Фандом: Ориджиналы. В мире хвостатых есть свои условности.
8 мин, 13 сек 3332
— Что с тобой? — обеспокоенно спрашивает.
— Ничего, — ощущая, что щеки горят, ответила.
— Обычно так делают, когда больно… — задумчиво произнесла Астра.
Она подумала, что мне больно? И потому убирала руку? Это где она росла?
— Не только. Стонать можно и от удовольствия, — наблюдая, как Астра краснеет, произнесла. — Во всяком случае, моя очередь оставлять типаль. Забирайся и ложись на спину.
Кинув на меня немного испуганный взгляд, осторожно подвинула мой хвост, от прикосновения прошлись приятные мурашки, и упала, как надо, зажмурив глаза.
У меня появилась идеальная идея, где рисовать. На Астре ещё и шелковая рубашка. Одно удовольствие такую расстёгивать, чем я и занялась, только как можно медленней, не раскрывая того, что под ней. С каждой пуговичкой Астра бледнела и вздрагивала, но к последней немножко привыкла. Осторожно провожу от живота вверх, останавливаясь посередине груди.
— Ты не носишь лифчик? — улыбнувшись, спросила.
— Угу, — на секунду распахнув глаза, ответила Астра.
Там и оставила свою, с удовольствием наблюдая, как типаль расползается. Застёгивала тоже я, противясь желанию разорвать лёгкую ткань и посмотреть, что под ней. Не удержавшись, тронула основание хвоста.
Пока Астра снова заливалась краской, нагло облапала и осмотрела его. Небольшой, с пятьдесят сантиметров, чёрненький, тоненький и с густой кисточкой на конце. Прям неловко себя чувствую с моим за два метра, который поймали её руки. Из моих ловко выскользнул хвостик.
— Ты куда? — останавливая за руку, спросила.
— Пойду к себе, — кидая взгляд на окно, за которым небо темнело, ответила Астра.
— Останься, — заключая в объятия, попросила.
— Эм, хорошо, — позволяя себя остановить, согласилась она.
Снова напугала?
Приставать не стала, решила, что нам нужно получше познакомиться. Поговорить. Убрать ту пропасть, что я так неосторожно создала.
— Ничего, — ощущая, что щеки горят, ответила.
— Обычно так делают, когда больно… — задумчиво произнесла Астра.
Она подумала, что мне больно? И потому убирала руку? Это где она росла?
— Не только. Стонать можно и от удовольствия, — наблюдая, как Астра краснеет, произнесла. — Во всяком случае, моя очередь оставлять типаль. Забирайся и ложись на спину.
Кинув на меня немного испуганный взгляд, осторожно подвинула мой хвост, от прикосновения прошлись приятные мурашки, и упала, как надо, зажмурив глаза.
У меня появилась идеальная идея, где рисовать. На Астре ещё и шелковая рубашка. Одно удовольствие такую расстёгивать, чем я и занялась, только как можно медленней, не раскрывая того, что под ней. С каждой пуговичкой Астра бледнела и вздрагивала, но к последней немножко привыкла. Осторожно провожу от живота вверх, останавливаясь посередине груди.
— Ты не носишь лифчик? — улыбнувшись, спросила.
— Угу, — на секунду распахнув глаза, ответила Астра.
Там и оставила свою, с удовольствием наблюдая, как типаль расползается. Застёгивала тоже я, противясь желанию разорвать лёгкую ткань и посмотреть, что под ней. Не удержавшись, тронула основание хвоста.
Пока Астра снова заливалась краской, нагло облапала и осмотрела его. Небольшой, с пятьдесят сантиметров, чёрненький, тоненький и с густой кисточкой на конце. Прям неловко себя чувствую с моим за два метра, который поймали её руки. Из моих ловко выскользнул хвостик.
— Ты куда? — останавливая за руку, спросила.
— Пойду к себе, — кидая взгляд на окно, за которым небо темнело, ответила Астра.
— Останься, — заключая в объятия, попросила.
— Эм, хорошо, — позволяя себя остановить, согласилась она.
Снова напугала?
Приставать не стала, решила, что нам нужно получше познакомиться. Поговорить. Убрать ту пропасть, что я так неосторожно создала.
Страница 3 из 3