Фандом: My Little Pony. Преступления, хоть редкие и не слишком серьезные, в Эквестрии случались и раньше, но ряд недавних происшествий в столице поставил стражей порядка в тупик. Почему пони, на первый взгляд не имеющие никаких мотивов, стали совершать поступки, угрожающие жизни и здоровью других, да еще и проявляя при этом владение совершенно несвойственными им навыками? Ограничится ли география подобных случаев Кантерлотом? Не связано ли происходящее с таинственным врагом Принцесс, преследующим непонятные цели? И главное — кому довериться, когда каждый может оказаться врагом?
Добавить в моё избранное
140 мин, 3 сек 14633
Две ауры столкнулись…
Глаза Рэрити затуманились, словно все ее органы чувств неожиданно отказали, и она застыла на месте — всего лишь на долю секунды, но этого времени Спайку хватило, чтобы выбросить вперед лапу и вонзить ей в плечо дротик. Она зашаталась и медленно осела на пол. Дракончик, тяжело дыша, присел рядом с ней, ласково проведя лапой по гриве.
— Теперь все будет в порядке, — прошептал Спайк.
Искрящееся созвездие все еще было у него перед глазами, и, приглядевшись, он заметил бледно-желтую нить, связывавшую Рэрити с ним. Он бережно коснулся ее, мгновенно осознав, какое чувство видит перед собой. Дружбу. И… все.
Спайк горько усмехнулся. Что бы там ни говорила Твайлайт, ему не требовались способности к ощущению магии, чтобы сказать, как Рэрити к нему относится, но на какое-то мгновение он понадеялся увидеть нечто… большее. Впрочем, подумалось ему, шанс изменить эту нить, возможно, представится в будущем, а сейчас нужно думать о более насущных делах. Например, найти способ привести в чувство жеребцов и вместе с Рэрити убраться отсюда.
В лаборатории функциональной диагностики ЦЛЭА разгорался спор. Коралл Афтерглоу бессильно закрыла мордочку копытом, не в силах в очередной раз посмотреть в глаза стоящему перед ней жеребцу.
— Еще раз, доктор, — произнес Эмбер Блэйз — умудренный годами, седовласый единорог, давно занимающий должность директора Центра. — По моему мнению, вы не осознаете, насколько… неуместной является ваша идея.
— Это вы не осознаете! — вскинулась Коралл. — Совсем не осознаете! Вакцина на основе «Семян истины» не сработала на инфицированных пони, чей экземпляр штамма еще не был активирован! Понимаете, что это значит? Понимаете? У нас по-прежнему остается полгорода зараженных, и нам не удалось ни обнаружить вирус в«спящем» состоянии, ни придумать способ ограничить его распространение! А единственный оставшийся в данных условиях вариант — вводить антидот сразу после активации вируса — не сработает, потому что его пробуждение, по всей видимости, происходит по сигналу внутреннего таймера, настроенного на какие-то случайные значения, и мы не можем заранее определить правильное время. Если не начать действовать решительно, у нас будут проблемы куда серьезнее необходимости единорогам отказаться на время от своей магии!
— О, поверьте, это кажется разумным сейчас, когда мы обсуждаем такую альтернативу приватно, — покачал головой Блэйз. — Но все изменится, стоит магам Кантерлота узнать, что им всем придется на неопределенный срок отказаться от способности колдовать.
Коралл тяжело вздохнула. Насколько проще было бы, являйся директор придурком-карьеристом, каких ей за годы работы в Центре пришлось повидать немало! Но нет, он был не менее фанатично, чем она сама, предан работе, и даже сейчас, когда слова его напоминали речь «эффективного менеджера», пекущегося исключительно о хорошем имидже организации, она знала: он протестует только из чувства, что они способны на лучшее.
— Послушай, Коралл, — заметив обуревающие коллегу чувства, смягчился директор. — Я прекрасно понимаю, насколько тебя вымотала вся эта история, но и ты войди в мое положение. Если Центр предпримет настолько радикальный шаг, обязательно последует множество вопросов, и мне не хотелось бы отвечать, что мы схватились за первое попавшееся решение, не рассмотрев альтернативы.
Он жестом остановил вознамерившуюся протестовать кобылку.
— Я знаю, что решение было не первым, знаю! Но именно так недовольные граждане воспримут наши действия. И потому…
Эмбер ненадолго задумался.
— Давай сделаем так. Если в течение двенадцати часов вам не удастся ничего придумать, введем в действие план с отключением магии единорогов. Ответственность за это я возьму на себя.
Доктор Афтерглоу облегченно улыбнулась и благодарно кивнула.
— Вот и славно, — сказал Блэйз и направился к выходу. — А я со своей группой пока попробую заставить сыворотку работать. Удачи!
Тихо стукнула дверь лаборатории. Гарнет, не подававший голоса в течение всего разговора, подошел к подруге и положил лапу ей на плечо.
— Ты как? — участливо поинтересовался он.
— Бывало и хуже, — устало ответила Коралл. — А знаешь, что самое обидное? Он ведь прав, на сто процентов прав! Я хватаюсь за соломинку только из-за того, что зашла в тупик и не знаю, что делать дальше!
— Послушай, ты обязательно найдешь выход, — твердо произнес Гарнет. — Только не прямо сейчас. Ты и так провела здесь за работой почти сутки, неудивительно, что тебя не посещают гениальные идеи!
