Почему бы и нет…

Не мог ни работать, ни соображать по нормальному.

— И кто был этот счастливчик?

— Морской офицер. Отличник боевой и политической подготовки.

— Вау. Красавец, наверное?

— Колька лучше, между нами девочками. Но Шурочка потерял дар речи, когда тот пришел к нему стричься. В прямом смысле этого слова.

— Неужели что-то смогло его заткнуть? И не только пенис, я имею в виду.

— Сами в шоке. Больше всего Николай переживал. Но когда Шура немного пришел в себя и стал подкатывать, предлагая морпеху больше времени проводить вместе, тот поначалу все в шутку принял, но потом из интереса согласился. Понравилось, что не удивительно. Только цветочно-букетный период закончился, так толком и не начавшись.

— Почему?

— Как бы сказать… у Шурки есть свои специфические пристрастия. Один, я бы сказал, пунктик.

— Я удивлен, что только один.

— Не ерничай. Он любит депиляцию.

— Что в этом странного?

— Он ОЧЕНЬ любит депиляцию. А мастеров, которые бы согласились делать свою работу, когда перед носом стояк маячит по городу мало. Не каждый согласится иметь такой нюанс при работе с клиентом. Понимаешь?

— Понимаю. А он сам не может это сделать?

— Так не интересно. Шура долго Николая-то на это уламывал, но потом попробовали. В итоге оба в восторге. А этот офицеришка оказался слишком чистоплюйным. Сексом с мужиком заниматься он еще с грехом пополам согласился, а вот приятное человеку сделать — это увольте. Короче, кончилось все скандалом. Шура долго переживал, депрессовал. Но потом оклемался и теперь мы опять не знаем, как его угомонить.

— Ему за Кольку держаться надо. Уж за столько лет, если друг другу не надоели, то вряд ли их что-то разлучить может.

— Не будем загадывать, там своих «тараканов» хватает, но очень надеюсь, что так и будет. Ты, кстати, разговариваешь по-английски? — неожиданно спросил его Степан.

— Why the interest in my knowledge of English?

— Значит можешь?

— Of course. Do not you?

— Чего?

— Уже ничего.

— А загранпаспорт есть?

— Ты решил от меня отделаться? На галеры списать?

— Нет. Когда у тебя отпуск?

— В октябре.

— Что-нибудь планировал?

— Ничего конкретного.

— У меня еще десять дней отпуска осталось. Как тебе идея поехать вот сюда? Вот за такие деньги? — он развернул планшетник и показал на сайт, который долго и скрупулезно изучал до этого.

— Европа? Ты хочешь в Европу?! А что это за странные тарифы? Такие бывают?! — удивленно поинтересовался Ремнев, выхватывая гаджет из рук мужчины. — Люди в курсе, что за такие деньги можно на самолете летать?!

— Как видишь, бывают. И некоторые знают, как этим пользоваться. Мне на работе уже все уши прожужжали о том, что можно бюджетно ездить по заграницам. И все очень удивляются, почему я до сих пор не освоил это направление. Но не могу же я всем рассказать, что теряюсь в собственном городе и мои познания английского остались на уровне «Май нейм из Степа»?

— Действительно. А то еще засомневаются в твоем божественном происхождении. Так от меня-то ты чего хочешь?

— Поехали вместе? А? — Коваленко посмотрел на него из-под новой модной оправы, которую Ремнев заставил купить. Попытка состроить просительное выражение лица, оказалась не очень удачной.

Алексей привстал со своего места и потянулся рукой к Степану. Ухватив его за затылок, притянул к своим губам. От неожиданности мужчина забыл, что нужно возмутиться. Но парень просто прижался губами к его лбу и пробормотал:

— Температуры нет. Странно.

— Что странного? — наконец отмер мужчина.

— Ты предлагаешь куда-нибудь поехать? Ты, который из дома-то только под конвоем выходишь? Предлагаешь нам поехать в другую страну?

— Так фантастично звучит?

— Вы не заболели, Степан Викторович? Может мне нужно у соседей проконсультироваться или у твоих друзей? Поставить в известность родных? Завещание написать? Можно я заберу твой стол-бар? Что с тобой?

— Только то, что сказал.

— Ладно, — растягивая гласные, все еще с сомнением кивнул Алексей. — Почему бы и нет. Давай разбираться, как тут заказ сделать. Я не против.

С энтузиазмом они углубились в сайт. Заказали в ближайшем консульстве шенгенскую визу, оплатили через VISA все сборы, определились с днем приема документов, заказали билеты в Европу.

— А что мы там делать будем? А жить где?— с нескрываемым вдохновением спросил Ремнев.

— Это я тебе предлагаю самому решить, — царственно отмахнулся мужчина.

— Тогда не подглядывай, — он сбегал за своим ноутом и устроился в углу дивана, чтобы Коваленко не было видно, по каким сайтам щелкает. — Сколько звезд?

— На твое усмотрение. Только чтобы душ и туалет в номере были. И без посторонних.