Как барсук пал

Когда Захария и его мать отошли, Драко с присущей ему изобретательностью решил это опробовать. Одно блюдо для запекания он наполнил моющим средством, соусом для спагетти и сыром, чтобы соорудить французский шампунь, а другое — салатом, чипсами, кремом для чистки обуви и мармеладом, так как ему захотелось торта.

Они вошли как раз в тот момент, когда дверца духовки распахнулась и извергла толстые, странно пахнущие пузыри. Драко Малфоя вынесло волной к их ногам.

Он посмотрел наверх сквозь мокрую, серебристую, унизанную пузырями челку и ужасно нахмурился.

— Вы знаете, что пожимаете плечами синхронно? — спросил он.

Захария и Айви пожали плечами.

— Я сделаю чай, — сказала Айви, не сводя глаз с Драко.

Когда Эрни впервые увидел чайник, то крикнул: «Ко мне, товарищи! Оле-оле-оле!» и с силой его ударил. Драко лишь зловеще на него посмотрел.

Похоже, он разочаровался в технике до той ночи, когда Захария показал ему телевизор. Драко был заворожен и невольно начал слегка подражать персонажам.

Втроем они смотрели фильм, в котором женщина трагически умирала от рака, а рядом плакали ее дети и прошлые любовники.

— Ха, — сказал Драко. — Вот умора. Они не могут еще более дешево и очевидно пытаться заставить меня плакать? Люди меня убивают.

Мать Захарии казалась слегка довольной.

— Понимаю, почему он тебе нравится, — заметила она.

— Я надеялся, что это стало ясно с первого взгляда на мое прекрасное лицо, — сказал Драко.

— У нас есть кое-что общее, — невозмутимо сказал Захария и обнял Драко. Драко свернулся калачиком с ним рядом и заснул.

Драко почти сразу присвоил каждый предмет одежды в шкафу Захарии, который ему пришелся по вкусу, и очень расстроился, что здесь не нашлось домашних эльфов и некому было подогнать вещи по его вкусу. Он разгуливал по дому, стройнее и чуть изящнее Захарии, воротники слишком сильно открывали его ключицы, а джинсы соскальзывали, обнажая участки бледной кожи на бедрах. Кроме того Драко разгуливал по дому с угрюмым видом из-за явного несовершенства своих нарядов.

Захария решил, что ему это шло.

Драко заставил их купить другие шторы. Они оба согласились, решив, что будет даже забавно пойти у него на поводу.

В последний день перед возвращением в Хогвартс Драко спросил:

— Я вел себя ужасно?

— Очень, — ответил Захария. — Но ты всегда такой.

Драко сел, отбросив с глаз волосы. Жест был небрежным, так что Захария подумал, разговор может быть весьма серьезным.

— Но ты бы скорее предпочел, чтобы я вел себя ужасно, чем наоборот.

Захария заметил во властном тоне нотку сомнения.

Захария пожал плечами:

— Наверное.

Драко недовольно сказал «И ты так и не купил французский шампунь» и заснул. Он свернулся калачиком поверх одеяла, его волосы растрепались, чего Драко терпеть не мог.

Захария достал еще одно одеяло, укрыл им Драко и лег на кровать, положив руку Драко на поясницу. Когда Драко шевелился, он ее иногда гладил.

Его мать подошла и встала в дверях.

— Вот значит как, — сказала она.

Захария пожал плечами.

Драко оказался возмущен, когда они вернулись на строительную площадку, которая прежде была Хогвартсом, и выяснили, что на время стройки им придется есть и спать в вагонах.

— На мне вырастет плесень, — мрачно пригрозил он. — Вырастет плесень прямо на лице. Я попросил у этой Помфри крем для лица, но она сказала, что у нее только набор первой помощи, а это не чрезвычайная ситуация.

Захария пожал плечами.

— Печально.

Всему их курсу приходилось есть на огромном покрывале у вагонов. Захария счел это порядком забавным, и его полностью устраивало, что Драко вместо спинки стула прислонялся к его груди.

Он подумал, что Гарри Поттеру совсем незачем сидеть так близко, но внешне остался невозмутим. Не мог же Гарри начать грязно его домогаться при свидетелях.

Драко нахмурился и посмотрел вдаль.

— Я ненавижу Темного Лорда, — объявил он.

Гарри посмотрел на Драко с таким видом, что напомнил Захарии мороженое в микроволновке.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— А потом я спросил профессора Снейпа, но он сказал, что мы были посланы в этот мир страдать, и вообще раз он прожил тридцать лет без продуктов гигиены, то и мне самое время начать, — с горечью продолжил Драко, а затем покосился на Гарри. — Ты что-то сказал, Поттер?

— Я люблю батат, — сказал Гарри. — Это… американская еда… такая. Сладкий картофель. Сейчас бы его поесть.

Драко пристально на него посмотрел.

— Точно, Поттер, — огрызнулся он. — Мы живем в картонных лачугах, над моей кроватью протекает крыша, и моя кожа в ужасном состоянии. А ты сидишь и ноешь об углеводах. Тоже мне герой.