с какой легкостью заболевшая Эплблум поднимала тяжести.
— Это также можно объяснить подстройкой прототипа, — с готовностью ответила Коралл. — Многочисленные наблюдения за пони с нарушениями энергоструктур показали, что его дисфункция может пагубно влиять на физическое состояние и даже вызывать деградацию внутренних органов и мышечной ткани. Вполне возможно, изменение МЭП способно вызывать и обратную ситуацию.
— Кори… Эм, я хотел сказать, доктор Афтерглоу, можно начинать, — напомнил о себе Гарнет.
За время импровизированной лекции дракон успел не только подготовить оборудование, но и подготовиться сам: на его голове тускло поблескивал металлический обруч, сияющий бледно-голубым светом окутывавшего его волшебства; тонкий провод шел от него вниз, вдоль ряда шипов на спине ящера, и оканчивался на исписанной рунами пластине, закрепленной на боку ремнями. Назначение ее стало понятно, когда доктор прикрепила к своему правому переднему копыту небольшое устройство, формами и размером точно подходящее под пластину, и, приложив его к ней, слегка повернула до щелчка. Непонятный механизм отозвался слабой вспышкой.
— По всей видимости, пациент — это вы, — обратилась Коралл к до сих пор молчавшей Рэзберри Вэйв, совершенно не обращая внимания на стороживших ее гвардейцев. Дождавшись утвердительного кивка, она указала на пьедестал. — Пройдите, пожалуйста, сюда.
Рэзберри покорно двинулась к устройству, а стражники, повинуясь жесту Страйка, остались на местах. Поднявшись, официантка остановилась точно под манипуляторами. Коралл прикоснулась к магическому дисплею, и устройства сдвинулись вперед, нависая над кобылкой и заставляя ее слегка поежиться.
— Доктор, любопытства ради… — заговорил Брайт Майнд, наблюдая за манипуляциями доктора. Шарп невольно ухмыльнулся, заметив разгоравшийся в глазах товарища огонь неподдельного интереса. — Не расскажете, что именно сейчас происходит? Если это не коммерческая тайна, конечно.
— Помилуйте, какие тайны! — отмахнулась доктор Афтерглоу. — Наоборот, мы активно продвигаем эту методику исследования МЭП-структур в научных кругах.
Еще несколько прикосновений к контрольной панели — и искрящееся магическое полотно накрыло Рэзберри Вэйв, а Коралл попросила ассистента установить резонирующий импульс на десять процентов мощности.
— Гарнет — не просто мой помощник, — продолжила она. — Без него мои исследования серьезно затянулись бы, а некоторые и вовсе стали бы невозможными. Видите ли, по сравнению с пони у драконов просто феноменальная чувствительность к магии. Они способны ясно видеть то, что нам никогда не будет доступно, и мы нашли способ использовать это. Гарнет применяет свои способности, чтобы рассмотреть МЭП-структуры пациента, а визуальные образы передаются мне по ментальному каналу, позволяя точно поставить диагноз. Я могу попросить его сфокусироваться на том или ином участке, дать общую картину или даже попытаться воздействовать на проблемные места. В комплексе такой подход дает нам уникальные возможности для лечения энергоструктурных аномалий.
— Гениально! — воскликнул Брайт. — Но почему я ничего не слышал о широком применении этого метода?
— Боюсь, все не так просто. Ментальная связь между пони и драконом — явление чрезвычайно сложное, практически не изученное, и для ее возникновения необходимо множество факторов. Фактически, они должны быть вместе с очень юного возраста, должны стать настоящей семьей. А все это, — Коралл широким жестом обвела оборудование на теле Гарнета, — всего лишь ухищрения, позволяющие стабилизировать качество сигнала, но создать связь они не в состоянии.
— Вы, наверное, учились в Кантерлотской школе для одаренных единорогов? — предположил Спайк, заворожено слушавший рассказ доктора.
— Да, — подтвердила кобылка. — И спорить готова, что та пони, с которой связан ты — тоже.
— Жаль, что сейчас ее нет с вами, — добавил Гарнет. — Было бы интересно с ней поговорить.
— А почему вы думаете, что ее здесь нет? — спросил Майнд, явно не посвященный в тонкости взаимоотношений между носительницами Элементов Гармонии.
— Поверьте, — усмехнулся ящер, — мы бы ее заметили…
— Ладно, пора приступать к работе, — прервала обсуждение Коралл и обратилась к пациентке: — Мисс…
— Вэйв, — подсказал Шарп.
— Мисс Вэйв, вам удобно? Дискомфорта не чувствуете?
Рэзберри помотала головой, все так же не произнося ни слова, и Афтерглоу кивнула ассистенту. Когда под мерное гудение каких-то установок процедура началась, никто не заметил никаких изменений. Никто, кроме Спайка. Сначала он только ощутил, как нечто неуловимо поменялось в окружавшем его пространстве. Сосредоточившись, как на тренировках, он дал разливающейся в воздухе магии заполнить его тело и… увидел.
