Фандом: Yuri on Ice. У Милы был старший брат. Наставник. Чемпион мира. Национальный герой. Ну и всякое такое.
Добавить в моё избранное
35 мин, 36 сек 20267
— Бабичева, ко мне зайди, — махнул рукой дядя Яша после того, как каждому присутствующему на тренировке персонально выел мозги и милостиво разрешил покинуть лёд.
— Есть, сэр, — откликнулась Мила, натягивая на лезвия защиту.
Чего ж ему ещё надо? И так уже всю душу вы… любил.
— От Витьки что-нибудь слышно? А то Алька мне теперь мстит и сама трубку не берёт, — сходу спросил Яков, когда Мила втащилась в заставленную кубками и пропахшую табаком и чаем тренерскую.
Ясно. Про любимчика узнать хотел.
— Отжирается, капризничает и воспитывает Юри, — отрапортовала она, позлорадствовав тому, как седые брови Фельцмана сползлись к переносице на слове «отжирается».
Будет теперь Витьке не два взвешивания в сутки, а все пять, и десять кругов вокруг катка за каждые лишние сто граммов.
Миле должно было бы быть стыдно. Миле не было стыдно.
Если Фельцману и ещё куче народу было в радость нянчиться с этой горе-легендой, то она уже порядком вымоталась.
— Ладно, свободна. И вот не знаю, что делай и чем думай, но чтобы завтра руками не как цапля размахивала, а как перспективная олимпийская чемпионка, поняла меня?
— Так точно.
С полминуты потоптавшись у ворот арены, натужно размышляя, так ли на улице погано, что до дома лучше добираться на автобусе, или можно попробовать и пешочком прогуляться, Мила всё-таки глубже зарылась носом в меховую опушку парки и поплелась своим ходом. Пару кварталов. Проветрить мозги на свежем воздухе не помешает.
Руками она, как цапля, размахивает. Вот до Гошки бы докапывался. Он вообще эти руки как макаронины повесил и знай только скачет, да задницей лёд трёт. Давно уже пора смириться с тем, что ему как за Витькой было не угнаться десять лет назад, так и сейчас втапливать за Тигрёнком бесполезно.
Так, думала про себя-цаплю, а укатилась опять к Никифорову, будь он неладен.
Хотя куда ещё неладней-то…
В кармане завибрировал айфон.
Ух ты, что называется, помяни чёрта!
v-nikiforov: Они меня на источники тащат :facepalm:
v-nikiforov: Хелп ми плиз
v-nikiforov: Мать уперлась, что Юри понравится
v-nikiforov: Юри уперся, что ему понравится
v-nikiforov: Как объяснить ему, что здесь не Япония, не +3, а все -20?
red_beauty: Ныряй в водичку как есть, в рубашке, Вить. Так, может быть, и не спалишься, и, как всегда, всех удивишь! (^_~) (^_~) (^_~)
red_beauty: Как добрались-то? И че наврал скажи, чтобы легенда совпадала в случае чего
v-nikiforov: Думал, сдохну в этом проклятом поезде. Назад точно по воздуху. Поностальгировал и будет. А наврал как боженька, не подкопаться, но Юри все испортил
red_beauty: А я говорила! И да ну-у нахер…
v-nikiforov: Yep
red_beauty: Он жив?
v-nikiforov: Только благодаря тому, что меня пугает сложность японского законодательства
red_beauty: Пф-ф, тогда проблемы нет
v-nikiforov: Проблема есть
red_beauty: Ну так не лезь в воду, посиди на краешке, помочи ножки. Скажи, что боишься кишечной палочки. Не знаю…
v-nikiforov: Ты там че злая???
red_beauty: Я уставшая, голодная и одинокая (T_T)
v-nikiforov: Ростик'с — лекарство от всех проблем!
red_beauty: Мамонтенок, Ростик'са уже сто лет нет!
Витька умолк, не получив поддержки и, видимо, обидевшись, уплёлся вести неравную борьбу своими силами. Если Алевтина Леопольдовна что-то решила, она это и сделает. И никакие чемпионы её не остановят. Да хоть президенты…
Прошерстив взглядом улицу, Мила, к собственному негодованию, уткнулась носом в полковника Сандерса. Никифоров, ну, какого!
Не-а, Бабичева! Нет-нет-нет! Куда тебе жрать ещё больше?!
Хотя три острых куриных крылышка с соусом барбекю ещё не послужили причиной чьей-либо смерти.
Послужат твоей, если Яков узнает.
Но он не узнает.
Пальцы сами полезли в боковой карман спортивной сумки за банковской картой, а ноги понесли к заманчивому красному крыльцу, в обитель вечно голодных студентов и нахальных подростков.
Уже оплатив заказ и примостившись в дальнем углу под жёлтой гирляндой, Мила осознала, что Никифоров из головы упорно не шёл. Не было печали, блин.
Если подумать, то за без малого десяток лет знакомства с Виктором о нём она точно могла сказать две вещи: ему нравится прикидываться деревянным придурком и большую часть травм он получил вне катка.
Мила недовольно посмотрела на красную стену перед собой, на красную коробку с крылышками, красный поднос, застеленный невразумительной рекламкой, на глаза свалилась ярко-рыжая прядь. У неё с Витей было много общего: стоило бы начать с обжигающей страсти к фигурному катанию, а закончить тем, что общественность твердо уверена в том, что они оба красят волосы.
