Сердце корабля

Уилл Тернер стоял на носу Летучего Голландца и смотрел вдаль. Раз за разом он прокручивал в голове события своей недолгой, но довольно насыщенной жизни. Сын пирата, он всегда презирал подобных людей, но волей судьбы сам стал пиратом. Желая спасти отца из ловушки вечного рабства на корабле-призраке, сам угодил в еще худшую, став бессмертным капитаном Летучего Голландца. Всю жизнь, любя единственную девушку, свою Элизабет. Сначала, возведя ее на недосягаемый пьедестал, он любил ее, молча и безнадежно, а позже разглядел в своей богине живую женщину, но так и не смог признать в ней недостатков. Он смог добиться ответных чувств, но потерял ее на следующий же день после того, как смог назвать своей.

Вот уже полтора года прошло с того момента, как Джек его рукой пронзил сердце Дэйви Джонса, спасая и губя одновременно. И на день меньше, как он видел Элизабет. До их следующей встречи остается чуть меньше девяти лет, а он уже сейчас не знает, нужна ли эта встреча. Ирония в том, что он вполне может расспрашивать души, которые переправляет в другой мир, так что более или менее в курсе того, что происходит. В то время как никто — ни любимая, ни друзья не знают о нем ничего.

Отец был прав, говоря, что каждый шаг к его освобождению — это шаг от нее. Когда первая эйфория от победы, хоть и таким способом, прошла, он еще какое-то время верил, что сможет построить свою жизнь так, как хочет сам, пусть и с ограничениями. Теперь же становилось ясно, что все его мечты так мечтами и останутся.

Нет, он не злился на Элизабет, он понимал, как тяжело ей было. У него была новая жизнь на Голландце, у Джека была Жемчужина и команда, а она осталась одна, на берегу, без надежды. Вернувшись в Порт-Рояль, в пустой дом, где нет отца, который всегда поддержит любимую дочь, какой бы взбалмошной не была ее затея. Который никогда не упрекнет сам, как и не позволит другим злословить ее каким-либо образом. Сейчас она поняла, какой стеной был для нее отец.

Конечно, в глаза ей ничего не говорили, возможно, потому что жалели. Но отношение к ней в изысканном обществе Порт-Рояля стало не самым лучшим. Она не сразу поняла это, так как первое время была слишком погружена в себя и свои переживания. А потом, очнувшись, заметила, что кроме общегородских праздников, ее никуда ни приглашают, а некоторые бывшие подруги при случайных встречах общаются с некоторым пренебрежением. Из признанной принцессы общества Порт-Рояля она стала хоть и не парией, но где-то на самом краю. Да и какое могло быть отношение к юной девушке, несколько месяцев пропадавшей неизвестно где, при том, что все точно знали, что у нее в приятелях пираты.

В осознании этого прошло еще несколько месяцев. Объяснив тоской по отцу, нежелание жить в доме, где была так счастлива, Элизабет, собрав вещи и сдав в аренду дом, перебралась на один из соседних островов и стала жить там практически в одиночестве. Хотя тут отношение к ней местных жителей было не в пример лучше. Возможно, потому что к жизни они относились намного проще. Наследства, оставленного ей отцом, хватало на безбедное существование, так что после хлопот, связанных с переездом, дни ее опять стали пусты и тоскливы.

Наверное, в это время она много думала, насколько правильно было связывать свою жизнь с ним, с Уильямом Тернером. Капитаном, который не приплывет к ней еще девять лет.

Узнавая такое о жизни своей любимой, Уильям всей душой ненавидел оковы, пленившие его Летучим Голландцем. И корабль чувствовал это. Если в тот момент, когда он только стал капитаном, он блестел, как новенький, только что вышедший из доков, то теперь, как бы ни старались матросы, становилось все сложнее чинить постоянно рвавшиеся паруса и отдирать темнеющие палубу и трюмы.

Капитан был сердцем корабля, а когда сердце болело, болел и корабль.

А через год в жизни Элизабет опять появился Джек. Как всегда, принеся с собой запах морского ветра и чувство бескрайней свободы. Он ворвался в ее жизнь, пробудив ото сна.

Сначала Уилл даже обрадовался его появлению. Он надеялся, что Джек сможет помочь Элизабет прорваться сквозь ту пучину отчаянья, в которую она погружалась с каждым днем все больше.

И Джек смог это сделать. Не сразу, но постепенно, появляясь и исчезая, загадывая загадки, будя ее страсть к приключениям. Взбудораживая весь маленький городок, в котором жила Элизабет, местные жители которого отнеслись к нему крайне благосклонно. Ведя себя то как лорд в двадцатом поколении, то как бродяга-разбойник, Джек смог зажечь в ее глазах желание жить дальше, а не существовать изо дня в день.

И Уильям был счастлив за свою любимую. Настолько счастлив, что делясь радостными новостями с отцом, не замечал его неодобрительно поджатые губы и осторожные предупреждения. Хотя в другое время Прихлоп едва ли не боготворил своего сына, считая того правым почти во всем.

Уилл забыл, что Джек всегда был более чем неравнодушен к прекрасной мисс Суонн.