Фандом: Гарри Поттер. Криденс, бегать и прятаться от него — это всегда жить в страхе. Я не хочу так, — Грейвз покачал головой. — Я хочу вернуться с тобой в Нью-Йорк. Показать тебе свой дом. Отвести тебя на Юникорн-Лейн. Я хочу выполнить своё обещание и забрать тебя с собой. В настоящий мир. Ради этого стоит рискнуть.
Добавить в моё избранное
112 мин, 49 сек 21665
Вы мне — я вам. И всё такое.
Выйдя из его кабинета, Грейвз взглядом поднял Криденса с диванчика в приёмной и кивнул следовать за собой.
— Артур Криденс Уэйнрайт, — прочёл Криденс.
— Это твоё новое имя, — сказал Грейвз, поднимая бокал с вином.
В Министерстве Магии были кофейни… и он хотел, не тратя время, поужинать в одной из них… но разноголосая толпа волшебников и волшебниц в мантиях и, Мерлин, остроконечных колпаках, вызывала в нём раздражение. Никакого сравнения с хорошим не-мажеским рестораном — тихая музыка, горящие свечи, официанты в белых куртках и превосходно одетые люди, куда ни брось взгляд.
— Документы настоящие. Если кто-то и станет искать Криденса Бэрбуона, то Артура Уэйнрайта — нет. Если он ничего не натворит, — Грейвз усмехнулся.
— Вы будете называть меня Артур? — нерешительно спросил тот, закрывая американский паспорт. Брови страдальчески поползли вверх, будто он получил подарок, который не мог принять, от человека, которому не мог отказать.
— Конечно, нет, — тихо сказал Грейвз. — Другие — будут. Но для меня ты всегда будешь — Криденс.
Тот выдохнул с явным облегчением, улыбнулся. Аккуратно вложил паспорт обратно в конверт, к новому магическому удостоверению личности на то же имя.
— А почему — Артур? — с любопытством спросил он и тоже взял бокал. Красного вина там было немного — всего на пару глотков. Персиваль решил приучать Криденса к алкоголю постепенно, с чего-то достаточно лёгкого.
— У меня бедное воображение, — признался он. — Я просто взял своё второе имя. И девичью фамилию прабабки.
У Криденса задрожала рука, он опустил бокал.
— Ваше второе имя? — повторил он, нервно облизнув губы.
— Персиваль Артур, — Грейвз пожал плечами, будто обладать таким именем было неловко. — У родителей были двойные имена, они решили и мне дать такое же.
Криденс опустил руки и сжал ладони между коленями, заморгал.
— Тебе не нравится? — удивился Грейвз.
— Очень… нравится, — выдохнул тот, подозрительно блестя глазами. — А… нельзя было… чтобы у меня была ваша фамилия тоже?
— Для этого мне пришлось бы тебя усыновить, — серьёзно сказал тот. — В Америке нет других Грейвзов среди магов. Только я. Это слишком заметная фамилия.
— Я был бы не против, — прошептал Криденс, — быть Артуром Грейвзом.
— Я против, — сказал Персиваль. — Я не хочу, чтобы мы были связаны такими узами. Я не могу и не хочу даже формально называться твоим отцом. Наши отношения совершенно другого рода.
Криденс выдохнул, опустил глаза и кивнул.
— Я понимаю…
— А вот стать твоим опекуном я могу, — сказал Грейвз. — Ты не считаешься полностью совершеннолетним, пока тебе не исполнится двадцать один год. Я и так отвечаю за тебя. Если мы проведём ритуал, ничего не изменится.
— А потом? — быстро спросил Криденс, поднимая глаза. — Когда мне исполнится двадцать один, что будет тогда?
— Ничего, кроме того, что ты станешь совершеннолетним, а я перестану считаться опекуном, — улыбнулся Грейвз. — Больше ничего не изменится.
— Я согласен, — торопливо сказал Криденс. — Я хочу.
— Вот и отлично, — Грейвз показал глазами на бокал. — Бери. Нам есть, что отметить сегодня.
Вино было сладковатым и лёгким. Криденс облизнулся, пытаясь распробовать вкус, отпил ещё.
— Ритуалами такого рода в мире магов обычно занимаются гоблины, — сказал Грейвз. — Есть кланы банкиров, юристов, архивариусов. Это серьёзные ребята. Здесь, в Лондоне, этим занимается семья Горралам. Встретимся с ними сегодня.
— Какой это ритуал? — с любопытством спросил Криденс.
— Я принесу обет заботиться о тебе, — сказал Грейвз. — Ничего сложного, никакой кровавой магии, — он улыбнулся.
— Я знаю, что такое обет, — сказал Криденс. — А что мне надо будет делать?
— Ничего. От тебя ничего не потребуется. Ты можешь просто присутствовать. Если хочешь, — поддразнил Грейвз. Криденс чуть не обиделся — надул губы, будто ему пообещали мешок леденцов, а те оказались со вкусом какой-нибудь дряни. Но разулыбался, глядя на молча смеющегося Грейвза.
На улице Грейвз ненадолго притормозил возле дверей, чтобы вытащить сигарету. Криденс стоял рядом, нетерпеливо покачиваясь на каблуках.
— Персиваль! Приятно видеть вас в добром здравии!
Грейвз вскинул голову, похолодев: перед ним стоял Талиесин Эйвери. В светлом костюме, с подвитыми волосами, на которых в свете фонарей мерцала какая-то пыльца — видимо, он недавно покинул бал фейри. Грейвз машинально протянул ему руку. Криденс за спиной внезапно затих.