— Есть, сэр, — откликнулась Мила, натягивая на лезвия защиту.
Чего ж ему ещё надо? И так уже всю душу вы… любил.
— От Витьки что-нибудь слышно? А то Алька мне теперь мстит и сама трубку не берёт, — сходу спросил Яков, когда Мила втащилась в заставленную кубками и пропахшую табаком и чаем тренерскую.
Ясно. Про любимчика узнать хотел.
— Отжирается, капризничает и воспитывает Юри, — отрапортовала она, позлорадствовав тому, как седые брови Фельцмана сползлись к переносице на слове «отжирается».
Будет теперь Витьке не два взвешивания в сутки, а все пять, и десять кругов вокруг катка за каждые лишние сто граммов.
Миле должно было бы быть стыдно. Миле не было стыдно.
Если Фельцману и ещё куче народу было в радость нянчиться с этой горе-легендой, то она уже порядком вымоталась.
— Ладно, свободна. И вот не знаю, что делай и чем думай, но чтобы завтра руками не как цапля размахивала, а как перспективная олимпийская чемпионка, поняла меня?
— Так точно.
С полминуты потоптавшись у ворот арены, натужно размышляя, так ли на улице погано, что до дома лучше добираться на автобусе, или можно попробовать и пешочком прогуляться, Мила всё-таки глубже зарылась носом в меховую опушку парки и поплелась своим ходом. Пару кварталов. Проветрить мозги на свежем воздухе не помешает.
Руками она, как цапля, размахивает. Вот до Гошки бы докапывался. Он вообще эти руки как макаронины повесил и знай только скачет, да задницей лёд трёт. Давно уже пора смириться с тем, что ему как за Витькой было не угнаться десять лет назад, так и сейчас втапливать за Тигрёнком бесполезно.
Так, думала про себя-цаплю, а укатилась опять к Никифорову, будь он неладен.
Хотя куда ещё неладней-то…
В кармане завибрировал айфон.
Ух ты, что называется, помяни чёрта!
v-nikiforov: Они меня на источники тащат :facepalm:
v-nikiforov: Хелп ми плиз
v-nikiforov: Мать уперлась, что Юри понравится
v-nikiforov: Юри уперся, что ему понравится
v-nikiforov: Как объяснить ему, что здесь не Япония, не +3, а все -20?
red_beauty: Ныряй в водичку как есть, в рубашке, Вить. Так, может быть, и не спалишься, и, как всегда, всех удивишь! (^_~) (^_~) (^_~)
red_beauty: Как добрались-то? И че наврал скажи, чтобы легенда совпадала в случае чего
v-nikiforov: Думал, сдохну в этом проклятом поезде. Назад точно по воздуху. Поностальгировал и будет. А наврал как боженька, не подкопаться, но Юри все испортил
red_beauty: А я говорила! И да ну-у нахер…
v-nikiforov: Yep
red_beauty: Он жив?
v-nikiforov: Только благодаря тому, что меня пугает сложность японского законодательства
red_beauty: Пф-ф, тогда проблемы нет
v-nikiforov: Проблема есть
red_beauty: Ну так не лезь в воду, посиди на краешке, помочи ножки. Скажи, что боишься кишечной палочки. Не знаю…
v-nikiforov: Ты там че злая???
red_beauty: Я уставшая, голодная и одинокая (T_T)
v-nikiforov: Ростик'с — лекарство от всех проблем!
red_beauty: Мамонтенок, Ростик'са уже сто лет нет!
Витька умолк, не получив поддержки и, видимо, обидевшись, уплёлся вести неравную борьбу своими силами. Если Алевтина Леопольдовна что-то решила, она это и сделает. И никакие чемпионы её не остановят. Да хоть президенты…
Прошерстив взглядом улицу, Мила, к собственному негодованию, уткнулась носом в полковника Сандерса. Никифоров, ну, какого!
Не-а, Бабичева! Нет-нет-нет! Куда тебе жрать ещё больше?!
Хотя три острых куриных крылышка с соусом барбекю ещё не послужили причиной чьей-либо смерти.
Послужат твоей, если Яков узнает.
Но он не узнает.
Пальцы сами полезли в боковой карман спортивной сумки за банковской картой, а ноги понесли к заманчивому красному крыльцу, в обитель вечно голодных студентов и нахальных подростков.
Уже оплатив заказ и примостившись в дальнем углу под жёлтой гирляндой, Мила осознала, что Никифоров из головы упорно не шёл. Не было печали, блин.
Если подумать, то за без малого десяток лет знакомства с Виктором о нём она точно могла сказать две вещи: ему нравится прикидываться деревянным придурком и большую часть травм он получил вне катка.
Мила недовольно посмотрела на красную стену перед собой, на красную коробку с крылышками, красный поднос, застеленный невразумительной рекламкой, на глаза свалилась ярко-рыжая прядь. У неё с Витей было много общего: стоило бы начать с обжигающей страсти к фигурному катанию, а закончить тем, что общественность твердо уверена в том, что они оба красят волосы.
Страница 1 из 11
