Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт уничтожен, но праздновать победу рано. Остался по крайней мере один крестраж, заключающий в себя часть души Тёмного Лорда.
Добавить в моё избранное
300 мин, 24 сек 12417
Северус разорвал поцелуй и отступил назад.
Предплечье горело огнём, заглушая только-только зародившееся возбуждение, начавшее тёплой волной подниматься снизу.
— В чём дело? — Гарри смотрел на его ладонь, сжимающую предплечье.
— Вспомни то, что случилось в Выручай-комнате после уничтожения крестража, — Северус достал волшебную палочку. — Те жалкие потуги Маккейна восстановить твою магию.
— Поцелуй? — Гарри выглядел сбитым с толку и, казалось, собирался выразить протест.
— Мы теряем время, — сквозь зубы прорычал Северус, до боли сжимая предплечье. — Ну же!
Легиллименс — и вот он снова видит, как Хендрик медленно обнимает Гарри, смотря прямо ему в глаза, а затем решительно целует. Гарри дёргается резко вдыхает, не разрывая поцелуй, и отвечает. Хендрик прижимается теснее и двигает бёдрами, его рука спускается по животу Гарри…
Северус опустил палочку, разрывая заклинание. Слабость в руках усилилась, а по спине шёл озноб. Сердце сжималось и билось так сильно, что предплечье не чувствовалось вообще — только пульс, через всё тело. На этот раз он разглядел всё детально — каждое движение, всё, что только смог. Он должен прокручивать это в своих мыслях постоянно, пока крестраж не уничтожен.
— Я пойду с тобой, — Гарри забрал с кресла карту.
— Ты пойдёшь к Маккейну, — Северус сжал губы, отворачиваясь. — Выясни всё о поведении Бута.
Кажется, Гарри кивнул. Не глядя на него, Северус покинул комнаты и аппарировал из кабинета прямо к озеру.
Постояв некоторое время у тёмной воды, по которой шла слабая рябь, он прислушался к внутренним ощущениям. Крестраж был прямо там, на самом дне. Тело охватывал холод. Пожалуй, стоило позаботиться о зимней мантии. Иррациональное чувство страха захватывало, на самом краю сознания появилась мысль о том, насколько важно заполучить крестраж, но в самом его центре калейдоскопом крутились картинки из увиденного воспоминания. То, насколько живо и подробно оно хранится в памяти Гарри, могло говорить только об одном. Влечение Гарри к этому смазливому мальчишке никуда не ушло. Странным образом Аберфорт был прав, когда говорил тогда…
Заметив, как ладони сжались в кулаки, Северус прервал цепь рассуждений. Он вытащил волшебную палочку и поднял её высоко над головой.
— Флектофрагус! — тёмное свечение из палочки поплыло к озеру. Северус концентрировал силы, зная, что без прямого руководства крестража заклинание не выйдет таким сильным, как это необходимо, чтобы разделить волны озера и позволить ему самому спуститься на дно туда, где скрыт крестраж.
— Фините инкантатем! — контрзаклинание огромной мощи почти выбило палочку из его рук. Свечение ударилось о поверхность воды, подняв гряду брызг, и погасло.
Северус медленно развернулся туда, откуда доносился глухой низкий голос. Одно он знал точно — это не мог быть Бут.
Верно, это был не он. Тёмная фигура в сером плаще стремительно скользила прочь. Северус шёл следом, почти перейдя на бег, но расстояние между ним и неизвестным не сокращалось. Он освещал себе путь, стараясь не отстать окончательно. Ни по голосу, ни по силе магии Северус не узнавал того, кто мог сотворить такое. Перешагивая через огромные корни и скользя по вязкой грязи, он удивлялся, что маг впереди, похоже, не испытывает ни малейших трудностей передвижения. Северус приглядывался, стараясь различить, не просвечивает ли плащ, но в темноте заметить это было совершенно невозможно, да и само предположение ни на что не годилось. Призраки не владеют магией. Никакие призраки вообще.
Северус шёл быстро, осознавая, что двигается в противоположном от озера направлении. Желание вернуться оставалось второстепенным, и он мог продолжать движение. В какой-то момент стало очевидно, что фигура вдалеке приближается — хотя вернее было бы сказать, что Северус приближался, а сам маг оставался неподвижным. Сверху послышался странных звук — и Северус машинально поднял голову. Птица.
Фигура в плаще исчезла. Северус сбавил шаг, выравнивая дыхание, и вышел на небольшую площадку, чистую от листьев. Посередине земля расступалась, образуя ход вниз. По-видимому, то, о чём говорил Гарри. Гарри, кусающий губы Маккейна, прижимающийся к нему, горячо дышащий ему в рот…
Северус сжал зубы и, осторожно щупая ногой ступени каменной лестницы перед тем, как сделать каждый шаг, спустился вниз. Свет от его Люмоса усилился, отражаясь от поверхности воды подземной реки. Каменная площадка возвышалась над ней на метр, и с трёх сторон стены действительно образовывали небольшой грот. У самой кромки воды стоял тот, кто привёл его сюда.
— Назови себя, — тихо сказал Северус, держа палочку наготове.
Капюшон опустился и лёг тяжёлыми складками на плечи. Перед ним стоял старик — его лицо было изрезано глубокими складками, но глаза смотрели смело и грозно.