— Я думаю, он абсолютно прав. — В лабораторию, удерживая телекинезом три кружки с горячими напитками, вошла Рэзберри Вэйв. Прошлой ночью она отправилась домой, но к утру вернулась, готовая и дальше помогать своим спасителям. — Вот, выпейте какао, доктор Афтерглоу. Поверьте, вам станет намного лучше.
Глаза Рэрити затуманились, словно все ее органы чувств неожиданно отказали, и она застыла на месте — всего лишь на долю секунды, но этого времени Спайку хватило, чтобы выбросить вперед лапу и вонзить ей в плечо дротик. Она зашаталась и медленно осела на пол. Дракончик, тяжело дыша, присел рядом с ней, ласково проведя лапой по гриве.
— Теперь все будет в порядке, — прошептал Спайк.
Искрящееся созвездие все еще было у него перед глазами, и, приглядевшись, он заметил бледно-желтую нить, связывавшую Рэрити с ним. Он бережно коснулся ее, мгновенно осознав, какое чувство видит перед собой. Дружбу. И… все.
Спайк горько усмехнулся. Что бы там ни говорила Твайлайт, ему не требовались способности к ощущению магии, чтобы сказать, как Рэрити к нему относится, но на какое-то мгновение он понадеялся увидеть нечто… большее. Впрочем, подумалось ему, шанс изменить эту нить, возможно, представится в будущем, а сейчас нужно думать о более насущных делах. Например, найти способ привести в чувство жеребцов и вместе с Рэрити убраться отсюда.
В лаборатории функциональной диагностики ЦЛЭА разгорался спор. Коралл Афтерглоу бессильно закрыла мордочку копытом, не в силах в очередной раз посмотреть в глаза стоящему перед ней жеребцу.
— Еще раз, доктор, — произнес Эмбер Блэйз — умудренный годами, седовласый единорог, давно занимающий должность директора Центра. — По моему мнению, вы не осознаете, насколько… неуместной является ваша идея.
— Это вы не осознаете! — вскинулась Коралл. — Совсем не осознаете! Вакцина на основе «Семян истины» не сработала на инфицированных пони, чей экземпляр штамма еще не был активирован! Понимаете, что это значит? Понимаете? У нас по-прежнему остается полгорода зараженных, и нам не удалось ни обнаружить вирус в«спящем» состоянии, ни придумать способ ограничить его распространение! А единственный оставшийся в данных условиях вариант — вводить антидот сразу после активации вируса — не сработает, потому что его пробуждение, по всей видимости, происходит по сигналу внутреннего таймера, настроенного на какие-то случайные значения, и мы не можем заранее определить правильное время. Если не начать действовать решительно, у нас будут проблемы куда серьезнее необходимости единорогам отказаться на время от своей магии!
— О, поверьте, это кажется разумным сейчас, когда мы обсуждаем такую альтернативу приватно, — покачал головой Блэйз. — Но все изменится, стоит магам Кантерлота узнать, что им всем придется на неопределенный срок отказаться от способности колдовать.
Коралл тяжело вздохнула. Насколько проще было бы, являйся директор придурком-карьеристом, каких ей за годы работы в Центре пришлось повидать немало! Но нет, он был не менее фанатично, чем она сама, предан работе, и даже сейчас, когда слова его напоминали речь «эффективного менеджера», пекущегося исключительно о хорошем имидже организации, она знала: он протестует только из чувства, что они способны на лучшее.
— Послушай, Коралл, — заметив обуревающие коллегу чувства, смягчился директор. — Я прекрасно понимаю, насколько тебя вымотала вся эта история, но и ты войди в мое положение. Если Центр предпримет настолько радикальный шаг, обязательно последует множество вопросов, и мне не хотелось бы отвечать, что мы схватились за первое попавшееся решение, не рассмотрев альтернативы.
Он жестом остановил вознамерившуюся протестовать кобылку.
— Я знаю, что решение было не первым, знаю! Но именно так недовольные граждане воспримут наши действия. И потому…
Эмбер ненадолго задумался.
— Давай сделаем так. Если в течение двенадцати часов вам не удастся ничего придумать, введем в действие план с отключением магии единорогов. Ответственность за это я возьму на себя.
Доктор Афтерглоу облегченно улыбнулась и благодарно кивнула.
— Вот и славно, — сказал Блэйз и направился к выходу. — А я со своей группой пока попробую заставить сыворотку работать. Удачи!
Тихо стукнула дверь лаборатории. Гарнет, не подававший голоса в течение всего разговора, подошел к подруге и положил лапу ей на плечо.
— Ты как? — участливо поинтересовался он.
— Бывало и хуже, — устало ответила Коралл. — А знаешь, что самое обидное? Он ведь прав, на сто процентов прав! Я хватаюсь за соломинку только из-за того, что зашла в тупик и не знаю, что делать дальше!
— Послушай, ты обязательно найдешь выход, — твердо произнес Гарнет. — Только не прямо сейчас. Ты и так провела здесь за работой почти сутки, неудивительно, что тебя не посещают гениальные идеи!
— Я думаю, он абсолютно прав. — В лабораторию, удерживая телекинезом три кружки с горячими напитками, вошла Рэзберри Вэйв. Прошлой ночью она отправилась домой, но к утру вернулась, готовая и дальше помогать своим спасителям. — Вот, выпейте какао, доктор Афтерглоу. Поверьте, вам станет намного лучше.
Страница 37 из 43
