Хотите верьте, хотите нет, но одним тихим (если можно так выразится) вечером столицы — Москвы, произошли события… достаточно странного характера. Короче, как наш русский сатирик Задорнов промывал маньякам мозги.
Добавить в моё избранное
111 мин, 6 сек 3034
В уголке же зажалась девушка вся в синяках и царапинах, разглядывая всю эту оргию с нескрываемым недоумением. На появление дяди Мишы среагировала только Синдром, и то не так, как ожидал писатель.
В том смысле, что вместо того чтобы нападать, она дико завизжала, отчаянно закрывая лицо руками: — Прошу, пощадите!
Михаил Задорнов удивлённо поднял бровь, попытался её успокоить, мол, я тебя не обижу, я не злой (в отличии от дочки). Вместо того, чтобы успокоиться, Синдром истерически засмеялась, нападая на сатирика. И в очередной раз мадам Швабра спасла пятую точку писателя, которая ну очень любила попадать в приключения!
Смеющийся Джек, сообразив, что пылесос не смертелен, грозно рыкнул, вырвав его из рук Задорновой, и откинув на три метра.
— Убивают! — Лена побежала на кухню за сковородой, но Джеки преградил ей дорогу.
— Не-а! Не пущу! — пошевелил он когтем, приготовившись замахнуться для смертельного удара.
Как же он мог позабыть про предупреждение друзей: «Всегда закрывай уязвимое место»! В ту же секунду клоун осознал всю боль своей ошибки.
Леночка дала ему со всей русской дури по «мужскому достоинству». Джек взвизгнул, хватаясь за «омлет, сделанный из собственных яиц», упав на колени.
— За Родину-мать! — по-актёрски-патриотно воскликнула Елена, хватая сковородку и с замаху впечатывая её в рожу клоуна.
Джилл, избавившись наконец от кота, схватила бензопилу и пошла на дядю Мишу. Писатель поставил блок своим оружием. Стоило лезвию соприкоснуться с деревянной головкой швабры, она мгновенно задымилась и… взорвалась. Клоунесса в глубоком ауте уставилась на сломанную вдребезги бензопилу, переводя взгляд то на сатирика, то на своё оружие, то на целую и невредимую мадам Швабру, то на всех остальных.
— Нам хана! — проныла Саманта, прижимаясь к стенке.
— Даже я в шоке! — тяжело выговорил Михаил Николаевич, внимательно осматривая швабру.
Отложив её в сторонку, он скрестил руки, говоря тем самым «Давайте перемирие».
— Лена, положи сковородку на место!
Девушка пожала плечами, с некоторым высокомерием осматривая Смеющегося Джека…
— Так, значит ты — Джек, ты — Джилл, ты — Саманта. — После некоторых раздумий, сказал Задорнов.
Троица кивнула.
— Не сильно болит? — поинтересовался он у клоуна, видя, как тот активно использует зелёнку и лёд.
— Ну как бы вам сказать, Михаил Николаевич… — натянуто улыбнулся он, обнажая клыки. — Ваша зеленка — прямо волшебство, ничего не скажешь!
— Я рад, что тебе нравится. — Довольно кивнул писатель, посмотрел на девушек: — Да не бойтесь: пироженые я купил в магазине, можете спокойно есть!
— Можно вопрос, дядя Миша? — неуверенно начала Морган, так и наровя упасть со стула.
— Спрашивай.
— Почему ваш кот так на меня смотрит? — она медленно указала на кошака, чьи глаза были широко раскрыты, а зрачки сильно расширены.
— Петя, цыц! — топнул ногой дядька Задорнов. Кот недоумевающе уставился на хозяина. — Ко мне иди.
Котяра негромко мяукнул, но всё же залез к сатирику на колени.
— А нам Джефф говорил, что вы дьявольски злой! — с набитым ртом вдруг сказала Джилл.
— Тогда он у меня попляшет! — улыбнулся Михаил Задорнов.
— Знаешь, пап, — обратилась к нему дочурка. — У тебя особый талант дружится с маньяками!
— И не говори! — согласился писатель. — А ещё во мне живёт Мессинг…
Уже в который раз, план Слендермена, по ликвидации сатирика Задорнова, с треском провалился. Но Безликий не намерен сдаваться. Как говорят: если хочешь что-то сделать — сделай это сам!
— Когда мы уже зайдём? — Оффендер теребил розу (не в том смысле товарищи-извращенцы!), уже не зная куда себя девать, так ему не терпелось познакомиться с дочкой сатирика. — Мои розы не могут больше ждать!
— Тише, ты! — шикнул на него Слендер, видя как писатель подходит к окну. — Ложись!
Братья затарились на крышу, а прокси спрятались за деревья.
— Что ты там увидел? — поинтересовалась у него жена.
— Ветки бьются об окно. — Просто ответил он. — Мой внутренний Мессинг говорит мне, что следует подготовиться.
Дядя Миша пошёл за листками, с шутками и записями.
— Так, забираемся в квартиру по моей команде. — Скомандовал Оффендер. — Раз. Два. Три!
Все четверо попытались ворваться в дом, но помешал небольшой размер окна.
— Ай, ска, ты мне ногу защемил! — тихо взревел Офф, пытаясь протащить свой зад дальше.
