Фандом: Гарри Поттер. Что будет, если Фред с Джорджем получат два портала на остров в Красном море (лучше не спрашивать, каким образом), бутылку рома с амортенцией и фотоаппарат Колина Криви? А что будет, если им под руку попадётся директриса, завхоз, зельевар и прорицательница? Получится незабываемая и невероятная проделка, которую ещё много лет будут вспоминать ученики Хогвартса!
Добавить в моё избранное
10 мин, 51 сек 17173
Амбридж стала медленно раздуваться от гнева. Филч поспешно сказал, чтобы предотвратить неминуемую драку:
— Дамы, хватит! — скомандовал завхоз, — я тут нашёл бутылочку рома под пальмой, кто желает выпить? — спросил Филч.
«Буду молиться, чтобы там оказался яд» — подумал Снейп.
Выпить решилась Трелони. В тот момент, когда Филч протянул ей бутылку, предварительно отхлебнув из неё, Фред, который стоял в мантии-невидимки чуть поодаль, прошептал заклинание собственного изобретения: «Локомотор амортенция: Трелони — Филч!»
Прорицательница выпила залпом всю литровую бутылку.
— Джорджи, теперь твоя очередь! — шепнул Фред на ухо брату, расплывшись в улыбке. Шокированные Амбридж и Снейп наблюдали, как Трелони бросилась в объятия Филчу.
«Скорее всего, в роме была амортенция… хорошо, что я не выпил!» — с содроганием подумал Снейп, представив, что бы было, если бы он бросился в объятия завхоза!
— Получается, это вы нас сюда затащили, Аргус, чтобы дать любовный напиток сумасшедшей? — громко осведомилась Амбридж. Но Филч явно не слышал её: он уже пел странную серенаду Трелони. Все эти ужасные хрипящие звуки заглушали щелчки фотоаппарата: Фред с усердием делал снимки.
Джордж тем временем наложил заклятие жажды на Амбридж и Снейпа. Те схватились за горло и прошептали «воды!». Снейп хотел сделать заклинание агуаменти, но поблизости не было ни одного сосуда. Вдруг он заметил неподалёку на песке бутылку с водой. Не задумываясь о возможных ужасных последствиях, Снейп принялся пить. Амбридж, увидев заветную влагу, выхватила бутыль у зельевара и выпила остаток.
«Шалость удалась!» — весело подумал Джордж, прошептав активирующее амортенцию заклинание.
На следующий день четверо учителей ровно ничего не помнили о событиях, которые происходили в тот злополучный день. Порой всплывали какие-то детали, вроде алой помады у Филча и Снейпа на шее, но истолковать их происхождение жертвы Фреда и Джорджа не смогли.
Стоит сказать несколько слов о том, что было после того, как Амбридж выпила амортенцию: после дюжины фотографий и десяти поцелуев Фред и Джордж сжалились над бедными учителями и с помощью двухстороннего портала перенесли их в замок. Там все четверо разошлись, ничего не помня о событиях. Но той же ночью близнецы сделали пятьсот копий (это был адский труд!) тех снимков и разослали их всем в Хогвартсе, а также Рите Скитер и Дамблдору, который скрывался непонятно где (сова сама найдёт). После этого братья поняли, что долго им здесь не жить, и улетели на своих мётлах подальше от профессоров.
Рой сов ворвался в кабинет ЗОТИ, когда Амбридж вела урок у пятого курса. Ученики, удивившись, стали торопливо смотреть посылки, несмотря на гнев директрисы («мерзкие дети, вы срываете урок!»). Однако сама Амбридж потеряла сознание, узнав себя на фотографии, где она страстно целует Снейпа.
В это время в кабинет зельеварения, где ученики седьмого курса варили Напиток живого сновидения, влетели тридцать школьных сов. Даже Снейп не смог утихомирить подростков, которые принялись распаковывать посылки. А сам профессор упал в собственный котёл (слава Мерлину, он не стоял на огне!) когда увидел себя целующего Жабу Амбридж. Кстати, так как он наглотался своего зелья, то прохрапел ещё целую неделю.
В этот самый момент Джинни, Луна и ещё половина четвёртого курса скучали на уроке прорицаний. Трелони что-то нужно бормотала про хрустальные шары. Внезапно в классную, которая больше походила на чайную, влетела дюжина сов. Трелони испугалась и поскорее посмотрела в посылку. Увидев себя в объятиях глубоко неприятного ей завхоза, бедная прорицательница стала швыряться своими же шарами и колотить их себе об голову.
Через пару минут Филч стал всерьёз беспокоится за состояние стен, потолка и пола, которые внезапно начали трястись. До ушей завхоза также доходил смех, но он посчитал это за галлюцинации: уроки, в конце концов сейчас идут. Вдруг школьная сипуха уронила ему на голову посылку. Кряхтя и ругаясь, Филч заглянул в содержимое. Увидев снимки близнецов, он упал со стула, сломал обе ноги и спину. Ещё месяц он лежал в Святом Мунго, глубоко шокированный.
Осталось лишь сказать несколько фраз о последствиях. Амбридж после полгода приходила в себя после пережитого, отказываясь возвращаться в школу. В Хогвартс приехал Дамблдор, весёлый и загоревший после отдыха на Мальдивах. Северус отказался работать зельеваром, потому что до смерти стал бояться жаб, которые были одним из самых важных ингредиентом всех зелий. Тем более, над ним стали потешаться все ученики, и не помогал даже самый проверенный метод: «Сто пятьдесят баллов с Гриффиндора!». Над Филчем также стали потешаться все ученики и даже призраки (Пивз так вовсе сочинил песню-дразнилку), а после того, как Ирма Пинс разорвала с ним отношения («Катись к своей сумасшедшей!») завхоз ушёл жить в мир маглов.
