Фандом: Гарри Поттер. Война давно позади, но не все успели насладиться холодным блюдом — местью.
Добавить в моё избранное
18 мин, 56 сек 617
Я, конечно, дура, что сразу не сообразила в чём дело…
— Не вини себя!
— Да брось, Дель, дура и есть! Как я могла не понять, что он под Империусом?! Все признаки же на лицо!
Люпин шокированно застыл, забыв даже поинтересоваться, когда и где Гойл доводилось видеть действие третьего непростительного, но слишком уж скандальной была информация.
— Ты уверена?! — срывающимся голосом всё же спросил он.
— А у тебя есть иное объяснение? Внезапная глухота и равнодушие, стеклянный взгляд, бессмысленные на первый взгляд действия — что это, если не Империус?!
— В Хогвартсе установлены амулеты, реагирующие на непростительные, — озвучил Эдвард всем известный факт.
— Что-то я не увидел отряд авроров ни в тот день, ни в следующие, — язвительно заметил Забини.
— Но это значит… — Люпин замер, не в силах произнести вслух пришедшую на ум догадку.
— Да мы сами поверить не можем, — утешительно тронула его плечо Аделина. — Но других версий, объясняющих, как такое могло случиться, у нас просто нет.
— Мне нужно подумать, — вибрирующим от напряжения голосом сказал Люпин, вставая.
— Может, всё же пора связываться с твоим отцом?
Эдвард бросил взгляд на Забини и неопределённо мотнул головой:
— Дайте мне час.
Покинув гостиную Слизерина, Эдвард сделал несколько шагов по коридору и остановился в растерянности. В том, что Гарри должен обо всём узнать как можно скорее, он уже не сомневался. Достав волшебную палочку, он сосредоточился, вызывая Патронуса. Надиктовав сообщение, он сделал пасс…
Ничего не произошло.
Он повторил попытку, но результат не изменился: Патронус не сдвинулся с места.
Ментальная тишина — так назывались чары, препятствующие отправке сообщений с помощью магии. Эдвард знал это заклинание, но… во всём Аврорате лишь Поттеру они были по силам, а ведь коллеги вовсе не были магическими слабаками.
Так кто же наложил чары на Хогвартс?
Не став так быстро сдаваться, Эдвард направился прочь из замка, рассчитывая всё же отправить послание. Надежда не оправдалась ни на ступенях у главного входа, ни на полпути к Хогсмиду, ни у ограды… Пароль от ворот же вовсе не сработал.
Подозрения стали трансформироваться в уверенность.
Кто имеет ключи от управляющих защитой школы артефактов?
Кто постарался скрыть информацию о происшествиях на территории Хогвартса?
Но зачем тогда МакГонагалл пришла в Аврорат?
Мысли проносились в голове кометами, бомбили мозг астероидами, жалили метеоритным дождём. Пока не взорвалась сверхновая — идея, объясняющая на первый взгляд всё.
МакГонагалл — не МакГонагалл.
Эдвард выругался в голос, благо заснеженная территория была пустынна, и некому было осуждающе хмуриться. Все несоответствия, что он замечал, стали кирпичами-уликами. Эмоциональность там, где МакГонагалл бы сохранила невозмутимость. Холодность там, где МакГонагалл бы взорвалась. Не свойственные настоящей Минерве фразы… И то, что Люпин едва знал директора — не оправдание! Он должен был прислушаться к интуиции!
В совятню он даже не стал соваться, и так было очевидно, что в лучшем случае почта перлюстрируется. Он шёл в гостиную Слизерина с твёрдым намерением найти способ связаться с внешним миром, но снова остановился.
К чему такие сложности? Уж что-то, а играть роли он умел превосходно.
— Профессор, вы что, не почувствовали Тёмную магию?! — он ворвался в директорский кабинет с перекошенным лицом. — Скорее! Я сам не справлюсь!
МакГонагалл вскочила из-за стола с почти искренним волнением:
— Что случилось? Вы что-то узнали?
Но теперь он отчётливо увидел фальшь.
— Нет… на меня напали! Профессор! Круциатус! Скорее, мы должны вернуться…
Минерва шагнула к лестнице, и Эдвард невозмутимо ударил ей в спину парализатором. Директор без звука рухнула лицом вниз.
— Как же ты догадался, что это была не Минерва? — спросил Гарри, от волнения позабывший о чае, что остывал у него перед носом.
— Я столько слышал о ней от вас всех, что самому и знать её не нужно было, чтобы представить, как бы Минерва МакГонагалл повела себя в той или иной ситуации, — пожал плечами Эдвард. — Я, конечно, сплоховал в начале… не надо было идти у неё на поводу и в тайне ото всех отправляться в Хогвартс, но, Гарри, как она играла!
— Да уж, кто бы мог подумать, что престарелая Лолита отважится на подобный шаг на старости лет, — покачал головой Поттер. — И ведь ей всё могло сойти с рук!
— Не могло, — усмехнулся Люпин. — Промедли мы, её бы слизеринцы вывели на чистую воду, — Гарри что-то буркнул, и он настойчиво повторил: — Слизеринцы сразу заподозрили директора. Алу повезло с друзьями, Гарри. Что бы мы с тобой ни думали про этих детей, они не в ответе за грехи родителей. Все трое достойные ребята, так что…
— Не вини себя!