— Представите меня… вашему спутнику? — радостная улыбка сползла с точёных губ Эйвери, он усилием воли вернул её обратно.
Грейвз оглянулся на Криденса. Тот смотрел на Талиесина с затравленной ненавистью. Губы у него подёргивались, глаза заволакивало белым.
Выйдя из его кабинета, Грейвз взглядом поднял Криденса с диванчика в приёмной и кивнул следовать за собой.
— Артур Криденс Уэйнрайт, — прочёл Криденс.
— Это твоё новое имя, — сказал Грейвз, поднимая бокал с вином.
В Министерстве Магии были кофейни… и он хотел, не тратя время, поужинать в одной из них… но разноголосая толпа волшебников и волшебниц в мантиях и, Мерлин, остроконечных колпаках, вызывала в нём раздражение. Никакого сравнения с хорошим не-мажеским рестораном — тихая музыка, горящие свечи, официанты в белых куртках и превосходно одетые люди, куда ни брось взгляд.
— Документы настоящие. Если кто-то и станет искать Криденса Бэрбуона, то Артура Уэйнрайта — нет. Если он ничего не натворит, — Грейвз усмехнулся.
— Вы будете называть меня Артур? — нерешительно спросил тот, закрывая американский паспорт. Брови страдальчески поползли вверх, будто он получил подарок, который не мог принять, от человека, которому не мог отказать.
— Конечно, нет, — тихо сказал Грейвз. — Другие — будут. Но для меня ты всегда будешь — Криденс.
Тот выдохнул с явным облегчением, улыбнулся. Аккуратно вложил паспорт обратно в конверт, к новому магическому удостоверению личности на то же имя.
— А почему — Артур? — с любопытством спросил он и тоже взял бокал. Красного вина там было немного — всего на пару глотков. Персиваль решил приучать Криденса к алкоголю постепенно, с чего-то достаточно лёгкого.
— У меня бедное воображение, — признался он. — Я просто взял своё второе имя. И девичью фамилию прабабки.
У Криденса задрожала рука, он опустил бокал.
— Ваше второе имя? — повторил он, нервно облизнув губы.
— Персиваль Артур, — Грейвз пожал плечами, будто обладать таким именем было неловко. — У родителей были двойные имена, они решили и мне дать такое же.
Криденс опустил руки и сжал ладони между коленями, заморгал.
— Тебе не нравится? — удивился Грейвз.
— Очень… нравится, — выдохнул тот, подозрительно блестя глазами. — А… нельзя было… чтобы у меня была ваша фамилия тоже?
— Для этого мне пришлось бы тебя усыновить, — серьёзно сказал тот. — В Америке нет других Грейвзов среди магов. Только я. Это слишком заметная фамилия.
— Я был бы не против, — прошептал Криденс, — быть Артуром Грейвзом.
— Я против, — сказал Персиваль. — Я не хочу, чтобы мы были связаны такими узами. Я не могу и не хочу даже формально называться твоим отцом. Наши отношения совершенно другого рода.
Криденс выдохнул, опустил глаза и кивнул.
— Я понимаю…
— А вот стать твоим опекуном я могу, — сказал Грейвз. — Ты не считаешься полностью совершеннолетним, пока тебе не исполнится двадцать один год. Я и так отвечаю за тебя. Если мы проведём ритуал, ничего не изменится.
— А потом? — быстро спросил Криденс, поднимая глаза. — Когда мне исполнится двадцать один, что будет тогда?
— Ничего, кроме того, что ты станешь совершеннолетним, а я перестану считаться опекуном, — улыбнулся Грейвз. — Больше ничего не изменится.
— Я согласен, — торопливо сказал Криденс. — Я хочу.
— Вот и отлично, — Грейвз показал глазами на бокал. — Бери. Нам есть, что отметить сегодня.
Вино было сладковатым и лёгким. Криденс облизнулся, пытаясь распробовать вкус, отпил ещё.
— Ритуалами такого рода в мире магов обычно занимаются гоблины, — сказал Грейвз. — Есть кланы банкиров, юристов, архивариусов. Это серьёзные ребята. Здесь, в Лондоне, этим занимается семья Горралам. Встретимся с ними сегодня.
— Какой это ритуал? — с любопытством спросил Криденс.
— Я принесу обет заботиться о тебе, — сказал Грейвз. — Ничего сложного, никакой кровавой магии, — он улыбнулся.
— Я знаю, что такое обет, — сказал Криденс. — А что мне надо будет делать?
— Ничего. От тебя ничего не потребуется. Ты можешь просто присутствовать. Если хочешь, — поддразнил Грейвз. Криденс чуть не обиделся — надул губы, будто ему пообещали мешок леденцов, а те оказались со вкусом какой-нибудь дряни. Но разулыбался, глядя на молча смеющегося Грейвза.
На улице Грейвз ненадолго притормозил возле дверей, чтобы вытащить сигарету. Криденс стоял рядом, нетерпеливо покачиваясь на каблуках.
— Персиваль! Приятно видеть вас в добром здравии!
Грейвз вскинул голову, похолодев: перед ним стоял Талиесин Эйвери. В светлом костюме, с подвитыми волосами, на которых в свете фонарей мерцала какая-то пыльца — видимо, он недавно покинул бал фейри. Грейвз машинально протянул ему руку. Криденс за спиной внезапно затих.
— Представите меня… вашему спутнику? — радостная улыбка сползла с точёных губ Эйвери, он усилием воли вернул её обратно.
Грейвз оглянулся на Криденса. Тот смотрел на Талиесина с затравленной ненавистью. Губы у него подёргивались, глаза заволакивало белым.
Страница 28 из 33
