Фандом: Мстители. В жизни Тони Старка сосуществовали Машины и люди. Или Люди и машины. Или не сосуществовали, а друг друга терпели. Едва держали себя в руках, друг с другом смирялись и друг до друга снисходили. И не то чтобы Машины могли терпеть, держать себя в руках, смиряться и снисходить. И не то чтобы Люди порой были лучше, а сам Тони уверен, какое из слов писать с заглавной буквы.
Добавить в моё избранное
85 мин, 15 сек 5947
Брюс, искренне обидевшийся на Старка из-за Мандарина, выползает из лаборатории как раз к очередной субботе.
Стив по-прежнему не смотрит фильмы вместе с ними.
— Тор тебе не говорил, куда пошёл за ответами?
— Со мной мало кто откровенничает.
Тони прекрасно знает, где находится таинственное «нахер», и никого не стесняется туда послать. Стив Роджерс не исключение, Капитан он там Америка или нет.
Старк может плеваться ядом, регулярно отыскивать места послабее, швыряться остротами через слово и хронически попадать ими в цель — этого у него не отнять. А Стив не сразу учится реагировать на это достойно. Он сначала злится, отвечая ещё большими оскорблениями и обидными намёками, затем через раз учится игнорировать, и только потом — давать отпор.
У Старка после разговоров на грани фола горчит на языке, у Роджерса пересыхает во рту, и если они и пытаются показать, как глубоко им на это плевать, то одинаково загнанные выражения лиц и очевидное разочарование от того, что ни один, ни второй в очередной раз не был услышан, их предаёт.
Тони может хоть сотню раз ошибаться, но его неправота не делает правым Стива — об этом все почему-то всегда забывают. И именно в этом всегда всё дело.
— Джарвис, почему твоя система оповещения не работает как надо? — спрашивает Тони, яростно растирая глаза и наощупь включая кофеварку.
В мастерской закончились кофейные зёрна, и пришлось выползти наружу — вынужденная необходимость. Встретить в половину четвёртого утра на кухне дома в Малибу Роджерса он точно не рассчитывал.
— Чтобы получить ответ, нужно задать вопрос, сэр, — припечатывает Джарвис.
Уголки губ Стива дёргаются в намеке на улыбку, и Старк, смирившись с неизбежным, почти падает на стул.
— Ты интеллигентный хам, Джей. — Разом заглатывает первую порцию и жмёт на кнопку снова. — А ты — не моя галлюцинация.
— Нет, — качает головой Стив, тихонько хмыкая.
— Малыши уже легли, петухи ещё не встали, Кэп. — Тони обхватывает двумя ладонями следующую чашку кофе и склоняет голову к плечу. — Посему я делаю вывод, что спать тебе не дают отцы-основатели, патриотические лозунги и мой порочный образ жизни. Отвечая на твой первый вопрос, скажу «нет». Я не переплавил Легион. Ответ на твой второй вопрос — да, но не обольщайся. Я действительно переписал Джарвиса при живом Вижене, и подумай, прежде чем сказать — мёртвый Вижен тебе бы точно не понравился, поэтому снова — нет. Я не буду об этом спорить. Почему? Потому что. Не стыдно ли мне? Ни капли. Хочу ли я…
— Адрес этого дома можно найти в интернете, — перебивает его Кэп.
— Что? Да, но…
— Весь мир знает, что ты здесь живёшь.
— Да, к чему ты…
— Весь мир. В том числе и толпы головорезов, которых по твою душу не мало.
— Мне не нравится уверенность в твоём голосе — люди меня любят, но да — знает, и я все ещё не… Ты специально ставишь вопрос так, чтобы я ответил «да»?
— Подловил, — улыбается Стив, но тут же становится серьёзным. — Правда, здесь небезопасно.
— Не поспоришь, но, Кэп, положа руку на сердце, — отставляет чашку в сторону и пожимает плечами, — мы оба могли умереть и раньше… Выпьешь чего-нибудь? Могу предложить тёплого молока, но, учти, я не дам тебе этого забыть…
Следующий кусочек мозаики встаёт на место, и Стив, вероятно, никогда не перестанет злиться. Но всё же научится понимать.
В близкой к критической ситуации Тони генерирует воистину самоубийственные идеи, мыслит самоотверженным сердечком, а не головой и отдаётся на волю фатальному, слепому оптимизму.
Три открытия, которые делает Стив в Заковии.
Стив ни дня не сможет прожить без войны, всеобщее благо для него либо всеобщее, либо не благо вовсе, а поле боя не место для компромиссов.
Три вещи, которые подмечает в Заковии Старк.
— Я буду скучать, Тони, — коротко улыбнувшись, признаётся Роджерс.
Собственное имя из уст Кэпа звучит непривычно, но это большой шаг вперёд.
Собственное имя из уст Стива (совместное «дважды едва не сдохли» — следует называть его по имени) — это странно, и он вроде как пытается открыть дверь, не сорвав её с петель.
Когда-нибудь их неумение договориться приведёт мир к войне.
Когда-нибудь. Но ещё не сейчас.
— Сэр, Мария Хилл на линии.
— Пошли её к чёрту, Джей.
— Боюсь, она настаивает.
