Фандом: Гарри Поттер. Я наклонился и усмехнулся маленькой ведьме в моих руках. — Ты скованна, Грейнджер, — пробормотал я в ее ухо. Она запрокинула голову в смехе, крепче обнимая меня за шею. — Заткнись и танцуй со мной, Малфой.
Добавить в моё избранное
11 мин, 3 сек 13071
Она не оценила моего комплимента.
— Это просто слова.
Я покачал головой.
— Не-а. Ты всегда была горячей, до ужаса умной и убийственно владела палочкой. Он — Уизли. Нечего и думать.
— Но я маглорожденная, — напомнила она.
Пожал плечами.
— Через пять лет это не имеет значения, знаешь ли.
Она замолкла на мгновение, оценивая меня.
— Ты оказался не тем, кем я ожидала, — призналась она.
Я повернулся к ней.
— А кого ты ожидала увидеть?
— Прежнего тебя, — ответила она.
— Все меняется, Грейнджер. Пять лет — это долгий срок.
Она захихикала на мгновение, пока ее взгляд не скользнул лениво через мое плечо. Вдруг от ее лица отлила кровь.
— Грейнджер? — спросил я обеспокоенно. — Ты в порядке?
— Рон, — пробормотала она, глядя куда-то. Я повернулся в том же направлении.
У входа в клуб в самом деле стоял Вислый с другим гриффиндорцем, которого я смутно помнил со школы.
— За каким гиппогрифом он сюда притащился?
— Должно быть, ищет меня, — она заикнулась. Я снова повернулся к ней. Спустя минуту отчаянного оглядывания, ее взгляд замер на мне.
— Можешь сделать мне одолжение? — спросила она. Я одарил ее взглядом, но пожал плечами.
— Конечно, Грейнджер. Хочешь, чтобы я надрал ему задницу?
Она хихикнула и вместо ответа подошла ближе и взяла меня за руку.
Я не знаю, как это произошло, но прежде, чем я понял, Гермиона Грейнджер вытащила меня на танцпол. Я начал, запинаясь, сбитый с толку таким поворотом событий.
Прежде, чем я смог произнести хоть слово, она прижалась ко мне.
— Не смей оборачиваться, — прошептала она, обвивая мою шею руками и начиная тереться об меня в такт музыке. Внезапный прилив тепла, вызванный этим движением, удивил, но я ответил самым решительным образом. Поймал ее талию в кольцо рук, и мы начали танцевать.
Над нашими головами пульсировали огни, а под ногами — басы. Она наклонилась и поднесла губы прямо к моему уху.
— Он не увидит меня, если мы будем в толпе, — пробормотала она, посылая разряд тока по моему телу. Ее голос, ее тело — это все было слишком интимно. Слишком интимно для меня и Гермионы мать ее Грейнджер.
— Уверена насчет этого? — пробормотал я, мои глаза метнулись над ее головой, чтобы увидеть рыжеголового, слоняющегося у бара в поисках бывшей.
Грейнджер подцепила мой подбородок, возвращая взгляд обратно на себя.
— Просто не отрывай от меня глаз.
Так я и поступил.
Толпа поглотила нас целиком, пока мы не оказались в самом ее центре. Мы двигались в такт музыке. Она проносилась через мои вены, вдыхая новую жизнь.
Ни с того ни с сего Гриффиндорская Принцесса теснее прижалась ко мне своим телом. Шок взбудоражил. Это было похоже на криптонит. На химическую и физическую атаку чувствами.
Так же неожиданно она отстранилась.
Я вздохнул от потери этого ощущения. Наклонился и усмехнулся маленькой ведьме в моих руках:
— Ты скованна, Грейнджер, — пробормотал я в ее ухо.
Она запрокинула голову в смехе, крепче обнимая меня за шею.
— Заткнись и танцуй со мной, Малфой.
Мои ладони бродили по ее спине, а ее, каким-то образом, запутались у меня в волосах. Платье с открытой спиной, что было на ней надето, покачивалось и сияло в техно-свете. Ее стоптанные магловские кроссовки продолжали двигаться, пока мы и дальше падали в это безумие.
Единственное слово, которым можно описать происходящее — безумие. Прекрасное, напряженное безумие. Я чувствовал его в своей груди, когда она смотрела на меня.
Линия была пересечена. Что-то изменилось.
Ее карие глаза смотрели на меня сквозь ресницы. Пронзительные. На мгновение мне показалось, что я видел что-то большее, чем содержащийся в них теплый шоколад.
Мне показалось, в них — будущее.
В энергии танцпола я наконец понял, как маглы становились жертвами этой атмосферы. Это было похоже на магию. Глядя вниз на Гермиону, я осознал, что этот момент, возможно, никогда не повторится. Это был особый случай.
Это был мой последний и единственный шанс.
Я почувствовал, как на краешке моих губ заиграла усмешка, пока глаза сузились, как у хищника, преследующего добычу. Она взглянула на меня.
— Драко, что ты…
Ее слова потерялись у меня на губах.
На вкус она напоминала сладость, и энергию, и магию. Момент удивления прошел, и я почувствовал, как руки на моей шее сомкнулись сильнее, пока она отдавалась поцелую. Проклятье. Кто же знал, что Гриффиндорская Принцесса на вкус само совершенство?
