Так держать

База на Явине IV больше любого из укрытий Со, но всё же найти здесь кого бы то ни было не сложно. Особенно когда знаешь, где искать.

Джин даже не думает стучать — просто вбивает в панель код, вспомнив, как его набирал Кассиан. Безо всякого злого умысла, просто от старых привычек не так просто избавиться.

Комната выглядит как обычно, почти такой же, как её собственная: везде идеальный порядок, просто потому что вещей немного — никаких личных безделушек или голо. Кто-то путешествует налегке, а кто-то и живёт налегке, не оставляя следов и ничего не теряя.

Правда, с одним исключением — у Джин есть её кайбер-кристалл. Интересно, а у Кассиана что?

Возможно, К2 — тогда не «есть», а «было».

— Решил улететь пораньше, без спешки? — Джин прислоняется к двери и смотрит, как Кассиан собирает вещи. Смена одежды, оружие, небольшая наплечная сумка. После в комнате не остаётся почти ничего.

— У меня задание на Нар-Шаддаа. Если задержусь, увидимся уже на новой базе, — просто отвечает он, поднимает голову. Сразу понятно, что заметил нашивку — губы у него чуть изгибаются в некоем подобии улыбки. — Так. Сержант Эрсо.

Джин невольно одёргивает значок.

— Думаю, кто-то всё-таки заметил, что я задержалась, и решил придать этому некий формальный статус, — бормочет она. Странно чувствовать себя частью всего этого — на серьёзном уровне. На самом деле, странно вообще быть частью хоть чего-то. — Теперь они от меня не отделаются, — полушутливо добавляет она.

Кассиан делает шаг вперёд, Джин поднимает голову, смотрит на него, и внутри будто сворачивается тёплый узел.

— Я рад, — произносит он, на миг кажется, что хочет ещё что-то сказать, открывает было рот, но не находит слов. Джин ждёт: секунда, другая, они дышат в унисон, а потом Кассиан отворачивается и принимается застёгивать сумку, а сама Джин усаживается в единственное стоящее в комнате кресло.

— Значит, мне теперь заплатят? — спрашивает она и получает в ответ весёлую ухмылку.

— Формально — да. Но если честно, мне должны уже за три года, так что… Правда, в удачные дни нас хотя бы кормят.

Джин фыркает.

— Сказать по правде, мне несколько лет не подворачивалось ничего лучше, — ей хочется рассмешить Кассиана, но на этот раз улыбка выходит чуть тревожная. К этому Джин не готова и потому меняет тактику: — Итак, что же такого интересного на Нар-Шаддаа?

— Тебя устроит, если я скажу, что это секретная информация?

— Скорей всего, нет, но можешь попробовать.

Кассиан, не переставая улыбаться, качает головой.

— У одного моего старого знакомого есть лишняя партия бакты. Лучшая лишняя партия за последние несколько месяцев, — отвечает он, и этот повтор и интонация, с которой произносится слово «знакомый», тревожат. Будто это себя Кассиан пытается в чём-то убедить, да и взгляд у него, несмотря на улыбку, затравленный.

— Это задание Дравена? — Вопрос был задан наобум, но Кассиан отводит взгляд — значит, угадала.

Джин не то чтобы ненавидит Дравена, но представься шанс ему врезать, она непременно бы им воспользовалась.

— Это задание Альянса, — отрывисто произносит Кассиан. Кажется, он пытается убедить в этом не столько её, сколько себя. — У нас уже давно мало бакты, а с тех пор как Империя из кожи вон лезет, чтобы отыскать и уничтожить все наши ячейки, она нам нужна как никогда.

Всё так, не поспоришь. Но и сдаваться не хочется, потому что и этот ровный голос, и отрывистая речь напоминают Джин полёт с Иду: как он тогда говорил о своих мотивах, как треснула идеальная шпионская маска.

Джин знает о мотивах, о целях и средствах тоже, а ещё она знает, как Кассиан выглядит в те моменты, когда готов умереть за то, во что действительно верит, она знает тепло его улыбки, ощущение его крепкой руки в ладони. Но теперь всё стало только хуже — раньше он ради своей веры мог пойти против приказов.

— Итак, — тянет она, делая вид, что хочет сменить тему, и Кассиан облегчённо и досадливо опускает плечи, — из достоверных источников я слышала, что тебе предложили повышение, а ты отказался.

— У тебя теперь есть источники? — парирует он. Джин пожимает плечами, делает невинное лицо. — В высшем комсоставе мне делать нечего, — только и говорит он. Кажется, они оба остались при своём мнении.

Разве что с его мнением Джин соглашаться не хочет.

— Даже если сможешь сам выбирать себе задания?

— Джин, — произносит Кассиан, и слышать раздражение в его голосе отчасти даже приятно, оно звучит так обыденно и знакомо.

Джин поднимает руки — мол, сдаюсь — а потом замечает, что он вертит в руках датакарту — будто никак не может решить, брать её с собой или нет.

— Тебе помочь?

Кассиан смотрит на датакарту, будто только что её увидел, потом кивает, принимая решение.

— Подержи её у себя, — произносит он и всовывает карту ей в ладонь.