Старк косится на присланную Хилл папку, глухо ругается и отбрасывает заляпанное машинным маслом полотенце в сторону.
— Соедини.
«АРС» — единственная надпись на документе.
Когда-нибудь их неумение договориться приведёт мир к войне.
Когда-нибудь… Сейчас?
Стив по-прежнему не смотрит фильмы вместе с ними.
— Тор тебе не говорил, куда пошёл за ответами?
— Со мной мало кто откровенничает.
Тони прекрасно знает, где находится таинственное «нахер», и никого не стесняется туда послать. Стив Роджерс не исключение, Капитан он там Америка или нет.
Старк может плеваться ядом, регулярно отыскивать места послабее, швыряться остротами через слово и хронически попадать ими в цель — этого у него не отнять. А Стив не сразу учится реагировать на это достойно. Он сначала злится, отвечая ещё большими оскорблениями и обидными намёками, затем через раз учится игнорировать, и только потом — давать отпор.
У Старка после разговоров на грани фола горчит на языке, у Роджерса пересыхает во рту, и если они и пытаются показать, как глубоко им на это плевать, то одинаково загнанные выражения лиц и очевидное разочарование от того, что ни один, ни второй в очередной раз не был услышан, их предаёт.
Тони может хоть сотню раз ошибаться, но его неправота не делает правым Стива — об этом все почему-то всегда забывают. И именно в этом всегда всё дело.
— Джарвис, почему твоя система оповещения не работает как надо? — спрашивает Тони, яростно растирая глаза и наощупь включая кофеварку.
В мастерской закончились кофейные зёрна, и пришлось выползти наружу — вынужденная необходимость. Встретить в половину четвёртого утра на кухне дома в Малибу Роджерса он точно не рассчитывал.
— Чтобы получить ответ, нужно задать вопрос, сэр, — припечатывает Джарвис.
Уголки губ Стива дёргаются в намеке на улыбку, и Старк, смирившись с неизбежным, почти падает на стул.
— Ты интеллигентный хам, Джей. — Разом заглатывает первую порцию и жмёт на кнопку снова. — А ты — не моя галлюцинация.
— Нет, — качает головой Стив, тихонько хмыкая.
— Малыши уже легли, петухи ещё не встали, Кэп. — Тони обхватывает двумя ладонями следующую чашку кофе и склоняет голову к плечу. — Посему я делаю вывод, что спать тебе не дают отцы-основатели, патриотические лозунги и мой порочный образ жизни. Отвечая на твой первый вопрос, скажу «нет». Я не переплавил Легион. Ответ на твой второй вопрос — да, но не обольщайся. Я действительно переписал Джарвиса при живом Вижене, и подумай, прежде чем сказать — мёртвый Вижен тебе бы точно не понравился, поэтому снова — нет. Я не буду об этом спорить. Почему? Потому что. Не стыдно ли мне? Ни капли. Хочу ли я…
— Адрес этого дома можно найти в интернете, — перебивает его Кэп.
— Что? Да, но…
— Весь мир знает, что ты здесь живёшь.
— Да, к чему ты…
— Весь мир. В том числе и толпы головорезов, которых по твою душу не мало.
— Мне не нравится уверенность в твоём голосе — люди меня любят, но да — знает, и я все ещё не… Ты специально ставишь вопрос так, чтобы я ответил «да»?
— Подловил, — улыбается Стив, но тут же становится серьёзным. — Правда, здесь небезопасно.
— Не поспоришь, но, Кэп, положа руку на сердце, — отставляет чашку в сторону и пожимает плечами, — мы оба могли умереть и раньше… Выпьешь чего-нибудь? Могу предложить тёплого молока, но, учти, я не дам тебе этого забыть…
Следующий кусочек мозаики встаёт на место, и Стив, вероятно, никогда не перестанет злиться. Но всё же научится понимать.
В близкой к критической ситуации Тони генерирует воистину самоубийственные идеи, мыслит самоотверженным сердечком, а не головой и отдаётся на волю фатальному, слепому оптимизму.
Три открытия, которые делает Стив в Заковии.
Стив ни дня не сможет прожить без войны, всеобщее благо для него либо всеобщее, либо не благо вовсе, а поле боя не место для компромиссов.
Три вещи, которые подмечает в Заковии Старк.
— Я буду скучать, Тони, — коротко улыбнувшись, признаётся Роджерс.
Собственное имя из уст Кэпа звучит непривычно, но это большой шаг вперёд.
Собственное имя из уст Стива (совместное «дважды едва не сдохли» — следует называть его по имени) — это странно, и он вроде как пытается открыть дверь, не сорвав её с петель.
Когда-нибудь их неумение договориться приведёт мир к войне.
Когда-нибудь. Но ещё не сейчас.
— Сэр, Мария Хилл на линии.
— Пошли её к чёрту, Джей.
— Боюсь, она настаивает.
Старк косится на присланную Хилл папку, глухо ругается и отбрасывает заляпанное машинным маслом полотенце в сторону.
— Соедини.
«АРС» — единственная надпись на документе.
Когда-нибудь их неумение договориться приведёт мир к войне.
Когда-нибудь… Сейчас?
В жизни Тони Старка сосуществовали Машины и люди
Или Люди и машины. Или не сосуществовали, а друг друга терпели.
Страница 23 из 25