«Моя дискотечная Джульетта, юношеская мечта», — размышлял я, пока ее губы сражались с моими. Я мысленно вернулся к подростковой версии себя, которая фантазировала о том, чтобы увидеть, как на самом деле невинен этот книжный червячок.
— Это просто слова.
Я покачал головой.
— Не-а. Ты всегда была горячей, до ужаса умной и убийственно владела палочкой. Он — Уизли. Нечего и думать.
— Но я маглорожденная, — напомнила она.
Пожал плечами.
— Через пять лет это не имеет значения, знаешь ли.
Она замолкла на мгновение, оценивая меня.
— Ты оказался не тем, кем я ожидала, — призналась она.
Я повернулся к ней.
— А кого ты ожидала увидеть?
— Прежнего тебя, — ответила она.
— Все меняется, Грейнджер. Пять лет — это долгий срок.
Она захихикала на мгновение, пока ее взгляд не скользнул лениво через мое плечо. Вдруг от ее лица отлила кровь.
— Грейнджер? — спросил я обеспокоенно. — Ты в порядке?
— Рон, — пробормотала она, глядя куда-то. Я повернулся в том же направлении.
У входа в клуб в самом деле стоял Вислый с другим гриффиндорцем, которого я смутно помнил со школы.
— За каким гиппогрифом он сюда притащился?
— Должно быть, ищет меня, — она заикнулась. Я снова повернулся к ней. Спустя минуту отчаянного оглядывания, ее взгляд замер на мне.
— Можешь сделать мне одолжение? — спросила она. Я одарил ее взглядом, но пожал плечами.
— Конечно, Грейнджер. Хочешь, чтобы я надрал ему задницу?
Она хихикнула и вместо ответа подошла ближе и взяла меня за руку.
Я не знаю, как это произошло, но прежде, чем я понял, Гермиона Грейнджер вытащила меня на танцпол. Я начал, запинаясь, сбитый с толку таким поворотом событий.
Прежде, чем я смог произнести хоть слово, она прижалась ко мне.
— Не смей оборачиваться, — прошептала она, обвивая мою шею руками и начиная тереться об меня в такт музыке. Внезапный прилив тепла, вызванный этим движением, удивил, но я ответил самым решительным образом. Поймал ее талию в кольцо рук, и мы начали танцевать.
Над нашими головами пульсировали огни, а под ногами — басы. Она наклонилась и поднесла губы прямо к моему уху.
— Он не увидит меня, если мы будем в толпе, — пробормотала она, посылая разряд тока по моему телу. Ее голос, ее тело — это все было слишком интимно. Слишком интимно для меня и Гермионы мать ее Грейнджер.
— Уверена насчет этого? — пробормотал я, мои глаза метнулись над ее головой, чтобы увидеть рыжеголового, слоняющегося у бара в поисках бывшей.
Грейнджер подцепила мой подбородок, возвращая взгляд обратно на себя.
— Просто не отрывай от меня глаз.
Так я и поступил.
Толпа поглотила нас целиком, пока мы не оказались в самом ее центре. Мы двигались в такт музыке. Она проносилась через мои вены, вдыхая новую жизнь.
Ни с того ни с сего Гриффиндорская Принцесса теснее прижалась ко мне своим телом. Шок взбудоражил. Это было похоже на криптонит. На химическую и физическую атаку чувствами.
Так же неожиданно она отстранилась.
Я вздохнул от потери этого ощущения. Наклонился и усмехнулся маленькой ведьме в моих руках:
— Ты скованна, Грейнджер, — пробормотал я в ее ухо.
Она запрокинула голову в смехе, крепче обнимая меня за шею.
— Заткнись и танцуй со мной, Малфой.
Мои ладони бродили по ее спине, а ее, каким-то образом, запутались у меня в волосах. Платье с открытой спиной, что было на ней надето, покачивалось и сияло в техно-свете. Ее стоптанные магловские кроссовки продолжали двигаться, пока мы и дальше падали в это безумие.
Единственное слово, которым можно описать происходящее — безумие. Прекрасное, напряженное безумие. Я чувствовал его в своей груди, когда она смотрела на меня.
Линия была пересечена. Что-то изменилось.
Ее карие глаза смотрели на меня сквозь ресницы. Пронзительные. На мгновение мне показалось, что я видел что-то большее, чем содержащийся в них теплый шоколад.
Мне показалось, в них — будущее.
В энергии танцпола я наконец понял, как маглы становились жертвами этой атмосферы. Это было похоже на магию. Глядя вниз на Гермиону, я осознал, что этот момент, возможно, никогда не повторится. Это был особый случай.
Это был мой последний и единственный шанс.
Я почувствовал, как на краешке моих губ заиграла усмешка, пока глаза сузились, как у хищника, преследующего добычу. Она взглянула на меня.
— Драко, что ты…
Ее слова потерялись у меня на губах.
На вкус она напоминала сладость, и энергию, и магию. Момент удивления прошел, и я почувствовал, как руки на моей шее сомкнулись сильнее, пока она отдавалась поцелую. Проклятье. Кто же знал, что Гриффиндорская Принцесса на вкус само совершенство?
«Моя дискотечная Джульетта, юношеская мечта», — размышлял я, пока ее губы сражались с моими. Я мысленно вернулся к подростковой версии себя, которая фантазировала о том, чтобы увидеть, как на самом деле невинен этот книжный червячок.
Страница 3 из 4
