Гевара де ла Серна Эрнесто (Че) (1928-1967) латиноамериканский революционер, один из руководителей Кубинской революции… После победы революции Че Гевара занимал в руководстве Кубы престижные должности, но после шести лет административной работы заскучал по боевой романтике и отпросился у Фиделя Кастро делать революцию в соседних странах.
Добавить в моё избранное
5 мин, 52 сек 14669
У него было выражение человека, потерявшего всякую надежду выжить. Ни один мускул не пошевелился на его лице, но само лицо стало бледным, как лист бумаги. — Может, так и лучше, Феликс, я никогда не должен был попадаться живым. Я продолжал смотреть на него. Напротив сидел мой враг, с которым я боролся столько времени. И тем не менее я не чувствовал ненависти к нему. Я испытывал почти восхищение. Он вытащил свою трубку. — Мне бы хотелось подарить этому солдату свою трубку, поскольку он со мной хорошо обращался, — сказал Че. В комнату влетел сержант Марио Теран, который, вероятно, подслушивал нас. — Капитан! Я хочу эту трубку, я хочу!— закричал он. Че тут же спрятал трубку на груди: — Нет-нет, не вам. Вам я не дам эту трубку. Я приказал Терану выйти из комнаты. — Но я хочу трубку, — настаивал он. — Вон отсюда, — рявкнул я. Че все еще держал трубку у себя на груди. Я посмотрел на него. — Вы хотите отдать ее мне, команданте? — спросил я. Он подумал несколько секунд: — Да, вам. — Команданте, — сказал я,-вы хотите, чтобы я что-либо передал вашей семье, если мне представится такая возможность? Какое-то время он провел в молчании и наконец сказал: — Да. Скажите Фиделю, что революция скоро победит во всей Америке. И еще передайте моей супруге, чтобы она выходила замуж и была счастлива.
Как-то спонтанно он протянул мне руку и крепко обнял меня. Это было объятие человека, который знал, что находится на волосок от смерти. Затем он отступил на шаг и вытянулся. Он думал, что именно я буду его палачом. Я подошел к нему и точно так же обнял его, затем отошел. Никто из нас двоих больше не произнес ни слова.
Я посмотрел на сержанта Терана и отдал ему приказание: — Сержант, расстреляйте его, но помните: по радио уже передали, что он умер в бою от ран. Стреляйте, пожалуйста, в туловище, ни в коем случае в лицо.
Затем я поднялся на холм, где находился мой командный пункт, и стал сочинять радиопослание в штаб-квартиру ЦРУ. В этот момент я услышал короткую очередь из карабина М-2. Все было закончено. Че был мертв. Я посмотрел на часы: стрелки показывали десять минут второго«.»
Трубка Че Гевары и остатки его табака до сих пор хранятся у Феликса Родригеса в его доме на северной окраине Майами. Сразу же после смерти Че Гевары Фидель Кастро назначил огромную сумму за голову Родригеса, но пока что бывший агент ЦРУ остается неуязвимым для кубинской разведки.
*Имеется в виду высадка кубинских эмигрантов в районе Плая-Хирон для вооруженной борьбы с режимом Ф. Кастро
Как-то спонтанно он протянул мне руку и крепко обнял меня. Это было объятие человека, который знал, что находится на волосок от смерти. Затем он отступил на шаг и вытянулся. Он думал, что именно я буду его палачом. Я подошел к нему и точно так же обнял его, затем отошел. Никто из нас двоих больше не произнес ни слова.
Я посмотрел на сержанта Терана и отдал ему приказание: — Сержант, расстреляйте его, но помните: по радио уже передали, что он умер в бою от ран. Стреляйте, пожалуйста, в туловище, ни в коем случае в лицо.
Затем я поднялся на холм, где находился мой командный пункт, и стал сочинять радиопослание в штаб-квартиру ЦРУ. В этот момент я услышал короткую очередь из карабина М-2. Все было закончено. Че был мертв. Я посмотрел на часы: стрелки показывали десять минут второго«.»
Трубка Че Гевары и остатки его табака до сих пор хранятся у Феликса Родригеса в его доме на северной окраине Майами. Сразу же после смерти Че Гевары Фидель Кастро назначил огромную сумму за голову Родригеса, но пока что бывший агент ЦРУ остается неуязвимым для кубинской разведки.
*Имеется в виду высадка кубинских эмигрантов в районе Плая-Хирон для вооруженной борьбы с режимом Ф. Кастро
Страница 2 из 2