— Ты ведом осколком души, — низкий раскатистый голос никак не походил на старческий.
Предплечье горело огнём, заглушая только-только зародившееся возбуждение, начавшее тёплой волной подниматься снизу.
— В чём дело? — Гарри смотрел на его ладонь, сжимающую предплечье.
— Вспомни то, что случилось в Выручай-комнате после уничтожения крестража, — Северус достал волшебную палочку. — Те жалкие потуги Маккейна восстановить твою магию.
— Поцелуй? — Гарри выглядел сбитым с толку и, казалось, собирался выразить протест.
— Мы теряем время, — сквозь зубы прорычал Северус, до боли сжимая предплечье. — Ну же!
Легиллименс — и вот он снова видит, как Хендрик медленно обнимает Гарри, смотря прямо ему в глаза, а затем решительно целует. Гарри дёргается резко вдыхает, не разрывая поцелуй, и отвечает. Хендрик прижимается теснее и двигает бёдрами, его рука спускается по животу Гарри…
Северус опустил палочку, разрывая заклинание. Слабость в руках усилилась, а по спине шёл озноб. Сердце сжималось и билось так сильно, что предплечье не чувствовалось вообще — только пульс, через всё тело. На этот раз он разглядел всё детально — каждое движение, всё, что только смог. Он должен прокручивать это в своих мыслях постоянно, пока крестраж не уничтожен.
— Я пойду с тобой, — Гарри забрал с кресла карту.
— Ты пойдёшь к Маккейну, — Северус сжал губы, отворачиваясь. — Выясни всё о поведении Бута.
Кажется, Гарри кивнул. Не глядя на него, Северус покинул комнаты и аппарировал из кабинета прямо к озеру.
Постояв некоторое время у тёмной воды, по которой шла слабая рябь, он прислушался к внутренним ощущениям. Крестраж был прямо там, на самом дне. Тело охватывал холод. Пожалуй, стоило позаботиться о зимней мантии. Иррациональное чувство страха захватывало, на самом краю сознания появилась мысль о том, насколько важно заполучить крестраж, но в самом его центре калейдоскопом крутились картинки из увиденного воспоминания. То, насколько живо и подробно оно хранится в памяти Гарри, могло говорить только об одном. Влечение Гарри к этому смазливому мальчишке никуда не ушло. Странным образом Аберфорт был прав, когда говорил тогда…
Заметив, как ладони сжались в кулаки, Северус прервал цепь рассуждений. Он вытащил волшебную палочку и поднял её высоко над головой.
— Флектофрагус! — тёмное свечение из палочки поплыло к озеру. Северус концентрировал силы, зная, что без прямого руководства крестража заклинание не выйдет таким сильным, как это необходимо, чтобы разделить волны озера и позволить ему самому спуститься на дно туда, где скрыт крестраж.
— Фините инкантатем! — контрзаклинание огромной мощи почти выбило палочку из его рук. Свечение ударилось о поверхность воды, подняв гряду брызг, и погасло.
Северус медленно развернулся туда, откуда доносился глухой низкий голос. Одно он знал точно — это не мог быть Бут.
Верно, это был не он. Тёмная фигура в сером плаще стремительно скользила прочь. Северус шёл следом, почти перейдя на бег, но расстояние между ним и неизвестным не сокращалось. Он освещал себе путь, стараясь не отстать окончательно. Ни по голосу, ни по силе магии Северус не узнавал того, кто мог сотворить такое. Перешагивая через огромные корни и скользя по вязкой грязи, он удивлялся, что маг впереди, похоже, не испытывает ни малейших трудностей передвижения. Северус приглядывался, стараясь различить, не просвечивает ли плащ, но в темноте заметить это было совершенно невозможно, да и само предположение ни на что не годилось. Призраки не владеют магией. Никакие призраки вообще.
Северус шёл быстро, осознавая, что двигается в противоположном от озера направлении. Желание вернуться оставалось второстепенным, и он мог продолжать движение. В какой-то момент стало очевидно, что фигура вдалеке приближается — хотя вернее было бы сказать, что Северус приближался, а сам маг оставался неподвижным. Сверху послышался странных звук — и Северус машинально поднял голову. Птица.
Фигура в плаще исчезла. Северус сбавил шаг, выравнивая дыхание, и вышел на небольшую площадку, чистую от листьев. Посередине земля расступалась, образуя ход вниз. По-видимому, то, о чём говорил Гарри. Гарри, кусающий губы Маккейна, прижимающийся к нему, горячо дышащий ему в рот…
Северус сжал зубы и, осторожно щупая ногой ступени каменной лестницы перед тем, как сделать каждый шаг, спустился вниз. Свет от его Люмоса усилился, отражаясь от поверхности воды подземной реки. Каменная площадка возвышалась над ней на метр, и с трёх сторон стены действительно образовывали небольшой грот. У самой кромки воды стоял тот, кто привёл его сюда.
— Назови себя, — тихо сказал Северус, держа палочку наготове.
Капюшон опустился и лёг тяжёлыми складками на плечи. Перед ним стоял старик — его лицо было изрезано глубокими складками, но глаза смотрели смело и грозно.
— Ты ведом осколком души, — низкий раскатистый голос никак не походил на старческий.
Страница 37 из 86
