Фандом: Гарри Поттер. Счастье в мелочах. Правда заключалась в том, что Ремус сам от себя не ожидал подобного, но желание поддразнить её — давно забытое и похороненное в далёких школьных временах — охватило его столь внезапно, что Люпин не смог даже вовремя среагировать.
Добавить в моё избранное
6 мин, 2 сек 14796
— Старый плут, хватит меня жалеть, я не потому встаю в пять утра, что мне очень этого хочется! Чёртов джентльмен, из-за тебя я опять не успела дописать эти треклятые бумажки!
— Твои, как ты изволила выразиться, «бумажки» уже лежат у Кингсли. Дора, я, конечно, нынче безработный, но кое-какие навыки письма сохранил со школьной скамьи, так что, надеюсь, ты не будешь против моей небольшой помощи.
— Это была моя очередь! — взвилась Тонкс, обиженно накидываясь на него. Ремус, покорно кивнув, смиренно принял на себя удар, старательно пытаясь не засмеяться. Наконец Нимфадора, подтянувшись на цыпочках, чмокнула его в щёку. — Я наполовину Блэк, и месть моя будет страшна, имей в виду. Впрочем, я готова рассмотреть варианты, если ты совершенно случайно вдруг позаботился о завтраке.
— -
Нимфадора не была бы собой, если бы безропотно приняла его заботу о себе. Но она нашла куда более изящное — и куда более мучительное для Люпина — решение.
Если первые два раза он готов был списать на случайные совпадения, то появление Тонкс на Гриммо после третьего полнолуния Ремус счёл уже закономерным. Но возмутиться не успел: она первая нашла его, пытающегося задремать перед камином в гостиной, и притащила ему толстый плед, а в руку сунула кружку восхитительно ароматного шоколада.
— Ну как, я не слишком профессионально осрамилась в своих познаниях из области первой медицинской помощи? — Тонкс с ногами забралась на кресло напротив и демонстративно любовалась творением рук своих. — Твоё здоровье! — она отсалютовала ему собственной чашкой.
И чёрт возьми, это было во сто крат лучше, чем жалостливые охи Молли Уизли, преследовавшие его после каждой трансформации.
— С твоими талантами тебе надо было идти в Мунго, — признал Ремус, с блаженным выражением лица отпивая из кружки. Шоколад был обжигающе идеален.
— -
Тонкс подстраивалась под него так же легко, как била многострадальный фамильный фарфор Блэков, а Люпин следовал её мыслям с той же естественностью, как сращивал осколки «Репаро».
Осознание этого сложилось в единую картинку окончательно в тот момент, когда они, не сговариваясь, одновременно вскинули палочки, заступая друг другу за спину.
Здесь, на поле боя, она была аврором, и он доверял ей битву, защищая её, — и Дора была вдвойне благодарна ему, догадываясь, чего Ремусу стоило это молчаливое согласие. Она же, в свою очередь, доверяла ему спину — и он ценил этот факт не меньше, слишком давно отвыкнув от доверия.
Они уже возвращались от Грюма на Гриммо, когда Тонкс, оступившись, кубарем скатилась с лестницы и утянула с собой Люпина.
— Ох! — жалобно протянула Нимфадора, тщетно пытаясь выбраться из-под кряхтящего Ремуса. — Кажется, я всё-таки потянула себе лодыжку. Выйти из боя без царапины — и покалечиться почти на пороге дома!
— Поверь, куда хуже было бы наоборот, — заметил тот, аккуратно ставя её на ноги и поддерживая за пояс.
— Как это по-рыцарски с вашей стороны, мистер Люпин, — усмехнулась Дора, нахально повиснув на предложенной руке и положив голову ему на плечо. — Вы не проводите меня до моих апартаментов?
— Разве могу я упустить такую возможность? — отозвался он, покрепче перехватывая руку. Идеальный момент, — подумалось Ремусу невпопад, — его война, его — чего уж! — женщина, которую надо защитить. Идиллия! А Доре, впрочем, совсем не обязательно об этом знать.
— Твои, как ты изволила выразиться, «бумажки» уже лежат у Кингсли. Дора, я, конечно, нынче безработный, но кое-какие навыки письма сохранил со школьной скамьи, так что, надеюсь, ты не будешь против моей небольшой помощи.
— Это была моя очередь! — взвилась Тонкс, обиженно накидываясь на него. Ремус, покорно кивнув, смиренно принял на себя удар, старательно пытаясь не засмеяться. Наконец Нимфадора, подтянувшись на цыпочках, чмокнула его в щёку. — Я наполовину Блэк, и месть моя будет страшна, имей в виду. Впрочем, я готова рассмотреть варианты, если ты совершенно случайно вдруг позаботился о завтраке.
— -
Нимфадора не была бы собой, если бы безропотно приняла его заботу о себе. Но она нашла куда более изящное — и куда более мучительное для Люпина — решение.
Если первые два раза он готов был списать на случайные совпадения, то появление Тонкс на Гриммо после третьего полнолуния Ремус счёл уже закономерным. Но возмутиться не успел: она первая нашла его, пытающегося задремать перед камином в гостиной, и притащила ему толстый плед, а в руку сунула кружку восхитительно ароматного шоколада.
— Ну как, я не слишком профессионально осрамилась в своих познаниях из области первой медицинской помощи? — Тонкс с ногами забралась на кресло напротив и демонстративно любовалась творением рук своих. — Твоё здоровье! — она отсалютовала ему собственной чашкой.
И чёрт возьми, это было во сто крат лучше, чем жалостливые охи Молли Уизли, преследовавшие его после каждой трансформации.
— С твоими талантами тебе надо было идти в Мунго, — признал Ремус, с блаженным выражением лица отпивая из кружки. Шоколад был обжигающе идеален.
— -
Тонкс подстраивалась под него так же легко, как била многострадальный фамильный фарфор Блэков, а Люпин следовал её мыслям с той же естественностью, как сращивал осколки «Репаро».
Осознание этого сложилось в единую картинку окончательно в тот момент, когда они, не сговариваясь, одновременно вскинули палочки, заступая друг другу за спину.
Здесь, на поле боя, она была аврором, и он доверял ей битву, защищая её, — и Дора была вдвойне благодарна ему, догадываясь, чего Ремусу стоило это молчаливое согласие. Она же, в свою очередь, доверяла ему спину — и он ценил этот факт не меньше, слишком давно отвыкнув от доверия.
Они уже возвращались от Грюма на Гриммо, когда Тонкс, оступившись, кубарем скатилась с лестницы и утянула с собой Люпина.
— Ох! — жалобно протянула Нимфадора, тщетно пытаясь выбраться из-под кряхтящего Ремуса. — Кажется, я всё-таки потянула себе лодыжку. Выйти из боя без царапины — и покалечиться почти на пороге дома!
— Поверь, куда хуже было бы наоборот, — заметил тот, аккуратно ставя её на ноги и поддерживая за пояс.
— Как это по-рыцарски с вашей стороны, мистер Люпин, — усмехнулась Дора, нахально повиснув на предложенной руке и положив голову ему на плечо. — Вы не проводите меня до моих апартаментов?
— Разве могу я упустить такую возможность? — отозвался он, покрепче перехватывая руку. Идеальный момент, — подумалось Ремусу невпопад, — его война, его — чего уж! — женщина, которую надо защитить. Идиллия! А Доре, впрочем, совсем не обязательно об этом знать.
Страница 2 из 2
