Hypericum Perforatum

Ей вручили пиво с сыром, в котором были зёрнышки — раскусывать их было ошибкой, так как рот мигом наполнил вкус не особо любимого ею тмина, на удивление вкусно сочетавшегося с солью сыра. Во всём этом буйстве лиц и красок чёрное человеческое пятно казалось совершенно неуместным зрелищем. Пятно шло как-то слишком знакомой походкой, а когда с пятна ветром сдуло угольный капюшон, Гермиона едва не подавилась непрожёванным сыром: на белёсой макушке с чуть касавшимися плеч волосами красовался ярко-жёлтый венок из мелких цветков, выглядевший настолько нелепо в сравнении с серьёзной и сосредоточенной физиономией некогда известного отпрыска печально известной чистокровной семьи.

— Привет, Грейнджер, — без всяких издёвок поздоровалось белобрысое пятно по имени Драко Малфой.

— П-привет, — отозвалась она и сделала большой глоток из глиняной кружки.

— Какими ветрами в этом захолустье? — выдавив из себя улыбку, Драко стал разглядывать её спутника: тот явно ему не понравился.

— Я по работе.

— Да-да, я слышал, ты в Отделе Регулирования Магпопуляций трудишься. Весьма-весьма, — по-прежнему не отрывая глаз от Адама, Малфой отхватил кусочек сыра из тарелки Гермионы, зажевал его, но, скривившись, выплюнул — очевидно, тмин ему тоже не пришёлся по душе. — Я отвлеку вашу коллегу на пару минут? — обратился он к Адаму, елейно скаля зубы.

— Да, конечно, основные дела мы уже закончили, — улыбнулся тот ему под стать и удалился.

Драко хмыкнул и вновь обратил свой взор к Гермионе. Чуть коснувшись её плеча, он немного отвёл Гермиону в сторону от делегации.

— А ты здесь откуда? — ей и правда было интересно, ведь со времён Хогвартса они пересекались лишь пару раз, и то при не самых приятных обстоятельствах.

— Охотился на лауму, — будничным тоном ответил Драко, достав из кармана мантии пять когтистых пальцев. — Паршивка троих детей своровала у магглов и подменила своими соломенными. Сегодня ночью её и сцапал у водоёма.

— Ты охотник?

— Ага, за чудищами всякими. Этот заказ мне еще месяц назад прислали, а я всё откладывал, — он оглядел Гермиону и улыбнулся, на этот раз не притворно. — Да ты уже захмелела, Грейнджер. И оранжевый тебе идёт.

И ушёл, никак не объяснив ни внезапный комплимент, ни комментарии свои, ни работу.

Какой оранжевый? Она точно помнила, что из дома выходила в зелёном платье, а у Малфоя дальтонизм, хотя, погодите-ка, откуда на её шее взялся один из тех самых шарфиков, что пестрели калейдоскопом в одной из лавок? Когда этот белобрысый пройдоха успел его повесить?

Адам что-то обсуждал с коллегами на латышском, но Гермиона с трудом ловила суть даже в переводе; к слову, о пойманной лауме они тоже рассказывали, а ещё о драконе, слухи о котором давно по городку летали.

Шарф сменился багрово-красным с плавным переходом в синий и голубой — злость внутри горела ярким пламенем.

— Ты в курсе, что пьянство в одиночестве — прямая дорога к алкоголизму? — сверкая своим жёлтым венком в темноте вечера, Малфой уселся рядом.

Весь день она пыталась его найти и выспросить, мол, какого драккла он ей этот шарф нацепил, который, по словам продавца, не снимался без участия подарившего. Правда сейчас ткань светилась ультрамариновым и мерцала мелкими звездами во мраке. Где-то вдалеке загремели барабаны и бубны — крики радости и вспыхнувший костёр возвещали о начале праздника, на который совсем не хотелось идти.

— Я уже ничего не пью, — вяло теребя траву кончиками пальцев, Гермиона уставилась на спокойную воду; серебряное зеркало засияло в свете выглянувшей из-за туч луны. — Мне удалось пережить деловую встречу с наглядной демонстрацией видов бестий, которые мне потом нужно внести в реестр.

— Ты совсем не изменилась.

— Чего не скажешь о тебе.

— А чего в темноте сидишь? — достав палочку и произнеся Люмос, Драко осветил её лицо.

— Нокс.

— Ты ненормальная. Не видно же ничего, — вздохнул он.

— А куда смотреть?

— На меня, например, — усмехнулся Малфой в тишине.

— И чего я там не видела?

— Шрамы, содранную грифоньими когтями метку, глаза мои красивые.

— Малфой, отстань. И сними с меня этот чёртов шарф.

— Твой переводчик — владелец дракона.

— Что? — едва не свалившись в прохладную после дождя воду, Гермиона схватилась за Драко.

— Ты его глаза видела? Такие бывают у тех, кто приручил Пукиса, — дёрнув её на себя, Драко усадил Гермиону подальше от крутого берега.

— Не может такого быть. Он — работник министерства, не зря же его со мной направили.

— Грейнджер, вот ты вроде умная, но сейчас несёшь полную чушь.

— Давай ты не будешь слизняком и всё мне объяснишь? — шарф засиял алыми звёздами.

— Я за ним полгода гоняюсь.