Хотите верьте, хотите нет, но одним тихим (если можно так выразится) вечером столицы — Москвы, произошли события… достаточно странного характера. Короче, как наш русский сатирик Задорнов промывал маньякам мозги.
Добавить в моё избранное
111 мин, 6 сек 3035
— Младших вперёд! — заверещал Сплендор, кое-как просовываясь через окошко.
Слендер, тем временем телепортировал своих прокси в дом Задорнова.
— Что за чертовщина! — Безликий уставился на застрявших в окне братьев. — Ну туп-ы-ые! — прошипел он, безнадёжно качая головой.
— Эй, прошу не плагиатить! — раздался сзади голос Михаила Николаевича.
— Вы! — Слендермен грозно разинул пасть, из его спины вылезли щупальца. — Взять его! — скомандовал он своим прокси.
Дуэт послушно накинулась на писателя. Но тот был готов. Отпрыгнув в сторону, он принялся ходить на руках (Для тех кто в это не верит — я сама видела, как сатирик на руках ходит…
Прокси ошарашенно остолбенели.
— Ни ха себе! — Оффендер был шокирован. Теперь ему не так хотелось приближаться к Задорнову.
Слендермен рыкнул и набросился на, надоевшего ему, писателя.
Если бы он знал,
Что мадам Швабра так сильна.
Не так горька
Была б его судьба!
Палочник получил точно в лобешник. Но ударил его не сам Михаил Николаевич, а его дочурка Лена.
— Ты вовремя! — кивнул ей дядька Миша, вставая обратно на ноги.
— Твоя школа! — подмигнула она папаше.
Но Безликого это не остановило. Он издал чудовищный рык, от которого даже его заместителям стало не по себе и выпустив все конечности, обхватил ими Задорнова и исчез…
Уже в лесу, дядя Миша вдруг осознал всю свою беспомощность перед «хозяином». Идти ему мешал страх, внезапно накативший на него.
— Да уж — я попал. Допрыгался ты, Задорнов!
Много ли, мало ли прошёл писатель, да нашёл спасительные вещицы — фонарик, камера и странная записка, на которой был нарисован длиннорукий человек, в окружении ёлок.
— Если он это рисовал, то он душой ребёнок. — Хмыкнул писатель, успокаиваясь.
Но он слишком рано радовался.
Собрав ещё четыре «каляки-маляки», Михаил Николаевич увидел вдалеке фигуру Слендера. Камера послушно зарябила.
— Господин Слендермен, вы не любите папарацци? — ухмыльнулся сатирик, удирая в противоположную сторону…
Тем временем у Задорновых…
После жестокой бойни воцарилась повседневно-мирная обстановка.
— А всё-таки, ваша ночная рубашка подчёркивает цвет ваших глаз. — Удовлетворено протянул Трендермен, осматривая шкаф жёнушки писателя и, время от времени, выбрасывая из него какие-нибудь вещи с недовольным бурчанием.
— Розу? — Оффендри уже принялся втюхивать дочурке Лене свой подарочек.
— А по мозгам? — она угрожающе замахивалась сковородой.
— Хотите фокус? — по-детски спросил Спленди.
— Кому чаю? — показался из кухни Тендер.
— Где у вас зеленка, о которой нам Джеки столько говорил? — спросил Хантер, потирая шишку на лбу.
— В холодильнике. — Ответила Елена-старшая, забинтовывая Кэту исцарапанную руку. — В следующий раз, Диего, прошу так не кувыркаться!
— С россиянами я так точно делать больше не буду. — Согласно кивнул прокси, подмигивая Грейс.
Она смущённо улыбнулась.
— Что за… АААААА! — завопил из кухни Хантер. — БЕШЕНЫЙ КОТ! УБЕРИТЕ ЕГО ОТ МЕНЯ!
— Он сказал «бешеный кот»? — вскочил парень, бросаясь на кухню. — Я спасу тебя, друг!
Последовали дикие визги, причём не понятно — то ли кота, то ли человека.
— Они там фарш что-ли делают? — недоумевала женщина, прокручивая в голове сотню различных вариантов действия событий.
Шум сразу затих. Наступила гробовая тишина.
— Хоть бы Петя их не сильно покалечил… — забеспокоилась Лена-младшая.
И вот… Из кухни с видом героя вышел Диего, держа на руках успокоенного рыжего кота. Прямо за ним плёлся Хант, держа заветную баночку зелёнки…
Все бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут — а он им светит! — горланил Михаил Николаевич, удирая от разъярённого Слендермена и попутно собирая розу. — Все бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут — а он горит!
Тонкому изрядно надоела погоня, поэтому он всем своим существом хотел уже прикончить гадкого писателя и как можно скорее.
Но вот, дядя Миша увидел на горизонте последнюю записку.
— Россия — священная наша держава! — запел гимн Российской федерации сатирик, подсознательно надеясь, что это ему поможет. — Россия — любимая наша страна…
Пока он пел…
— Может всё-таки возьмёшь розу! — настаивал Офф, делая милое выражение «лица».
— Ну уж нет! Знаю я вас, маньяков! Изнасилуешь, а потом обо мне и не вспомнишь!
— Я не такой! — замурлыкал насильник, всё суя ей розу.
