Режущий лед

-

— Я думаю, что он более опытен, чем ты и давно способен скрывать его… -

— Почему ты со мной так? Ты же моя сущность. Ты не должен так со мной разговаривать. -

— Я всегда… говорю правду, которую ты не замечаешь… -

— Черт с тобой, а я продолжу мучить Анну и вскоре выпущу. -

— Но… -

— Хватит! У меня дела поважней!— я заморозил трещины и направился к Анне.

Анна:

Только не это, но я знала, что он заставит меня и это пережить. Я лежу на снегу, в параллельном лесу. Одетая в то самое, черное платье, бок проткнут насквозь, вокруг лужа крови, серебряных браслетов на руках нету… Как холодно, больно и одиноко… Никого нет… По плану должны были прибежать Оффендер, Слендер и Джефф. Вожака оборотней тоже не было, я сразу очнулась с раной… Держу ее, как могу, но кровь все льется и льется… Боль не утихает, холод проникает по всему телу… На лицо плавно падали снежинки, солнце параллельного мира не слепило глаза и не согревало… Я держусь, но в любом случае я должна погибнуть. Слезы текут по щекам, дыхание ускорялось и тяжелело.

— И как тебе это, а? Боль, одиночество и холод. — это был голос Филиппа. Я слышала, как хрустит снег под его ногами и он приближался ко мне. Подойдя к моей голове, он остановился.

— Ты… сволочь… — неслышно сказала я.

— Еще какая, но я не поиздеваться пришел. — он аккуратно поднял меня и взял на руки. Моя голова была опрокинута назад, а окровавленные руки просто болтались. Филипп куда-то понес меня, стараясь не задевать рану.

— Зачем?— с каким-то отчаяньем в голосе спросила я. Тут он резко убрал руки и я больно грохнулась на землю. Рана опять сильно кровоточит, а еще я головой ударилась… Изо рта потекли струйки еще теплой крови. Филипп схватился за голову и отошел от меня.

— А и в правду, зачем? Я тебя пожалел! Как я посмел!? Что мной управляло в тот момент!?— кричал он на весь лес. Он зарычал, как дикий зверь, подошел к моей тушке и наступил на рану. Я завизжала от ужасной боли и схватила его ногу.

— Вот так надо! Кричи! Кричи! Мучайся, испытывай дикую боль!— яростно орал он и оскалил клыки. Я пыталась убрать его ногу с раны, но мое тело было, как желе и ничего не получалось… Филипп еще сильнее надавил на рану.

— Проси пощады! Моли меня! Быстро! Или страдай!— требовал у меня Филипп.

— Пошел ты!— все, что смогла выговорить я и продолжала кричать. Какая же он сука, не могу больше терпеть, но я не буду молить о пощаде, никогда! Он убрал ногу, хватает меня за волосы и ударяет о дерево. Лоб опять разбился, все тело было в крови и наполнено болью. Еще один удар об другое дерево, болезненные стоны и шипение вырываются из меня. Филипп отпустил волосы и я снова валяюсь в снегу. Как я еще от потери крови не погибла?

— Просто я так решил. Ты вся в моей власти! Тебе некуда бежать! Я буду делать с тобой все, что захочу!— он берет меня за ногу и поднимает. Я болтаюсь вниз головой и с меня капает кровь. Я вытерплю! Должна! Он ничего от меня не получит!

— Кто же ты такая, м? Ты не похожа на обычных людей. Отвечай мне!— он немного потряс меня. Сил на слова не осталось, вся оставшаяся кровь прилила к голове и она начала раскалываться, а в глазах мутнело… Какой был вопрос… Кто я? Сама уже запуталась в этом…

— Почему… тебя это… так волнует… — ели выговариваю. Филипп разжал пальцы и опять лицом в снег… Дрожу от мороза, весь снег красный, боль в голове понемногу проходит… хочется потерять сознание или заснуть… лишь бы не чувствовать боли… Он сел на корточки и осматривал меня. Приподнимаюсь на локтях и так же гляжу в его красные глаза. Взгляд такой, словно ему жалко меня… Что-то маленькое и оранжевое мелькнуло за его спиной. Я получше присмотрелась и разглядела бабочку-монарха. Она плавно парила и отлично выделялась на белоснежном фоне. Большие и оранжевые крышки с черными узорами завораживали. Она спокойно живет среди этого мороза. Бабочка подлетела к Филиппу и села на его плечо. Он перевел на нее свой взгляд. Филипп сильно удивился ее присутствию в этом мире.

— Откуда ты… — бабочка тут же перелетела на нос Филиппа и он вздрогнул. Я улыбнулась и тихо хихикнула. Он свел радужки глаз и все с тем же удивлением смотрел на нее. Тихонько начинаю смеяться, боль отступает и силы возвращаются… Филипп не замечал меня, он осторожно поднес бледные пальцы к носу и бабочка пересела на них. Он поднялся, рассматривая ее, будто первый раз видит бабочку…

— А ты немножко милый. — говорю ему и встаю на ноги. Все раны исчезли с тела и стало намного легче.

— Молчи. — приказал он мне, не сводя взгляда с бабочки. Филипп протянул руку вперед, дернул пальцами и бабочка слетела с них и начала парить вокруг меня. Я улыбаюсь, как маленький ребенок. Бабочка-монарх села мне на голову, Филипп наблюдал за этим.

— Ты… это что-то твое… Что же это? Откуда это в тебе? Кто ты?-

— Ну, я человек, как бы.