Фандом: Ориджиналы. Он не спит. У него нет привычки спать.
Добавить в моё избранное
2 мин, 24 сек 9532
День за днем он выключает свет и ложится в постель — чисто по привычке. Ворочается под одеялом, стараясь сохранить правильную позу, и лишь время от времени проваливается в мутную дрему. К нему даже приходят какие-то сны, неизменно исчезающие ближе к утру, когда он открывает глаза и просто смотрит в потолок, ожидая звонка будильника. Так он проводит с двенадцати до половины седьмого — ни больше ни меньше. Все как в учебнике по тайм-менеджменту.
Встав с постели, он делает зарядку, принимает прохладный душ, завтракает, а перед выходом тщательно замазывает тени под глазами тональным кремом, потому что клиентоориентированность предполагает безупречный внешний вид.
Днем он привычно подавляет сонливость — и верит, что это всего лишь рефлекс, неизбежно проявляющийся после обеда. Он привычно заглушает его маленькой чашкой кофе — настолько крепкого, что после него следует выпить не менее стакана воды, чтобы успокоить желудок.
А вечером он идет в тренажерный зал, и интенсивная физическая нагрузка окончательно убирает из тела усталость, придавая достаточно сил, чтобы поработать еще пару часов, принять душ и… снова не спать.
В таком режиме он живет пять с половиной месяцев.
Потом он отправляется в отпуск.
Но его не интересуют ни роскошный отель с системой «all-inclusive», ни белый песок на пляже, ни прохладная вода моря. Его интересует лишь возможность расслабиться. Сменить идеально выглаженный костюм и туфли на халат и тапочки, смыть впитавшийся в кожу тональный крем и выключить телефон, чтобы не видеть десятки напоминаний, диктующих, что делать в каждый момент времени.
Но расслабиться не получается.
Закрывая глаза, он по-прежнему будто окунается в омут, по-прежнему видит неясные сны и по-прежнему встает через шесть с половиной часов.
Встает, чтобы спустя пятнадцать минут вновь вернуться в постель, на сей раз игнорируя привычку к правильной позе, и закрыть глаза, изнывая от невыносимой головной боли. Накрывается одеялом, пряча слезящиеся глаза — дневной свет, даже основательно приглушенный шторами, кажется слишком ярким.
Сознание и тело не выдерживают нагрузки, и он наконец забывается. Ему ничего не снится, лишь иногда физические потребности выдергивают его из состояния небытия.
Окончательно он приходит в себя лишь вечером, когда свет, проникающий снаружи, меняет спектр, становясь холоднее и слабее — на территории отеля включают искусственное освещение.
Он встает, на автомате делает зарядку, принимает душ, одевается, замирает перед зеркалом — и несколько минут борется с чувством наготы, вызванным отсутствием тонального крема. Потом спускается вниз — в бар.
Там слишком сильно пахнет едой и спиртным, слишком громкая музыка и слишком много людей. Едва притронувшись к ужину, он выходит к морю. От пронзительной свежести у него начинает кружиться голова и снова возвращается боль, притупившаяся за день.
Он берет бутылку воды и возвращается в номер. Принимает душ, надевает халат и тапочки. Смотрит новости по телевизору. А в двенадцать выключает свет…
Ложась в постель, он не расслабляется. Он ничего не ждет и ни о чем не мечтает. Он просто соблюдает формальность. Для него не существует «вчера», «сегодня» и«завтра». Для него дни — одно бесконечное «сегодня», у которого в полночь изменяется параметр «дата».
Потому что у него нет привычки спать.
Встав с постели, он делает зарядку, принимает прохладный душ, завтракает, а перед выходом тщательно замазывает тени под глазами тональным кремом, потому что клиентоориентированность предполагает безупречный внешний вид.
Днем он привычно подавляет сонливость — и верит, что это всего лишь рефлекс, неизбежно проявляющийся после обеда. Он привычно заглушает его маленькой чашкой кофе — настолько крепкого, что после него следует выпить не менее стакана воды, чтобы успокоить желудок.
А вечером он идет в тренажерный зал, и интенсивная физическая нагрузка окончательно убирает из тела усталость, придавая достаточно сил, чтобы поработать еще пару часов, принять душ и… снова не спать.
В таком режиме он живет пять с половиной месяцев.
Потом он отправляется в отпуск.
Но его не интересуют ни роскошный отель с системой «all-inclusive», ни белый песок на пляже, ни прохладная вода моря. Его интересует лишь возможность расслабиться. Сменить идеально выглаженный костюм и туфли на халат и тапочки, смыть впитавшийся в кожу тональный крем и выключить телефон, чтобы не видеть десятки напоминаний, диктующих, что делать в каждый момент времени.
Но расслабиться не получается.
Закрывая глаза, он по-прежнему будто окунается в омут, по-прежнему видит неясные сны и по-прежнему встает через шесть с половиной часов.
Встает, чтобы спустя пятнадцать минут вновь вернуться в постель, на сей раз игнорируя привычку к правильной позе, и закрыть глаза, изнывая от невыносимой головной боли. Накрывается одеялом, пряча слезящиеся глаза — дневной свет, даже основательно приглушенный шторами, кажется слишком ярким.
Сознание и тело не выдерживают нагрузки, и он наконец забывается. Ему ничего не снится, лишь иногда физические потребности выдергивают его из состояния небытия.
Окончательно он приходит в себя лишь вечером, когда свет, проникающий снаружи, меняет спектр, становясь холоднее и слабее — на территории отеля включают искусственное освещение.
Он встает, на автомате делает зарядку, принимает душ, одевается, замирает перед зеркалом — и несколько минут борется с чувством наготы, вызванным отсутствием тонального крема. Потом спускается вниз — в бар.
Там слишком сильно пахнет едой и спиртным, слишком громкая музыка и слишком много людей. Едва притронувшись к ужину, он выходит к морю. От пронзительной свежести у него начинает кружиться голова и снова возвращается боль, притупившаяся за день.
Он берет бутылку воды и возвращается в номер. Принимает душ, надевает халат и тапочки. Смотрит новости по телевизору. А в двенадцать выключает свет…
Ложась в постель, он не расслабляется. Он ничего не ждет и ни о чем не мечтает. Он просто соблюдает формальность. Для него не существует «вчера», «сегодня» и«завтра». Для него дни — одно бесконечное «сегодня», у которого в полночь изменяется параметр «дата».
Потому что у него нет привычки спать.