— Это также можно объяснить подстройкой прототипа, — с готовностью ответила Коралл. — Многочисленные наблюдения за пони с нарушениями энергоструктур показали, что его дисфункция может пагубно влиять на физическое состояние и даже вызывать деградацию внутренних органов и мышечной ткани. Вполне возможно, изменение МЭП способно вызывать и обратную ситуацию.
— Кори… Эм, я хотел сказать, доктор Афтерглоу, можно начинать, — напомнил о себе Гарнет.
За время импровизированной лекции дракон успел не только подготовить оборудование, но и подготовиться сам: на его голове тускло поблескивал металлический обруч, сияющий бледно-голубым светом окутывавшего его волшебства; тонкий провод шел от него вниз, вдоль ряда шипов на спине ящера, и оканчивался на исписанной рунами пластине, закрепленной на боку ремнями. Назначение ее стало понятно, когда доктор прикрепила к своему правому переднему копыту небольшое устройство, формами и размером точно подходящее под пластину, и, приложив его к ней, слегка повернула до щелчка. Непонятный механизм отозвался слабой вспышкой.
— По всей видимости, пациент — это вы, — обратилась Коралл к до сих пор молчавшей Рэзберри Вэйв, совершенно не обращая внимания на стороживших ее гвардейцев. Дождавшись утвердительного кивка, она указала на пьедестал. — Пройдите, пожалуйста, сюда.
Рэзберри покорно двинулась к устройству, а стражники, повинуясь жесту Страйка, остались на местах. Поднявшись, официантка остановилась точно под манипуляторами. Коралл прикоснулась к магическому дисплею, и устройства сдвинулись вперед, нависая над кобылкой и заставляя ее слегка поежиться.
— Доктор, любопытства ради… — заговорил Брайт Майнд, наблюдая за манипуляциями доктора. Шарп невольно ухмыльнулся, заметив разгоравшийся в глазах товарища огонь неподдельного интереса. — Не расскажете, что именно сейчас происходит? Если это не коммерческая тайна, конечно.
— Помилуйте, какие тайны! — отмахнулась доктор Афтерглоу. — Наоборот, мы активно продвигаем эту методику исследования МЭП-структур в научных кругах.
Еще несколько прикосновений к контрольной панели — и искрящееся магическое полотно накрыло Рэзберри Вэйв, а Коралл попросила ассистента установить резонирующий импульс на десять процентов мощности.
— Гарнет — не просто мой помощник, — продолжила она. — Без него мои исследования серьезно затянулись бы, а некоторые и вовсе стали бы невозможными. Видите ли, по сравнению с пони у драконов просто феноменальная чувствительность к магии. Они способны ясно видеть то, что нам никогда не будет доступно, и мы нашли способ использовать это. Гарнет применяет свои способности, чтобы рассмотреть МЭП-структуры пациента, а визуальные образы передаются мне по ментальному каналу, позволяя точно поставить диагноз. Я могу попросить его сфокусироваться на том или ином участке, дать общую картину или даже попытаться воздействовать на проблемные места. В комплексе такой подход дает нам уникальные возможности для лечения энергоструктурных аномалий.
— Гениально! — воскликнул Брайт. — Но почему я ничего не слышал о широком применении этого метода?
— Боюсь, все не так просто. Ментальная связь между пони и драконом — явление чрезвычайно сложное, практически не изученное, и для ее возникновения необходимо множество факторов. Фактически, они должны быть вместе с очень юного возраста, должны стать настоящей семьей. А все это, — Коралл широким жестом обвела оборудование на теле Гарнета, — всего лишь ухищрения, позволяющие стабилизировать качество сигнала, но создать связь они не в состоянии.
— Вы, наверное, учились в Кантерлотской школе для одаренных единорогов? — предположил Спайк, заворожено слушавший рассказ доктора.
— Да, — подтвердила кобылка. — И спорить готова, что та пони, с которой связан ты — тоже.
— Жаль, что сейчас ее нет с вами, — добавил Гарнет. — Было бы интересно с ней поговорить.
— А почему вы думаете, что ее здесь нет? — спросил Майнд, явно не посвященный в тонкости взаимоотношений между носительницами Элементов Гармонии.
— Поверьте, — усмехнулся ящер, — мы бы ее заметили…
— Ладно, пора приступать к работе, — прервала обсуждение Коралл и обратилась к пациентке: — Мисс…
— Вэйв, — подсказал Шарп.
— Мисс Вэйв, вам удобно? Дискомфорта не чувствуете?
Рэзберри помотала головой, все так же не произнося ни слова, и Афтерглоу кивнула ассистенту. Когда под мерное гудение каких-то установок процедура началась, никто не заметил никаких изменений. Никто, кроме Спайка. Сначала он только ощутил, как нечто неуловимо поменялось в окружавшем его пространстве. Сосредоточившись, как на тренировках, он дал разливающейся в воздухе магии заполнить его тело и… увидел.
Страница 23 из 43
