Только свет…

— Ты меняешь, Клаус, — произнес эльф. Он дотронулся ладонью до щеки юноши. Ладонь была прохладной. — Знаешь, я никогда не забуду тебя. Сколько бы жизней мне не пришлось прожить. И твой подарок тоже.

Юноша посмотрел на Микаэла, эти эльфы всегда несут полную чушь, но каким-то образом попадают в самое сердце. Клаус примирительно кивнул, а потом вернулся под дерево. Микаэл сел рядом и положив голову юноше на плечо. Так они сидели в тишине какое-то время.

Топи

Топи

С утра Клауса била мелкая дрожь, ему все не удавалось согреться после ночного сна, Микаэл шел рядом, потирая глаза. Они уже несколько дней никого не встречали, словно были совсем одни в этом мире. Порой они подбирали с земли поломанные ветром ветки и, представляя, что это мечи, сражались друг с другом. Им нравилось думать, что они два отважных рыцаря, или король и его верный слуга, сражающиеся против огромной армии. Но в конце они всегда одерживали победу, и многотысячные войска врагов бежали прочь. Облака были их воздушными замками, прекрасными кораблями.

Когда на душе становилось тоскливо, Клаус доставал свою шкатулку, заставляя ее проигрывать чудную мелодию, что он впервые услышал в том особняке, где их чуть не поймали мародеры. Постепенно юноша настолько привык к Микаэлу, что стал делиться с ним своими мечтами, рассказывая, какой прекрасный будет дом у него, и как хорошо он заживет, как только кончится война. Микаэл же почти ничего не говорил ни о своем прошлом, ни будущем. Но слушать он умел, и этим тоже располагал к себе.

Один раз эльф вновь поцеловал Клауса.

Юноша увидел, как Микаэл ест яблоко, откуда оно взялось у него, Клаус понятия не имел.

— Как ты это делаешь? — спросил он.

— Это подарок, — пожал плечами Микаэл, — лично для меня. У каждого эльфа есть что-то подобное, какой-то маленький дар этого мира. Хочешь попробовать?

И прежде, чем Клаус смог хоть что-то сказать, Микаэл откусил кусок яблока и приник своими губами к губам Клауса, проталкивая ему в рот сочную мякоть. Юноша покраснел до корней волос, он смущенно отвернулся, старательно прожевывая угощение.

— Вкусно, — сказал он, наконец. Микаэл похлопал его по плечу.

— Это яблоко, оно, словно часть меня, — сказал эльф.

Клаус удивленно посмотрел на него. Но Микаэл продолжал улыбаться, будто бы все и так было ясно.

— Хочешь сказать, что я только что съел часть тебя?

Эльф отмахнулся рукой, ничего не сказав, и вновь зашагал вперед, но Клаус слышал, как он тихо смеется.

После полудня они добрались до болотных топей. Впереди одни заросли травы, да камыши. К тому же все это покрыто легкой белой дымкой, почти как снег, только прикоснешься рукой, а он разлетается прочь клочьями неприятного мокрого дыма.

— Гиблое место, — сказал Клаус. Микаэл смотрел на топи, но не подходил близко. Наверное, он тоже слышал истории, как целые обозы пропадали здесь. Раньше перевести на ту сторону брались проводники, но сейчас, где их найдешь.

— Нужно идти в обход. — Клаус знал, что эта идея не лучше, но ему было страшно заходить в этот странный туман, хотя и признаваться себе в этом он не очень-то хотел.

— Мы не дойдем в обход, Клаус, — сказал Микаэл. Он стоял, обняв себя за плечи и покачиваясь на ногах взад и вперед. Эльф похудел за время их путешествия, теперь его глаза стали такими большими, что казалось это не лицо, а одни кошачьи глаза. — Я думаю, я мог бы попытаться вывести нас. Знаешь, ведь эльфы обладают особым чувством.

— Что? А ты когда-нибудь этим занимался?

— Нет, Клаус, но все когда-нибудь бывает впервые.

Эльф улыбнулся. Он плотней закутался в свою куртку, подтянул ботинки и туго зашнуровал их.

— Лучше нам связать себя друг с другом, главное — не потеряться.

Клаус кивнул, но скорей механически, нежели испытывая определенные чувства. На уме у него было одно — скорей сбежать отсюда, но юноша все-таки достал из своего мешка веревку и крепко накрепко обвязал ее вокруг своего пояса. Тоже самое сделал и Микаэл. Со стороны топей раздался не то стон, не то вой, такой жуткий, что Клаус непроизвольно отступил на шаг назад. Микаэл обнял юношу за плечи, уткнувшись лицом ему в спину. Он что-то шептал по-эльфийски, а потом толкнул Клауса вперед.

— Давай, Клаус, нужно идти.

Они пробирались очень медленно, Микаэл то стоял, принюхиваясь, словно зверь, или просто вглядывался в туман, то вдруг начинал идти и вновь замирал. Порой с разных сторон от них слышались шорохи, голоса, скользили какие-то тени. Однажды, Клаус был уверен, кто-то тронул его за ногу, и когда он посмотрел вниз, то в траве исчезали жуткие корявые пальцы. А может, это было лишь игрой его воображения? Клаус не был уверен.

Эльф же молчал, только иногда он сжимал руку юноши так сильно, что тому становилось больно. А потом Клаус упал.