— Да брось, Дель, дура и есть! Как я могла не понять, что он под Империусом?! Все признаки же на лицо!
Люпин шокированно застыл, забыв даже поинтересоваться, когда и где Гойл доводилось видеть действие третьего непростительного, но слишком уж скандальной была информация.
— Ты уверена?! — срывающимся голосом всё же спросил он.
— А у тебя есть иное объяснение? Внезапная глухота и равнодушие, стеклянный взгляд, бессмысленные на первый взгляд действия — что это, если не Империус?!
— В Хогвартсе установлены амулеты, реагирующие на непростительные, — озвучил Эдвард всем известный факт.
— Что-то я не увидел отряд авроров ни в тот день, ни в следующие, — язвительно заметил Забини.
— Но это значит… — Люпин замер, не в силах произнести вслух пришедшую на ум догадку.
— Да мы сами поверить не можем, — утешительно тронула его плечо Аделина. — Но других версий, объясняющих, как такое могло случиться, у нас просто нет.
— Мне нужно подумать, — вибрирующим от напряжения голосом сказал Люпин, вставая.
— Может, всё же пора связываться с твоим отцом?
Эдвард бросил взгляд на Забини и неопределённо мотнул головой:
— Дайте мне час.
Покинув гостиную Слизерина, Эдвард сделал несколько шагов по коридору и остановился в растерянности. В том, что Гарри должен обо всём узнать как можно скорее, он уже не сомневался. Достав волшебную палочку, он сосредоточился, вызывая Патронуса. Надиктовав сообщение, он сделал пасс…
Ничего не произошло.
Он повторил попытку, но результат не изменился: Патронус не сдвинулся с места.
Ментальная тишина — так назывались чары, препятствующие отправке сообщений с помощью магии. Эдвард знал это заклинание, но… во всём Аврорате лишь Поттеру они были по силам, а ведь коллеги вовсе не были магическими слабаками.
Так кто же наложил чары на Хогвартс?
Не став так быстро сдаваться, Эдвард направился прочь из замка, рассчитывая всё же отправить послание. Надежда не оправдалась ни на ступенях у главного входа, ни на полпути к Хогсмиду, ни у ограды… Пароль от ворот же вовсе не сработал.
Подозрения стали трансформироваться в уверенность.
Кто имеет ключи от управляющих защитой школы артефактов?
Кто постарался скрыть информацию о происшествиях на территории Хогвартса?
Но зачем тогда МакГонагалл пришла в Аврорат?
Мысли проносились в голове кометами, бомбили мозг астероидами, жалили метеоритным дождём. Пока не взорвалась сверхновая — идея, объясняющая на первый взгляд всё.
МакГонагалл — не МакГонагалл.
Эдвард выругался в голос, благо заснеженная территория была пустынна, и некому было осуждающе хмуриться. Все несоответствия, что он замечал, стали кирпичами-уликами. Эмоциональность там, где МакГонагалл бы сохранила невозмутимость. Холодность там, где МакГонагалл бы взорвалась. Не свойственные настоящей Минерве фразы… И то, что Люпин едва знал директора — не оправдание! Он должен был прислушаться к интуиции!
В совятню он даже не стал соваться, и так было очевидно, что в лучшем случае почта перлюстрируется. Он шёл в гостиную Слизерина с твёрдым намерением найти способ связаться с внешним миром, но снова остановился.
К чему такие сложности? Уж что-то, а играть роли он умел превосходно.
— Профессор, вы что, не почувствовали Тёмную магию?! — он ворвался в директорский кабинет с перекошенным лицом. — Скорее! Я сам не справлюсь!
МакГонагалл вскочила из-за стола с почти искренним волнением:
— Что случилось? Вы что-то узнали?
Но теперь он отчётливо увидел фальшь.
— Нет… на меня напали! Профессор! Круциатус! Скорее, мы должны вернуться…
Минерва шагнула к лестнице, и Эдвард невозмутимо ударил ей в спину парализатором. Директор без звука рухнула лицом вниз.
— Как же ты догадался, что это была не Минерва? — спросил Гарри, от волнения позабывший о чае, что остывал у него перед носом.
— Я столько слышал о ней от вас всех, что самому и знать её не нужно было, чтобы представить, как бы Минерва МакГонагалл повела себя в той или иной ситуации, — пожал плечами Эдвард. — Я, конечно, сплоховал в начале… не надо было идти у неё на поводу и в тайне ото всех отправляться в Хогвартс, но, Гарри, как она играла!
— Да уж, кто бы мог подумать, что престарелая Лолита отважится на подобный шаг на старости лет, — покачал головой Поттер. — И ведь ей всё могло сойти с рук!
— Не могло, — усмехнулся Люпин. — Промедли мы, её бы слизеринцы вывели на чистую воду, — Гарри что-то буркнул, и он настойчиво повторил: — Слизеринцы сразу заподозрили директора. Алу повезло с друзьями, Гарри. Что бы мы с тобой ни думали про этих детей, они не в ответе за грехи родителей. Все трое достойные ребята, так что…
Страница 5 из 6