— По-легче ребята! — протискивался Трендер.
— Давайте я вам помогу! — поднатужился Тендермен.
В том смысле, что вместо того чтобы нападать, она дико завизжала, отчаянно закрывая лицо руками: — Прошу, пощадите!
Михаил Задорнов удивлённо поднял бровь, попытался её успокоить, мол, я тебя не обижу, я не злой (в отличии от дочки). Вместо того, чтобы успокоиться, Синдром истерически засмеялась, нападая на сатирика. И в очередной раз мадам Швабра спасла пятую точку писателя, которая ну очень любила попадать в приключения!
Смеющийся Джек, сообразив, что пылесос не смертелен, грозно рыкнул, вырвав его из рук Задорновой, и откинув на три метра.
— Убивают! — Лена побежала на кухню за сковородой, но Джеки преградил ей дорогу.
— Не-а! Не пущу! — пошевелил он когтем, приготовившись замахнуться для смертельного удара.
Как же он мог позабыть про предупреждение друзей: «Всегда закрывай уязвимое место»! В ту же секунду клоун осознал всю боль своей ошибки.
Леночка дала ему со всей русской дури по «мужскому достоинству». Джек взвизгнул, хватаясь за «омлет, сделанный из собственных яиц», упав на колени.
— За Родину-мать! — по-актёрски-патриотно воскликнула Елена, хватая сковородку и с замаху впечатывая её в рожу клоуна.
Джилл, избавившись наконец от кота, схватила бензопилу и пошла на дядю Мишу. Писатель поставил блок своим оружием. Стоило лезвию соприкоснуться с деревянной головкой швабры, она мгновенно задымилась и… взорвалась. Клоунесса в глубоком ауте уставилась на сломанную вдребезги бензопилу, переводя взгляд то на сатирика, то на своё оружие, то на целую и невредимую мадам Швабру, то на всех остальных.
— Нам хана! — проныла Саманта, прижимаясь к стенке.
— Даже я в шоке! — тяжело выговорил Михаил Николаевич, внимательно осматривая швабру.
Отложив её в сторонку, он скрестил руки, говоря тем самым «Давайте перемирие».
— Лена, положи сковородку на место!
Девушка пожала плечами, с некоторым высокомерием осматривая Смеющегося Джека…
— Так, значит ты — Джек, ты — Джилл, ты — Саманта. — После некоторых раздумий, сказал Задорнов.
Троица кивнула.
— Не сильно болит? — поинтересовался он у клоуна, видя, как тот активно использует зелёнку и лёд.
— Ну как бы вам сказать, Михаил Николаевич… — натянуто улыбнулся он, обнажая клыки. — Ваша зеленка — прямо волшебство, ничего не скажешь!
— Я рад, что тебе нравится. — Довольно кивнул писатель, посмотрел на девушек: — Да не бойтесь: пироженые я купил в магазине, можете спокойно есть!
— Можно вопрос, дядя Миша? — неуверенно начала Морган, так и наровя упасть со стула.
— Спрашивай.
— Почему ваш кот так на меня смотрит? — она медленно указала на кошака, чьи глаза были широко раскрыты, а зрачки сильно расширены.
— Петя, цыц! — топнул ногой дядька Задорнов. Кот недоумевающе уставился на хозяина. — Ко мне иди.
Котяра негромко мяукнул, но всё же залез к сатирику на колени.
— А нам Джефф говорил, что вы дьявольски злой! — с набитым ртом вдруг сказала Джилл.
— Тогда он у меня попляшет! — улыбнулся Михаил Задорнов.
— Знаешь, пап, — обратилась к нему дочурка. — У тебя особый талант дружится с маньяками!
— И не говори! — согласился писатель. — А ещё во мне живёт Мессинг…
Уже в который раз, план Слендермена, по ликвидации сатирика Задорнова, с треском провалился. Но Безликий не намерен сдаваться. Как говорят: если хочешь что-то сделать — сделай это сам!
Глава 7. Сдружились Безликие и Задорновы
Слендермен внимательно наблюдал за Задорновым через окно. Тот его пока не видел, что Палочнику было на руку. Рядышком копошились братья и несколько прокси — Хантер, Грейс и Кэт Хантер.— Когда мы уже зайдём? — Оффендер теребил розу (не в том смысле товарищи-извращенцы!), уже не зная куда себя девать, так ему не терпелось познакомиться с дочкой сатирика. — Мои розы не могут больше ждать!
— Тише, ты! — шикнул на него Слендер, видя как писатель подходит к окну. — Ложись!
Братья затарились на крышу, а прокси спрятались за деревья.
— Что ты там увидел? — поинтересовалась у него жена.
— Ветки бьются об окно. — Просто ответил он. — Мой внутренний Мессинг говорит мне, что следует подготовиться.
Дядя Миша пошёл за листками, с шутками и записями.
— Так, забираемся в квартиру по моей команде. — Скомандовал Оффендер. — Раз. Два. Три!
Все четверо попытались ворваться в дом, но помешал небольшой размер окна.
— Ай, ска, ты мне ногу защемил! — тихо взревел Офф, пытаясь протащить свой зад дальше.
— По-легче ребята! — протискивался Трендер.
— Давайте я вам помогу! — поднатужился Тендермен.
Страница 13 из 34
