Предатель

— Лорд с видимым одобрением наблюдал за тем, как Северус снимает рубашку. — Я помогу тебе…

Пальцы Лорда были холодными, и их прикосновения вызывали дрожь, которую никак не удавалось контролировать. Но казалось, Повелителю это нравится:

— У тебя такое отзывчивое тело… — Северус содрогнулся, когда Лорд ущипнул его сосок. — Ты уже придумал, как отблагодаришь меня, если я пощажу твою подружку?

— Как вам будет угодно, мой Лорд…

Повелитель мрачно улыбнулся:

— Не сомневайся, Северус. Будет. Как зовут твою подружку?

— Лили, мой Лорд… — Северус задержал дыханье. — Лили Поттер.

Лорд отдёрнул руку, которую уже устроил на ремне брюк Северуса.

— Значит, так? И ты её должник, мой мальчик?

— Да.

Настроение Лорда испортилось, и теперь он смотрел на Северуса с брезгливым недоумением:

— Ты решил просить за моего врага?

— Она не враг вам, мой Лорд… — Северус медленно опустился на колени и повторил: — Она вам не враг. Прошу за неё, Повелитель.

— И ты согласен заплатить?

— Да, мой Лорд. Любую цену…

— Любую? — Повелитель оглядел коленопреклонённого приспешника с интересом исследователя, и перед глазами Северуса замелькали картинки недавно выдуманной оргии, но с ним самим в главной роли. — Любую, говоришь… я подумаю над твоим щедрым предложением.

Лорд стремительно вышел, а Северус так и остался на коленях в центре комнаты. На душе скребли кошки. Лили он ещё не помог, а вот себя, кажется, потерял…

Следующие два дня Северус размышлял, можно ли рассчитывать на то, что Лорд пощадит Лили. Выводы получались самые неутешительные — Повелитель никогда не отличался сентиментальностью и выполнял только те просьбы, которые не противоречили его желаниям… м-да… Северус сильно сомневался, что желание Лорда унизить его, заставив развлекать коллег по Организации, сопоставимо с желанием избавиться от угрозы Пророчества, а стало быть, надо искать ещё какой-то выход. Сейчас, когда Северус остро ощущал, что от его действий зависит жизнь человека, оказалось, что он рано посчитал себя бесчувственным мудаком. Желание спасти подругу детства иглой засело в сердце, болью напоминая о себе в самые неожиданные моменты. Ему хотелось, чтобы она простила его за всё, так же как и он простил ей презрение, нелюбовь и выбор в спутники жизни самого неприятного Северусу человека. После чего он рассчитывал, что она подумает и простит ему то оскорбление, которое вырвалось в минуту слабости и унижения…

Северусу было очень важно, чтобы Лили поняла, чего он стоит, и что он никогда не предаст её… никогда… даже оказавшись по разные стороны баррикад. Мысли о её судьбе причиняли боль, а то, что он повинен в угрозе жизни Лили, делало эту боль невыносимой. Северус проклинал свой длинный язык, острый слух и скептическое отношение к прорицаниям. Что ему стоило промолчать? Естественно, он злился на Люциуса, из-за несдержанности которого и пришлось ляпнуть Лорду первое, что пришло в голову… кто ж знал? А Люциус тогда потерял последний стыд и пытался увлечь Северуса в библиотеку, облюбованную Лордом. Пришлось изображать, что именно Лорда-то и искал Северус для чрезвычайно важного сообщения…

— Север, я не понимаю тебя… ты действительно хочешь поиграть с огнём?

Когда Люциус был действительно озадачен, он начинал тянуть слова, будто выгадывая время для раздумий. Сейчас он внимательно разглядывал Северуса через отражение в зеркале, старательно изображая, что завязывает галстук.

— Можно подумать, что ты ревнуешь.

— Не буду лгать — мне это неприятно.

Люциус впервые показал какое-то иное чувство, кроме плотского желания, и Северус замер, не зная, как на это реагировать. До этого всё было просто: они оказывали друг другу определённые услуги, ничего не требуя и ничего не ожидая, к взаимному удовольствию. А теперь что?

— Ты женат, — осторожно напомнил Северус.

— И как это мешает испытывать какие-то чувства?

Северус заметил, как побелели пальцы Люциуса, стискивающие тонкий шёлк галстука, и тяжело сглотнул.

— Ты никогда не говорил о чувствах.

— Это не означает, что их нет.

И как на такое реагировать? Ведь вполне вероятно, что они имеют в виду разные чувства — Люциус вполне может испытывать злость и нежелание делиться своим… да, точно, так оно и есть, и не стоит придумывать лишнего! И вообще всё можно свести к шутке!

— Твоё чувство прекрасного явно пострадало.

— Отчего? — Люциус изумлённо приподнял бровь, очевидно подражая Лорду.

— Вопреки твоим словам, я иногда гляжусь в зеркало и способен дать трезвую оценку увиденному.

— Неужели?

В голосе Люциуса появилась легкая хрипотца, на которую Северус всегда реагировал полной капитуляцией, позволяя себя раздевать… и не только…