Предатель

А истина была в том, что от былой слепой преданности Повелителю осталось только понимание собственной глупости. Теперь в Организации его удерживало лишь то, что идти больше было некуда — мечты об исследованиях так и остались мечтами, а Мастерство в зельеварении не приносило ничего, кроме головной боли. Северус исполнял только заказы Повелителя, и от количества сваренных ядов и тёмномагических зелий становилось не по себе. Но зато он не участвовал в «рейдах устрашения». Что там происходило, он предпочитал не знать, но понимание того, что именно это привело Люциуса Малфоя в его постель, заставляло содрогаться. Фантазия у него всегда работала хорошо…

Северус остановился у окна и старательно очистил сознание. Это простое упражнение вошло в привычку и не вызывало никаких трудностей. Следующий шаг — подобрать достаточное количество нейтральных воспоминаний, чтобы Повелитель потерял интерес прежде, чем что-то заподозрит… и побольше почтительности… Северус изо всех сил отгонял дурацкие мысли о другом интересе Повелителя, совершенно не представляя, как вести себя в таком случае. Благодаря Люциусу эта сфера жизни уже не была недостижимо загадочной, но она подразумевала такую степень близости, к которой Северус был не готов. Только не с Лордом…

Он несколько раз выдохнул и избавился, наконец, от крамольных мыслей. За окном ярко и ещё по-летнему светило солнце, а небо было таким вызывающе синим, что у Северуса заболели глаза. Как же давно он просто не смотрел в окно… не любовался природой… Мысли неторопливо сменяли друг друга, как облака — такие же кристально чистые и лёгкие. Что ж… теперь можно и к Повелителю.

— Ты пришёл, Северус? — красный отблеск в глазах Повелителя больше не пугал, став обыденным: — Тебе есть, о чём меня попросить?

— Да, мой Лорд. Есть.

Северус почувствовал осторожное проникновение в разум и постарался расслабиться, изображая счастливое неведение. Перед глазами замелькали образы Лили, когда она была совсем девчонкой, и Северус мучительно не желал делить её внимание ни с кем другим.

— Говори! — во взгляде Лорда появился живой интерес.

— Я прошу вас пощадить одну женщину. Всего одну.

— Ты её хочешь?

Северус вдруг испугался, что Лорд решит отдать ему Лили как трофей, публично унизив.

— Нет, но…

— Нет? — Лорд удивлённо приподнял бровь. — А в чём тогда смысл?

— Я ей должен.

— Так не проще ли избавить тебя от унизительного долга? Мне нужны свободные соратники.

Северус молчал, не находя слов, а Лорд снова принялся просматривать воспоминания о рыжеволосой девочке, которая умела заразительно смеяться. Когда-то… очень давно.

— Ты больше не используешь окклюменцию?

— Я понял бессмысленность этой науки. Легиллименция неподвластна никому, кроме вас, мой Лорд, а у меня не может быть тайн от моего Повелителя.

— Что ж… разумно… а ты отказался от плотских удовольствий, мой мальчик? В чём дело? Ты здоров? Помнится, у тебя были интересные фантазии…

— У меня нет времени на их воплощение, мой Лорд. Служба вам…

— Знаю я эту службу. Завтра же ты сваришь котёл возбуждающего зелья.

Северус живо представил себе, как Повелитель сможет использовать это зелье…

— Продолжай! Мне нравятся твои фантазии — приятно наблюдать, как оживает твоё либидо. Никогда не думал, что можно нарядить Макнейра в килт… продолжай…

И Северус продолжил представлять, во что превращается собрание их Организации, если всех участников опоить возбуждающим зельем. В горле пересохло, и он облизал горячие губы, силясь не закрыть глаза, в которых словно насыпали песок. Повелитель не собирался его щадить.

— Никогда не представлял, как сосёт Эйвери… — Лорд принялся задумчиво поглаживать губы Северуса, вынуждая приоткрыть рот и облизать палец: — А почему я не вижу тебя, мой мальчик? С кем бы ты хотел покувыркаться?

Северус обхватил палец Лорда губами, надеясь отвлечь и увести от опасной темы, но тот словно не замечал, продолжая рассуждать:

— Может, выберешь Бель? Мне она не откажет, а ты забудешь о своей рыжей подружке… или хочешь попробовать чего-то нового? Что ты скажешь о Люциусе? Я видел у него пару фантазий о тебе. Не хочешь помочь нашему спесивому другу?

Пришлось срочно представить Мальсибера, трахающего Розье. Кажется, получилось натурально, потому что Лорд одобрительно потрепал Северуса по щеке и расстегнул ему пуговицу на мантии.

— Дальше сам. У меня не такое богатое воображение. Жаль, что ты не хочешь Люциуса… я бы посмотрел.

Северус послушно начал расстёгивать мантию, содрогаясь от такого желания Повелителя и понимая, что он вполне может вызвать Люциуса… и приказать… и что тогда? Хорошо, что с этим ужасом удалось справиться мгновенно, начиная представлять Беллатрикс с братьями Лейстранджами.

— А ты затейник…