— Дамы, хватит! — скомандовал завхоз, — я тут нашёл бутылочку рома под пальмой, кто желает выпить? — спросил Филч.
«Буду молиться, чтобы там оказался яд» — подумал Снейп.
Выпить решилась Трелони. В тот момент, когда Филч протянул ей бутылку, предварительно отхлебнув из неё, Фред, который стоял в мантии-невидимки чуть поодаль, прошептал заклинание собственного изобретения: «Локомотор амортенция: Трелони — Филч!»
Прорицательница выпила залпом всю литровую бутылку.
— Джорджи, теперь твоя очередь! — шепнул Фред на ухо брату, расплывшись в улыбке. Шокированные Амбридж и Снейп наблюдали, как Трелони бросилась в объятия Филчу.
«Скорее всего, в роме была амортенция… хорошо, что я не выпил!» — с содроганием подумал Снейп, представив, что бы было, если бы он бросился в объятия завхоза!
— Получается, это вы нас сюда затащили, Аргус, чтобы дать любовный напиток сумасшедшей? — громко осведомилась Амбридж. Но Филч явно не слышал её: он уже пел странную серенаду Трелони. Все эти ужасные хрипящие звуки заглушали щелчки фотоаппарата: Фред с усердием делал снимки.
Джордж тем временем наложил заклятие жажды на Амбридж и Снейпа. Те схватились за горло и прошептали «воды!». Снейп хотел сделать заклинание агуаменти, но поблизости не было ни одного сосуда. Вдруг он заметил неподалёку на песке бутылку с водой. Не задумываясь о возможных ужасных последствиях, Снейп принялся пить. Амбридж, увидев заветную влагу, выхватила бутыль у зельевара и выпила остаток.
«Шалость удалась!» — весело подумал Джордж, прошептав активирующее амортенцию заклинание.
На следующий день четверо учителей ровно ничего не помнили о событиях, которые происходили в тот злополучный день. Порой всплывали какие-то детали, вроде алой помады у Филча и Снейпа на шее, но истолковать их происхождение жертвы Фреда и Джорджа не смогли.
Стоит сказать несколько слов о том, что было после того, как Амбридж выпила амортенцию: после дюжины фотографий и десяти поцелуев Фред и Джордж сжалились над бедными учителями и с помощью двухстороннего портала перенесли их в замок. Там все четверо разошлись, ничего не помня о событиях. Но той же ночью близнецы сделали пятьсот копий (это был адский труд!) тех снимков и разослали их всем в Хогвартсе, а также Рите Скитер и Дамблдору, который скрывался непонятно где (сова сама найдёт). После этого братья поняли, что долго им здесь не жить, и улетели на своих мётлах подальше от профессоров.
Рой сов ворвался в кабинет ЗОТИ, когда Амбридж вела урок у пятого курса. Ученики, удивившись, стали торопливо смотреть посылки, несмотря на гнев директрисы («мерзкие дети, вы срываете урок!»). Однако сама Амбридж потеряла сознание, узнав себя на фотографии, где она страстно целует Снейпа.
В это время в кабинет зельеварения, где ученики седьмого курса варили Напиток живого сновидения, влетели тридцать школьных сов. Даже Снейп не смог утихомирить подростков, которые принялись распаковывать посылки. А сам профессор упал в собственный котёл (слава Мерлину, он не стоял на огне!) когда увидел себя целующего Жабу Амбридж. Кстати, так как он наглотался своего зелья, то прохрапел ещё целую неделю.
В этот самый момент Джинни, Луна и ещё половина четвёртого курса скучали на уроке прорицаний. Трелони что-то нужно бормотала про хрустальные шары. Внезапно в классную, которая больше походила на чайную, влетела дюжина сов. Трелони испугалась и поскорее посмотрела в посылку. Увидев себя в объятиях глубоко неприятного ей завхоза, бедная прорицательница стала швыряться своими же шарами и колотить их себе об голову.
Через пару минут Филч стал всерьёз беспокоится за состояние стен, потолка и пола, которые внезапно начали трястись. До ушей завхоза также доходил смех, но он посчитал это за галлюцинации: уроки, в конце концов сейчас идут. Вдруг школьная сипуха уронила ему на голову посылку. Кряхтя и ругаясь, Филч заглянул в содержимое. Увидев снимки близнецов, он упал со стула, сломал обе ноги и спину. Ещё месяц он лежал в Святом Мунго, глубоко шокированный.
Осталось лишь сказать несколько фраз о последствиях. Амбридж после полгода приходила в себя после пережитого, отказываясь возвращаться в школу. В Хогвартс приехал Дамблдор, весёлый и загоревший после отдыха на Мальдивах. Северус отказался работать зельеваром, потому что до смерти стал бояться жаб, которые были одним из самых важных ингредиентом всех зелий. Тем более, над ним стали потешаться все ученики, и не помогал даже самый проверенный метод: «Сто пятьдесят баллов с Гриффиндора!». Над Филчем также стали потешаться все ученики и даже призраки (Пивз так вовсе сочинил песню-дразнилку), а после того, как Ирма Пинс разорвала с ним отношения («Катись к своей сумасшедшей!») завхоз ушёл жить в мир маглов.
Страница 3 из 4
