Почему бы и нет…

Оба приятеля Коваленко захохотали, хватаясь за животы.

— Он не запоминает дорогу, — объяснил Коля.

— У него топографический кретинизм, — поставил диагноз стилист.

— А такое разве бывает? — не поверил им парень.

— С ним? Бывает. Его постоянно за ручку приходится водить. Он знает только дорогу до магазина и до друзей. Все. И то пришлось долгие годы его по этим направлениям таскать. Он и на работу-то на рабочем автобусе добирается, потому что сам не дойдет. Или такси вызывает.

— Все рассказали? — сам предмет обсуждения стоял, скрестив руки на груди, и хмуро буравил взглядом друзей.

— Ой, ой, — начал паясничать Шура, — мы так боимся, когда ты вот так ручки складываешь.

— Пошли уже, — стал подпинывать их к выходу Николай. — Поедешь с нами? — спросил у Ремнева.

— Нет. У меня и так вечер затянулся. Я как вчера из дома ушел, так и не показывался.

— Можно подумать, там тебя кто-то ждет, — закатил глаза парикмахер. — А вот признайся, Степочка, ты ведь к своим ручкам прибрать парнишку хочешь? Да? — он повис на Коваленко.

— Не люби мозги, — отмахнулся от него хозяин, выходя из квартиры.

— Тебя подвезти? — предложил Николай.

— Нет, тут рядом. Лучше прогуляюсь. Воздухом подышу.

— Как знаешь.

— В здоровом теле — здоровый дух, слух, нюх, пух и так далее, — вклинился в их разговор Шура, оттесняя собой Алексея от приятеля. — Пока-пока.

Парень помахал им рукой, когда они все втроем отъезжали на прокачанной машине автослесаря. В ней отдаленно проглядывали первоначальные признаки TОYОTA.

В прекрасном приподнятом настроении он подошел к своему дому и тут неожиданно почувствовал на собственной шкуре, что человек предполагает, а Господь располагает.

— В рот мне ноги, — неожиданно осипшим голосом сказал он, уворачиваясь от отъезжающей пожарной машины.

Не отрывая ошеломленного взгляда от этажа, где находилась его квартира, нащупал телефон и позвонил по номеру, который набирал раз в два месяца.

— Алло, это ваш квартиросъемщик Алексей. Тут у нас полный «фарш-мажор». Боюсь, мне не придется платить вам за следующие месяцы.

Глава 8

— А ты хорошо знала жену Степана? — спросил Ремнев Иру, когда пришел в ее контору в понедельник.

— Конечно, хорошо, — пробурчала она, не поднимая головы от документов. — Ненормальная была, как все творческие люди.

— Почему?

— Я имею в виду, по-хорошему ненормальная. Все время песенки распевала, пританцовывала. Она же декоратором была. Этот дизайн в их квартире сама придумала. И мне обещала с ремонтом помочь. Но не успела, — со вздохом закончила Власова свой рассказ и, наконец, подняла глаза на собеседника. — Хосподи. Ты себя видел?

— Видел.

— По тебе будто табун лошадей пробежал.

Ремнев предпочел промолчать, но не так-то просто было от нее отделаться.

— Что случилось? — упавшим голосом спросила она.

— У меня дома в ту ночь, когда мы на концерт ходили, авария произошла.

— Авария? Дом снесли?

— Почти. Над моей квартирой прорвало трубы. Вся вода полилась ко мне и дальше вниз. А подо мной от воды произошло короткое замыкание. И никакие натяжные потолки не помогут, если вода из розеток хлещет. Начался пожар. У них там плазма потекла, вся техника коротнула, которая включена была. У меня только холодильник накрылся и тот не мой, хозяйский. А те соседи надо мной, из-за которых все и произошло, … как бы помягче выразиться… ничего с них не поимеешь, короче. Бомжи бомжами. Может и не было бы таких последствий, если бы вовремя сообразили пожарных вызвать. Но я дома не ночевал, у Степана заснул. И соседей, у которых пожар начался, тоже дома не было. Поэтому вчера весь день спасал все, что осталось от моего хозяйства после потопа сверху и пожара снизу. Ночь у себя в конторе провел. Хорошо, что там душ есть и диван. И начальство в мое положение вошло, позволило с обеда свалить квартиру искать.

— Бедный ребенок, — только и успела вымолвить Власова. Ее мобильный зазвонил, и она, не отрывая обеспокоенного взгляда от Ремнева, нажала на прием. — Мне сейчас некогда… — начала Ирина, но ее оппонент не стал слушать и что-то продолжал говорить. — Степа, блин, тут у людей посерьезней проблемы! Лешка без квартиры остался, а ты со своей рыбой! Слышал дом у нас рядом горел? Так это его квартиру сначала сверху залили, а потом снизу подожгли… На, — она протянула свой телефон Ремневу, — он с тобой поговорить хочет.

— Что там у тебя опять за «я бежал, меня бомбили»? — услышал Алексей знакомый голос.

— Почему «опять»? Такие вещи для меня впервые, — буркнул в ответ парень и повторил рассказ.

— Захочешь — не придумаешь, — подвел итог Коваленко. — Короче, собирай манатки и вали ко мне домой.

— Чего?!

— Я говорю: «Тащи свою задницу ко мне домой».