— Тенди! — позвала она сверхзаботливого безликого. — Принеси мне молоток. Да по-тяжелее!
— Сию секунду! — радостно пропел тот, убедившись что хоть кому-то он нужен.
Слендер, тем временем телепортировал своих прокси в дом Задорнова.
— Что за чертовщина! — Безликий уставился на застрявших в окне братьев. — Ну туп-ы-ые! — прошипел он, безнадёжно качая головой.
— Эй, прошу не плагиатить! — раздался сзади голос Михаила Николаевича.
— Вы! — Слендермен грозно разинул пасть, из его спины вылезли щупальца. — Взять его! — скомандовал он своим прокси.
Дуэт послушно накинулась на писателя. Но тот был готов. Отпрыгнув в сторону, он принялся ходить на руках (Для тех кто в это не верит — я сама видела, как сатирик на руках ходит…
Прокси ошарашенно остолбенели.
— Ни ха себе! — Оффендер был шокирован. Теперь ему не так хотелось приближаться к Задорнову.
Слендермен рыкнул и набросился на, надоевшего ему, писателя.
Если бы он знал,
Что мадам Швабра так сильна.
Не так горька
Была б его судьба!
Палочник получил точно в лобешник. Но ударил его не сам Михаил Николаевич, а его дочурка Лена.
— Ты вовремя! — кивнул ей дядька Миша, вставая обратно на ноги.
— Твоя школа! — подмигнула она папаше.
Но Безликого это не остановило. Он издал чудовищный рык, от которого даже его заместителям стало не по себе и выпустив все конечности, обхватил ими Задорнова и исчез…
Уже в лесу, дядя Миша вдруг осознал всю свою беспомощность перед «хозяином». Идти ему мешал страх, внезапно накативший на него.
— Да уж — я попал. Допрыгался ты, Задорнов!
Много ли, мало ли прошёл писатель, да нашёл спасительные вещицы — фонарик, камера и странная записка, на которой был нарисован длиннорукий человек, в окружении ёлок.
— Если он это рисовал, то он душой ребёнок. — Хмыкнул писатель, успокаиваясь.
Но он слишком рано радовался.
Собрав ещё четыре «каляки-маляки», Михаил Николаевич увидел вдалеке фигуру Слендера. Камера послушно зарябила.
— Господин Слендермен, вы не любите папарацци? — ухмыльнулся сатирик, удирая в противоположную сторону…
Тем временем у Задорновых…
После жестокой бойни воцарилась повседневно-мирная обстановка.
— А всё-таки, ваша ночная рубашка подчёркивает цвет ваших глаз. — Удовлетворено протянул Трендермен, осматривая шкаф жёнушки писателя и, время от времени, выбрасывая из него какие-нибудь вещи с недовольным бурчанием.
— Розу? — Оффендри уже принялся втюхивать дочурке Лене свой подарочек.
— А по мозгам? — она угрожающе замахивалась сковородой.
— Хотите фокус? — по-детски спросил Спленди.
— Кому чаю? — показался из кухни Тендер.
— Где у вас зеленка, о которой нам Джеки столько говорил? — спросил Хантер, потирая шишку на лбу.
— В холодильнике. — Ответила Елена-старшая, забинтовывая Кэту исцарапанную руку. — В следующий раз, Диего, прошу так не кувыркаться!
— С россиянами я так точно делать больше не буду. — Согласно кивнул прокси, подмигивая Грейс.
Она смущённо улыбнулась.
— Что за… АААААА! — завопил из кухни Хантер. — БЕШЕНЫЙ КОТ! УБЕРИТЕ ЕГО ОТ МЕНЯ!
— Он сказал «бешеный кот»? — вскочил парень, бросаясь на кухню. — Я спасу тебя, друг!
Последовали дикие визги, причём не понятно — то ли кота, то ли человека.
— Они там фарш что-ли делают? — недоумевала женщина, прокручивая в голове сотню различных вариантов действия событий.
Шум сразу затих. Наступила гробовая тишина.
— Хоть бы Петя их не сильно покалечил… — забеспокоилась Лена-младшая.
И вот… Из кухни с видом героя вышел Диего, держа на руках успокоенного рыжего кота. Прямо за ним плёлся Хант, держа заветную баночку зелёнки…
Все бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут — а он им светит! — горланил Михаил Николаевич, удирая от разъярённого Слендермена и попутно собирая розу. — Все бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут — а он горит!
Тонкому изрядно надоела погоня, поэтому он всем своим существом хотел уже прикончить гадкого писателя и как можно скорее.
Но вот, дядя Миша увидел на горизонте последнюю записку.
— Россия — священная наша держава! — запел гимн Российской федерации сатирик, подсознательно надеясь, что это ему поможет. — Россия — любимая наша страна…
Пока он пел…
— Может всё-таки возьмёшь розу! — настаивал Офф, делая милое выражение «лица».
— Ну уж нет! Знаю я вас, маньяков! Изнасилуешь, а потом обо мне и не вспомнишь!
— Я не такой! — замурлыкал насильник, всё суя ей розу.
— Тенди! — позвала она сверхзаботливого безликого. — Принеси мне молоток. Да по-тяжелее!
— Сию секунду! — радостно пропел тот, убедившись что хоть кому-то он нужен.
Страница 14 из 34
